Александр Кацура – Гитлин и Сталер (страница 2)

3. Котёл скифов

Спецобъект в Кунцево. Сталин возле невысокого круглого стола с макетом сооружений, в которых заметно влияние будущих грузинских архитекторов. Дежурный офицер открывает дверь. Входит Гитлер. Он в поношенном двубортном кителе. Левая рука мелко дрожит, он пытается удержать её правой.

С т а л и н (стоя). Господин рейхсканцлер, ми приветствуем вас на гостеприимной русской земле! (Голова Гитлера дёргается.) Товарищи в Москве с удовлетворением восприняли ваше согласие посетить наши края и сыграть две-три партии в старинную восточную игру.

Г и т л е р. Господин Сталин! Чтобы не было недомолвок. Не знаю, передали ли вам мои условия…

С т а л и н. Ви ставили условия?

Г и т л е р (резко, решительно). Ставил! И готов их повторить.

С т а л и н (нарочито спокойно). Говорите.

Г и т л е р. Найн-найн-найн-найн! Я не боюсь никого и ничего. Я требую нормального, ровного течения партии. Точных шахматных часов. Наконец, я требую уважения, которого заслуживает мой государственный пост – канцлера Германии. Никаких намёков, насмешек, попыток взять ход назад или пристроить камень не отрывая пальцев.

С т а л и н. Вас разве обижали?

Г и т л е р. Пока нет. Но я понимаю, что отношение в любой момент может резко перемениться.

С т а л и н. Успокойтесь, господин рейхсканцлер. Ми серьёзные люди и не склонны к левому шараханью. Отношение будет ровным. Я бы сказал, дружелюбным. В СССР выпускаются прекрасные шахматные часы. Можете нам верить!

Г и т л е р. Нам есть что обсудить. А что касается игры… Не знал, что вы склонны к авантюрам.

С т а л и н. Что считать авантюрой – вопрос открытый… Присмотреться к игре в камни мне посоветовали китайские товарищи. Они, кстати, считают эту игру не японской. Вы слышали такую точку зрения? (Прищуривается.) Я не думаю, что мы будем много ругаться, не вижу оснований. А кто выиграет, кто проиграет, значения не имеет. Разве не так?

Г и т л е р. Какие японцы? Родина игры – Тибет. Японцы – это просто корейцы, которые высадились на остров, который им не принадлежал. (Дёргается конвульсивно.)

С т а л и н. Ах так! Значит и китайские товарищи не сказали нам всей правды? Прошу вас сюда! (Трубкой показывает на открытую дверь.)

Вместе протискиваются в проём. На круглом столе доска для игры в го,[1] чаши с камнями, перчатки генерала Чан Кайши. В углу кабинета фрагменты обшивки сбитых немецких самолётов, знамёна, каски, книги.

Прошу вас, располагайтесь! (Показывает на кресло.) Как видите, слухи о железной цирковой клетке, в которую вас якобы планировали посадить и возить по городам Европы, оказались преувеличены. Почему нервничаете?

Г и т л е р (судорожно дёргается). Нервы здесь ни при чём. Я спокоен, как Черчилль в сороковом году. Я предельно спокоен… Проклятый Штауффенберг!

С т а л и н. Одноглазый полковник с бомбой в портфеле. Такой взрыв надо суметь пережить! Советская сторона была категорически против покушения. Садитесь. (Снова показывает на кресло.) Чувствуйте себя в безопасности.

Г и т л е р (садится, проводит рукой по волосам). В безопасности? Вы ведь тоже пытались меня взорвать. Что там ещё было в арсенале ваших людей?

С т а л и н (садится, раскуривает трубку). Да, ми имели возможности. Но я ни разу не дал окончательного согласия на вашу ликвидацию, господин рейхсканцлер.

Г и т л е р (слабо улыбнувшись). Я придерживался похожей позиции в отношении вас.

С т а л и н. Ну, здесь от вашей позиции мало что зависело. Моя охрана более чем надёжна. Ваших молодчиков забирали на са-а-мых дальних подступах!

Г и т л е р. Охотно верю. Но, знаете ли, посылал их не я.

С т а л и н. То есть как не вы? Вы не посылали террористов и диверсантов в Кремль?

Г и т л е р. Нет, нет и нет.

С т а л и н. А откуда же тогда?.. Моя контрразведка сочиняла? Ах, Власик, Власик. Работу успешную изображали. (Грозит пальцем.) Ну, я с ними разберусь!

