Александр Казанцев – Искатель. 1972. Выпуск №4 (страница 36)

— Куда же девались грабители? — недоверчиво спросил капитан, будучи уверен, что пассажирка просто слишком долго просидела вечером в баре и теперь страдает от приснившегося ей кошмара.

— Туда, — отвечала та сквозь слезы, махнув в сторону борта.

Капитан, как мог, постарался успокоить ее и, вызвав судового врача, направился к себе в каюту, посмеиваясь над слишком нервными и впечатлительными дамочками, помешавшимися на приключениях. Каково же было его изумление, когда обнаружилось, что и у него побывали непрошеные гости: сейф оказался открытым, корабельная документация валялась на полу, а хранившиеся в сейфе деньги и навигационные приборы бесследно исчезли. Самое же удивительное, что ночные налетчики, кроме капитана и нескольких пассажиров, как выяснилось позднее, не постеснялись обчистить штурмана и вахтенных, находившихся на мостике.

Впрочем, далеко не всегда дело оканчивалось столь мирно. В частности, страницы газет обошла трагическая история английского судна «Хелла», собравшего копру на мелких островах в Тихом океане. Оно бесследно исчезло вместе со всем экипажем. Долгое время его судьба оставалась загадкой, причем многие полагали, что оно погибло во время тайфуна. Но вот японская полиция случайно арестовала двух пиратов из шайки Ченг И. Во время допросов они между прочим рассказали, что «Хелла» была захвачена морскими гангстерами, все члены экипажа, за исключением двух женщин — Кристины Мортон и Анны Макнорман, — убиты, а эти две англичанки превращены в рабынь и находятся на одном из пустынных островов, который служит пиратской базой. Однако властям так и не удалось разыскать этот остров и освободить пленниц.

ЧАСТНАЯ ВОЙНА ЛИНФИЛДА УИЛСОНА

Одним из самых красивых архитектурных сооружений Сингапура по праву считается двенадцатиэтажное здание, принадлежащее страховой компании «Америкэн интернэшнл иншуарэнс»: для декоративной облицовки этого алюминиевого гиганта был использован шведский красный гранит, итальянский белый мрамор, японская строительная керамика. В здании разместились «штаб-квартиры» десятков фирм, занимающихся различными операциями в Юго-Восточной Азии; среди них, на одном из верхних этажей этого «билдинга», есть и оффис, на двери которого прикреплена черная пластинка с золотыми буквами: «Секьюритас». И чуть ниже: «Линфилд Уилсон, генеральный директор».

Долгий путь проделал этот предприимчивый англичанин прежде чем обосновался в роскошно обставленной конторе по соседству с китами местного делового мира. Впрочем, Уилсона трудно отнести к разряду обычных предпринимателей, хотя он и занимается весьма прибыльным бизнесом. Фактически этот человек — главнокомандующий хорошо вооруженной частной армии, одетой в сшитую по его эскизам форму, армии, которая подчиняется лишь его приказам. Подобно настоящему главнокомандующему, Уилсон без долгих разговоров посылает своих подчиненных на опаснейшие задания, раздает собственные награды и присваивает звания по своему усмотрению. Друзья и доброжелатели прозвали его «Линфилд-пулемет» — за поразительное мастерство в стрельбе из всего, что имеет дуло и заряд. Среди же дальневосточных пиратов Уилсон носит кличку «Рыжебородый», или «Рыжий дьявол». Его основное занятие — охота на флибустьеров, а история его пятнадцатилетней карьеры в этой уникальной профессии не уложится и в пухлый приключенческий роман.

Во время второй мировой войны Уилсон был офицером английской разведки, а позднее служил в штабе командующего британскими вооруженными силами на Дальнем Востоке, который находился в Сингапуре. Именно тогда он по достоинству оценил, какие огромные перспективы открываются перед достаточно предприимчивым, решительным и не слишком разборчивым при этом человеком в овеянных романтикой Южных морях. Поэтому, когда в 1951 году его переводят в Англию, а затем вскоре увольняют в отставку, бывший разведчик весьма спокойно воспринимает перемены в своей судьбе. Через полтора года, когда от выданного при демобилизации пособия ничего не осталось, Уилсон отправляется в Сингапур с двумя сотнями долларов в кармане и грандиозным планом, как превратить их в миллионы.

Отставной английский разведчик обращается к нескольким сингапурским судовладельцам с предложением: те дают деньги, Уилсон набирает и вооружает людей и обеспечивает судам охрану от нападений пиратов. Однако местные дельцы отнеслись к плану рыжебородого англичанина скептически: куда ему тягаться со всесильной «Триадой», покровительствующей пиратскому бизнесу, с которой не может справиться даже полиция. К тому же план Уилсона слишком отдавал обыкновенным рэкетом, чтобы стоило вкладывать в него деньги. Но осечка не обескуражила Рыжебородого. «Раз не удалось сразу выйти на оперативный простор Южных морей, придется начинать с малого», — решил он.

