Александр Катеров – Плакала Алла. Сборник рассказов (страница 28)

– Где здесь туалет? – встревоженно заговорил Семен Семенович, осматривая большую комнату с множеством дверей и проходов.

Он терялся в догадках, а нужда все больше давала о себе знать…

Семен Семенович не стал терять времени на поиск туалета и подбежал к входной двери. Здесь ему повезло, и он, прокрутив барашек на замке, выскочил во двор. Спрятавшись за раскидистым кустом боярышника, он исполнил нужду и облегченно вздохнул.

Было прохладно. Солнце только поднималось из-за горизонта, и ночной воздух еще не успел прогреться. Зато высоко в небе уже вовсю запевала ранняя птаха. Утренняя роса освежила растительность дачи; листья на деревьях блестели влагой, а ее крупные капли на лепестках соцветий блестели живым бисером. Ромашки едва удерживали свои головы под тяжестью влаги, а розы сохраняли ее как украшение.

– Чтобы украсить утреннюю розу, достаточно капли росы, – вдруг произнес Семен Семенович, поражаясь красотой цветка.

Он прошелся по саду и вспомнил о поломанном замке в калитке.

На этот раз он нашел ее быстро и, освободив запор от листьев винограда, взглянул на механизм. Замок был ржавым, и Семен Семенович решил, что его нужно было просто залить керосином…

Он вспомнил о своем чемоданчике, брошенном в беседке, и, пробурчав себе что-то под нос, направился за инструментом. Уже издалека Семен Семенович заметил повреждения на крыше беседки. Черепица на ней сместилась, а ряды волнами лежали на ее поверхности.

– Походу, придется все разбирать, где-то несущая балка лопнула, вот ряды и поползли, – заключил он и вошел в беседку.

Заметив беспорядок на столе, Семен Семенович упрекнул себя за вчерашние посиделки и стал спешно освобождать его от пустых бутылок, грязной посуды, крошек и недоеденной пищи. Управившись, он присел за стол и облизнулся. Он очень хотел пить, и декоративный фонтан в середине двора спас его от жажды. Он напился воды, умылся и намочил себе седую шевелюру. Семен Семенович почувствовал себя лучше, но отголоски вчерашней пьянки не давали ему покоя; болела голова, тряслись руки, и сердце выскакивало в груди.

– А как ты хотел? – упрекнул он себя. – Столько выпить…

Семен Семенович тяжело вздохнул, а калитка у ворот поползла вверх, и вскоре во двор вошел озабоченный Иван Васильевич.

– Ты чего убежал-то? – спросил он. – Я же волнуюсь!..

– Волнуется он, – обиженно отозвался Семен Семенович. – Сам лег на кровать как человек, а меня во двор выставил…

Друзья недолго выясняли отношения – хитрый садовник, выставил на стол бутылку своего зелья и посмотрел на товарища.

Семен Семенович в ответ замахал руками и заявил:

– Я не буду! У меня работы – непочатый край…

– Я помогу, давай похмелимся.

– Нет, – стоял на своем Семен Семенович.

– Как хочешь, – произнес Иван Васильевич и положил на стол небольшой сверток. – А если так? – спросил он и загадочно улыбнулся.

– Это что? – спросил Семен Семенович.

– Твои челюсти, – ответил ему Иван Васильевич и развернул бумагу. – Я нашел их в траве, у яблони, рядом с гамаком.

– Это что же получается? – удивился Семен Семенович и достал из кармана пиджака вчерашнюю находку собаки.

Он положил челюсти на стол и сказал:

– Мне их принес твой пес, когда ты спал.

Наступила большая пауза, и ее прервал находчивый садовник.

– Без бутылки здесь не разобраться, – заявил он. – Но ты не волнуйся и не переживай, сейчас мы похмелимся и во всем разберемся…

Семен Семенович тяжело вздохнул и достал стаканы, а его неунывающий друг положил две конфеты на стол и сказал:

– Это желейные, их можно и деснами жевать…

– Да я своими деснами не только конфеты, – отвечал ему Семен Семенович. – Я ими и колбасу, и даже яблоки – антоновку жую. А челюсти я надеваю редко, только тогда, когда в люди выхожу…

Они выпили, и Иван Васильевич предложил:

– Ты забирай челюсти, а дома разберешься…

После пропущенного алкоголя Семен Семенович успокоился и, завернув находки в один сверток, положил их в чемоданчик. Здесь он наткнулся на пузырек с керосином и вспомнил о замке на калитке.

– Все, Иван Васильевич, надо работать, – категорически заявил Семен Семенович, и его товарищ согласился с ним.

– Я сейчас траву покошу у седьмого дома и приду тебе помогать.

Друзья договорились, и пропустив по сто граммов, разошлись.

Алкоголь и вправду взбодрил Семена Семеновича, и он, в приподнятом настроении, взялся за работу. Он быстро починил замок на калитке и вернулся к беседке. Здесь он легко разобрался в поломке и нашел быстрый способ ее устранения.

– Сейчас секцию разберу, – размышлял он, – поменяю несущую балку и уже на месте выложу черепицу.

Он отправился в гараж за лестницей, а у калитки зазвонил звонок.

– Кто это? – встревожился Семен Семенович.

Немного помешкав, он все же пошел открыть дверь.

Жалюзи еще не поднялись до своей верхней точки, а он уже увидел чьи-то худые ноги в белых тапочках.

– Баба, – промелькнуло у него в голове, и он не ошибся.

Вскоре перед ним предстала такая аккуратненькая бабушка.

Хрупкая старушка с поморщенным лицом поприветствовала его.

Он ответил ей взаимностью, а она продолжила:

– Я ваша соседка – Инесса Вениаминовна, моя дача рядом.

Семен Семенович украдкой разглядывал женщину, а ее длинный орлиный нос и глаза за толстыми линзами наводили на него тревогу.

– Я пришла извиниться за вчерашнее, – продолжала соседка, – поверьте мне, я и сама испугалась: ночь, а кто-то ломится в калитку…

Она кокетливо улыбнулась Семену Семеновичу, и он, припоминая ночные события, ответил ей тем же, оголив свой беззубый рот.

Инесса Вениаминовна, подметив это, тут же сказала:

– Я принесла ваши зубы, вчера вы обронили их у моего дома.

От такого известия Семен Семенович потерял дар речи и замер, а добрая соседка протянула ему небольшой сверток из бумаги.

– Берите, берите, – продолжала старушка и, замечая смущения соседа, успокаивала его, – так бывает, я тоже теряла свои челюсти…

В знак примирения Инесса Вениаминовна пригласила Семена Семеновича к себе в гости – на чай с малиновым вареньем. Вскоре она, любезно попрощавшись, ушла, а Семен Семенович еще долго стоял у калитки, держа в руках свою третью челюсть.

Пришел Семен Семенович в себя не сразу. Только пропустив сто граммов самогонки, он начал что-то понимать.

– Это недоразумение какое-то… Дома буду разбираться, – решил он и, сложив все три протеза в свой чемоданчик, принялся за работу.

Когда пришел Иван Васильевич, у Семен Семеновича во всю кипела работа… Несущая балка была уже подперта крепкой доской, а фанерные накладки на ней были наживлены саморезами.

– Ну, ты даешь, Семенович, – восхищался товарищ, – все готово?

– Немного осталось, – отвечал ему Семен Семенович, – сейчас закреплю балку, прикручу облицовку и черепицу поправлю…

– А говорил два дня, а сам вон как, – продолжал восхвалять товарища Иван Васильевич. – Слезай со стремянки – перекурим…

Семен Семенович сел за стол, а его товарищ достал из кармана бутылку самогона и наполнил стаканы.

– Ты, Иван Васильевич, здесь аккуратнее – доску не зацепи, – предупредил Семен Семенович друга, а тот ответил:

– Ловко у тебя все придумано!..

– Фирма веников не вяжет – фирма веники плетет! – пошутил Семен Семенович, а его друг полез за закуской.