Г и т л е р. Я не хотел вашей смерти. Вы мне были нужны.

С т а л и н (недоверчиво). А это ещё зачем? Зачем фюреру германского народа скромный партийный секретарь?

Г и т л е р. После победы я собирался поставить вас старостой Сибири. А возможно и всей России.

С т а л и н. Всероссийский староста? Вот как? А почему меня?

Г и т л е р. Вы на практике показали, что умеете управляться с русским народом.

С т а л и н (назидательно). Это не я показал. Это партия большевиков показала!

Г и т л е р. Большевиков много. А Сталин один.

С т а л и н. В этом утверждении есть своя логика.

Г и т л е р. А также политический опыт и трезвый расчёт. И победу у меня украли лично вы.

С т а л и н. Да, нэ харашо палучилось. И от меня такая должность уплыла. Ай, яй! Правитель Сибири! Звучит.

Г и т л е р. Мне рассказывали, что Сибирь очень большая.

С т а л и н. Вас не обманули, геноссе Гитлер. Бывал, могу подтвердить.

Г и т л е р. А что вы там делали?

С т а л и н. Ну, нечто вроде политического курорта. Туруханский край.

Г и т л е р. Признаться, не слыхал.

С т а л и н. Медвежий угол в Восточной Сибири. Две-три Германии по площади, едва ли больше.

Г и т л е р (сумрачно). У вас свои мерки.

С т а л и н. Ну, может быть, четыре.

Г и т л е р. И что вы делали в этом медвежьем раю?

С т а л и н. Писал работу по национальному вопросу.

Г и т л е р. Хотите сказать – по интернациональному?

С т а л и н. Нет, я сказал то, что сказал. В партии большевиков был только один специалист по этому ва-просу.

Г и т л е р. Я всегда придавал большое значение национальному вопросу.

С т а л и н. Тем больше оснований побеседовать специалистам. Не правда ли, геноссе Гитлер? Вы ведь социалист?

Г и т л е р. Я национальный социалист. Я это подчёркиваю!

С т а л и н. Вот как? А кто же, по-вашему, я?

Г и т л е р. Вы – интернациональный, что мне не очень близко. Арийский национальный социалист представляет полную противоположность иудейскому интернациональному социалисту.

С т а л и н (набивает трубку). Интернационал ми рас-пустили три года та-му назад. Возможно, Вы, геноссе Гитлер, этого попросту не заметили. (Искусственно смеётся.)

Г и т л е р. Я счёл это большевистской уловкой. Агенты Коминтерна! Тысячи людей с ледорубами! Распустить такие кадры – глупость. Никто никогда не поверит в подобное! Нет-нет-нет и ещё тысячу раз нет! Вы можете сколько угодно обманывать англичан и жидоамериканцев, военный союз с которыми вы в тот момент укрепляли, но только не нас, национал-социалистов!

С т а л и н (справившись с трубкой). Я давно уже не тот наивный интернационалист. Войну мы начали выигрывать, когда политика стала национальной. Ми сделали ставку на русский народ. И не ошиблись в етом народе!

Г и т л е р. Да, русский солдат оказался стойким.

С т а л и н. И терпеливым! Другой народ не стал бы терпеть правительство, которое проваливает войну. Наш народ – витерпел. И ми выиграли войну. Мы разбили военную машину, которая считалась нэпобедимой.

Г и т л е р. Сказались ошибки моего генералитета.

С т а л и н. Несомненно. Много ашибок. Главная ошибка – вы слишком ретиво начали. Пачему, а? Не по-товарищески, геноссе Гитлер. Нет, про Польшу я не говорю. Но всех остальных вы били неверными темпами. Штурмовщиной, понимаете ли, занимались. Куда это годится! Даже у нас голова шла кругом. А уж у вас-то и вовсе в пляс пошла. Головокружение от успехов – так это у нас называется!

Г и т л е р. Мы хорошо воевали. Этого не отнять. Если б не предатели из генерального штаба сухопутных сил…

С т а л и н. Враги немецкого народа?! Это мы проходили в нашей истории. (Неожиданно меняет тему.) Как вам понравилась Винница? Удобно разместились? Я лично просил товарищей из партизанского движения Украины, чтобы вам не мешали работать.

Г и т л е р. Wehrwolf был лучшей из всех моих ставок. Мне понравились и домики, и сметана, и бункер, и дорожки в лесу.

С т а л и н. Мне сообщили, что Вервольф хранит секреты. Расскажите нам про Котёл!