…С моря Сингапур с устремившимися ввысь причудливыми зубцами небоскребов банков и торговых компаний выглядит величественно и строго: город словно стремится оправдать свое название — ведь на санскрите «синга пура» значит «львиный город». Тысячи судов ежегодно приходят к этому морскому перекрестку со всех концов земного шара; их так много, что даже оснащенное самым современным оборудованием портовое хозяйство не в состоянии обслужить все корабли. Поэтому большинство из судов бросает якорь на рейде, а разгрузка и погрузка производятся с помощью бесчисленных лихтеров, сампанов и катеров. И нужно ли удивляться, если в этой не затихающей ни на час портовой сутолоке сотня-другая тонн груза вместо складов на Клиффорд-пирсе попадает на приткнувшиеся поблизости островки Пулау-Самбу, Пулау-Брани, Пулау-Буком или же бесследно исчезает в лабиринте джонок из «Чайна-тауна» — китайского города.

Рождение «Секьюритас» было более чем скромным: три обшарпанные моторные лодки и полтора десятка англичан, австралийцев, индусов, раньше служивших в британской армии, которых Уилсон сумел соблазнить будущими сказочными доходами. Пока же они довольствовались тем, что круглосуточно шныряли по сингапурской гавани, украдкой выслеживая, куда направляются неторопливые сампаны с громоздкими ящиками и тюками. Сам же Уилсон целыми днями пропадал в «Чайна-таун», заводя знакомства, вербуя за гроши нищих-осведомителей, с риском получить нож в спину в одном из бесчисленных закоулков, которые, собственно, и образуют китайский город. Этот район Сингапура совершенно не похож на другие кварталы. Дома здесь стоят, тесно прижавшись друг к другу, образуя сплошную стену лавочек, парикмахерских, ресторанчиков, и посторонний даже не заметит узенькой щели или невзрачной лестницы, которые ведут в прячущиеся позади подозрительные конторы, мастерские и склады. Между тем именно сюда попадает львиная доля украденных в порту товаров, прежде чем оказаться на прилавках фешенебельных магазинов на Орчард-стрит или Робинсон-роуд.

Постепенно, маскировавшийся под мелкого коммерсанта-посредника, рыжебородый англичанин стал своим человеком среди таких же грошовых дельцов «Чайна-тауна». Теперь для него не составляло секрета, где можно найти партию шелка, исчезнувшую во время разгрузки, или калифорнийские апельсины, таинственно «усохшие» при доставке с рейда. Уилсон начал действовать. Стоило ему засечь более или менее крупную партию краденого товара, как он отправлялся к его законным владельцам и за умеренное вознаграждение — каких-то пять процентов стоимости! — под большим секретом сообщал, где он припрятан, предоставляя им самим с помощью полиции выручать свою собственность.

Данные Уилсона, как правило, оказывались точными, и прибыли «Секьюритас» месяц от месяца росли. Теперь уже сингапурские коммерсанты сами обращались к отставному разведчику, когда требовалось распутать какое-нибудь щекотливое дело. Но Уилсон вовсе не собирался до конца дней быть лишь частным сыщиком в сингапурском порту, тем более что таможенная полиция стала косо поглядывать на предприимчивого англичанина, частенько перебивавшего ее законный хлеб. Его главной целью по-прежнему оставались кишевшие пиратами дальневосточные моря, обещавшие баснословные барыши. На заработанные первые деньги он фрахтует несколько быстроходных катеров, вооружает их крупнокалиберными пулеметами, подбирает команды из бывших военных моряков и только после этого вновь обращается с прежним предложением в конторы местных пароходных компаний: за соответствующую оплату Уилсон готов взять на себя охрану их судов в наиболее опасных местах Малаккского пролива. На сей раз судовладельцы охотно подписывают контракты с «генеральным директором «Секьюритас».

После двух-трех успешно отбитых нападений пиратов акции Уилсона среди деловых кругов Сингапура неизмеримо поднимаются. Масштабы его операций непрерывно растут, постепенно охватывая весь район Южных морей. Он набирает в ряды своей частной армии бывших военных аквалангистов и экспертов-подводников, демобилизованных английских коммандос и побывавших во Вьетнаме американцев из морской пехоты. Однако настоящую известность сорвиголовам «Линфилда-пулемета» принесли два случая: штурм захваченного пиратами панамского судна «Помпадур» с грузом пряностей, севшего на мель в море Сулу неподалеку от Филиппин, а еще больше — изгнание с Дальнего Востока экс-лейтенанта американского флота по фамилии Брешер.