Александр Кириллов – Джентльмены удачи 2 (страница 13)
Наступила ночь. Город засыпал, в окнах горожан гасли лучины и свечи. Лишь шум накатывающих на берег волн, и крики ночных птиц нарушали ночной покой. По положению луны на небе спрятавшиеся в крепости люди определили нужное время и собрались в одном месте. В это же время две лодки с гребцами отделились от берега и аккуратно, гребя вёслами без всплесков, направились в сторону кораблей. И вот эту умиротворённую благодать нарушили трели морской дудки, просвистевшей несколько раз условным сигналом. Услышав его, пятеро человек, прячась в тени стен, подобрались к стоящим у ворот крепости двум часовым и напали на них. Убив сонных охранников, парни быстро накинули на себя камзолы генуэзских солдат и их головные уборы. Разобравшись с часовыми на улице, они вошли в дежурное помещение и ножами убили спящих солдат, чья смена должна была наступить через несколько часов. Затем корсиканцы принялись опускать мост и открывать ворота.
К ним со стены спустился часовой:
– Филипе, отчего вы опускаете мост?
– Приказ офицера.
– Понятно.
Солдат развернулся, чтобы по лестнице вернуться на стену, но получил в спину удар ножом и был затащен в караулку. Трое корсиканцев поднялись по ступенькам на стену и разобрались с дежурящими там часовыми. В это время из городских переулков к открытым воротам бежали люди, перебегали по опущенному мосту и врывались в крепость. Они разбегались по территории, занимая указанные им опорные точки: блокировали казарму и арсенал, а через окна-бойницы второго этажа полезли в замок. Снова раздалась трель дудки, возвестившая о том, что в крепости наши люди.
Сидя в лодке, я тихо посвистел ожидающим моего приказа парням во второй лодке, произнеся: "Пора". Услышав их ответ, зажёг спичку и подпалил бикфордов шнур метровой длины, после чего стал быстро отгребать от кормы фрегата. Вскоре от борта тартаны оттолкнулась вторая лодка. Мы гребли к берегу со всей возможной скоростью, не заботясь о плеске воды от ударов весел.
Раздался взрыв, а следом второй, после которых корабли стали погружаться кормой в морскую пучину. В крепости стали слышны выстрелы и начался бой – видать, кто-то из генуэзцев не спал и сумел оказать сопротивление. Однако главное мы сделали – тайно вошли внутрь замка и вывели из строя оба стоящих в гавани судна.
Когда нос лодки уткнулся в гальку, я выскочил из лодки и подошёл к стоящему на берегу Паскалю. Его младший брат сейчас штурмовал замок, а сам Паскаль, наблюдая за тонущими кораблями врагов, думал о зигзаге судьбы, который свёл его с этим русским. К утру прибежал посыльный, сообщивший, что комендант Бастии генерал де Сорди захвачен, а гарнизон капитулировал.
Я прибыл в крепость вместе с Паоли. Произошла очередная встреча с генуэзским генералом:
– Снова ты! Кто же ты такой?!
– Я – русский капитан Александр Михайлов.
– Но Генуя и Россия не воюют.
– Так и мои корабли не воют с вашими. У меня тут родственники имеются, так что я сражаюсь за свою родню.
– И кто твой родственник?
– Генерал Паоли.
– Очень неожиданно. Что вы хотите?
– Это озвучит президент республики генерал Паоли.
На заседании штаба перед операцией мы обговорили требования корсиканцев по максимуму и тот минимум, до которого можно было «упасть», Так что Паоли был готов к диалогу.
– Генерал де Сорди, вы разоружаете гарнизоны всех городов и живете обычной трудовой жизнью. Я опасаюсь отпустить вас в Геную, иначе вы поднимите шум и власти пришлют новые войска.
– Если я откажусь?
– Все вы будете расстреляны, а мы приступим к освобождению остальных городов. Учитывая, что там нет фортов, а гарнизоны составляют не более роты солдат, это будет проведено быстро. В будущем, когда в Генуе станет известно о падении Бастии, все вы сможете вернуться назад в Италию.
Де Сорди согласился с такой поставкой вопроса, а Паскаль толкнул перед пленными генуэзцами речь о том, что здесь они могут жить свободными людьми, а не подставлять свои головы под пули корсиканцев по команде генералов. Паскаль остался реорганизовывать управление городом, а я вместе с Клементом, де Сорди и тремя сотнями корсиканских боевиков отправился объезжать городки, в которых размещались итальянские гарнизоны. По пути беседовали о войне и совместном бизнесе:
– Господа, Корсика имеет хороший средиземноморский климат, здесь отлично растёт виноград. Вы делаете хорошее вино, экспортируя его во Францию. Давайте делать это вместе – к Франции добавим Россию. Всех вас я приглашаю побывать в моем поместье и познакомиться с моей страной.
– Заманчиво. Я готов хоть сейчас поставить вам десять тысяч литров красного вина с моих виноградников здесь и в Италии.
– Генерал, вы – винодел?
– Должен же я иметь доход кроме жалования.
– Алекс, мы тоже имеем возможность продать тебе вино.
– Главное, чтобы вино было первичное и хорошее. Дешёвый «балк» мне не нужен – его я могу купить гораздо ближе. Я пью и торгую только дорогими винами.
В разъездах прошло две недели. Гарнизоны были разоружены, а дальнейшее трудоустройство солдат лежало на плечах генералов. Вскоре меня забрал прибывший в Аяччо бриг Медакина. Мы купили неплохое вино с виноградников Паоли, а в Бастии добрали бочонки с вином «от де Сорди». Кроме этого, Джузеппе де Сорди дал адрес своего поместья и написал записку управляющему, чтобы тот по оговорённой цене продал нам три тысячи литров лигурийского вина. Расставались мы горячо – среди корсиканцев принята родственность. Даже де Сорди, неожиданно заработавший несколько тысяч пиастров, улыбался, хлопал меня по плечу и крепко пожимал мою руку.
Паскаль же обратился ко мне с просьбой подготовить матросов для своего парусного корабля. Я ответил:
– Не вопрос, но ты же понимаешь, что мы воюем, и твоих парней я первыми пошлю на абордаж. Так что многие могут не вернуться.
– Но кто-то же вернётся. Они станут учить новых матросов.
– Тогда выбери среди них офицеров – они станут учиться быть капитанами.
Со мной отправилось двести корсиканских юношей и пятеро мужчин постарше из дворян, которых Паоли назначил офицерами. Трюмы были забиты товаром, поэтому спали они на артиллерийской палубе – опердеке, подложив под голову свои котомки. На следующее утро они присоединились к тренировкам команды: учились орудовать тесаками, изучали такелаж и артиллерийскую науку. А в свободное от тренировок время учили русский язык.
Погода была хорошая, ветер попутный, поэтому лишней суеты у парусов, как и команд капитана или вахтенного офицера на палубе слышно не было. Вначале мы побывали под Генуей, найдя поместье де Сорди и купив там вино. Затем был коммерческий рейс в Барселону и Валенсию, где через знакомых по прошлым плаваниям коммерсантов мы его реализовали, а следом – второй рейс в Перпиньян за железом и цветными металлами. Встретившись с остальной эскадрой, распределили корсиканцев по экипажам кораблей, чтобы они спали в кубриках. Затем мы направились к Гибралтару. Подходя к проливу, холостым выстрелом приветствовали две барражирующие там английские шхуны. К идущей первой баркентине направился дежурящий катер. Мы приспустили паруса, замедлив ход, и он смог подойти вплотную. Офицер стал мне кричать в рупор:
– Господин капитан, вы обязаны уплатить налог.
– Господин лейтенант, в прошлый раз я уплатил вам налог, утопив здесь два ваших судна. А следом идёт гроза Британии бриг "Азов". Стоит ли повторять оплату или вы продолжаете настаивать?
– Это была ваша эскадра?!
– Именно так, лейтенант.
– Сэр, прошу проследовать дальше, а я доложу капитану.
– Лучше прими от нас бочонок хорошего итальянского вина. Это лучше, чем ядра.
Мы перебросили за борт пятилитровый бочонок – сами выловят в воде, и отправились дальше.
Загрузившись в Кадисе хересом, решили прогуляться к острову Мадейра Азорского архипелага. Вдруг там снова окажется какой-нибудь португальский галеон? Пройдя Канары, на горизонте увидели паруса корабля, к которому приближалось второе судно. А затем стали слышны раскаты пушечных выстрелов. Решив, что даже с двумя судами мы справимся, отправились поглядеть, в чём дело. К тому же сражение происходило практически на нашем пути. Часа через полтора мы приблизились к месту боя на пару миль. С этого расстояния по парусам и обводам мы точно определили типы судов и их принадлежность – британский фрегат напал на испанский. И испанцу приходилось очень несладко. Выстроившись в линию, мы двинулись к британцу с явно недружественными намерениями. Нас заметили с мостиков обоих кораблей.
Английский капитан рвал и метал:
– Три тысячи чертей! Эта эскадра испортила нам всю обедню. Джером, что за флаг полощется у них на гюйсе? И вообще, это какое-то ирландское рагу, а не эскадра!
– Сэр, вроде бы это русский флаг.
– Прибавить парусов, мы атакуем этот сброд.
Бросив побитый фрегат, британец прибавил парусов и направился в нашу сторону. От такой наглости мы просто обалдели, переговариваясь: «Смотри-ка, какой боевой бритт попался. Сигнальщик, передать остальным кораблям: «Атакую. Делай, как я».
Баркентина стала поворачиваться бортом к идущему на нас британцу. Он также стал поворачивать нам в противоход, собираясь обстрелять нас бортовым залпом из 25 пушек. И тут я загляделся, обдумывая, когда выстрелить, отчего при повороте вовремя не подал команду и «потерял» ветер. Не дождавшись команды, меня окрикнул вахтенный офицер: