Александр Карфаген – Санта в моей постели (страница 3)

Где он в две тысячи двадцать пятом году газету нашёл?

Пока ведущий раскладывал на полу огромные листы, я смотрел, как формируются пары и выходят ближе к сцене.

— Вам нужна девушка для танца, — подсказал мне ведущий и кивнул на столик с бухгалтерией. Я пошёл сам, намереваясь вытащить за шкирку одну из сотрудниц.

Остановился около Светланы, но она сразу заявила, что натёрла ноги.

— У меня тоже ноги болят, — врёт Ольга, которая забрала самый большой подарок, который стоял сейчас за стулом главного бухгалтера. Забрала — пусть расплачивается.

— Пойдём, — отодвигаю стул вместе с девушкой.

Перепугалась бедная, как будто я её на эшафот веду. Схватил за руку и потащил за собой. Встали на газету.

Пары вокруг танцуют под музыку, я старался мимикрировать под них, крутить Ольгу вокруг себя. Сам-то я не танцор. Газету сложили, уже пришлось встать ближе. Ольга норовила ногой заступить за край, ну и я шепнул ей пару ласковых.

— Проиграем в конкурсе — уволю.

Фыркнула в ответ, но послушалась. Опять сложили газету. Девушка обняла меня за шею, а я её за талию. Переступаем потихоньку с ноги на ногу, вертясь на месте. Почти семьдесят процентов пар сразу выбыло. Сложили газету ещё раз, и там теперь помещался только я. Взглянул на соседние две пары, где девушки стояли на носочках, скинув туфли.

— Туфли снимай, — приказываю Ольге.

— Вот ещё, колготки порву, — отвечает девушка, явно не желая идти на компромисс. Пришлось решать проблему самому. Подсел немного, схватил руками под бёдра и закинул на себя. Ольга вцепилась в мою шею с испуга.

— Вы с ума сошли, что ли? Поставьте меня на место, — шипит над ухом сотрудница, пока я лицом утыкаюсь ей в грудь.

— Цыц, — шикнул на неё.

Кто-то рядом попытался так же, как я, поднять девушку и держать на руках, но силёнок не хватило. Им не коуч-психолог нужен, а тренажёрный зал. Хлюпики.

— У нас есть победитель, пара, которая простояла дольше всех, — объявляет ведущий, и все хлопают. — Савелий Богданович и Ольга.

— Отпустите меня уже, — шепчет девушка.

Ставлю сотрудницу на пол, она сразу пытается уйти, но я держу её за запястье.

Мне ещё пофлиртовать надо. Вспомнить бы, как это делается.

— Теперь я думаю, будет справедливо, если наш Санта сам себе вытянет подарок, на нём, так сказать, всё держалось, — смеётся ведущий и смотрит на меня. Сам волочет по полу мешок к моим ногам.

— Давайте, выбирайте, — раскрывает мужчина мешок.

— Я предпочитаю подарки побольше, — отвечаю и подхватываю девушку на руки. Под смех и даже свист несу Ольгу за стол, где выпивал с мужчинами. Сажусь, и её сажу к себе на колени.

— Вы с ума сошли, что ли, отпустите меня, — пытается вырваться девушка.

— Сидеть, — приказываю, как своему псу.

— Вот это я понимаю, шеф! А чего с ними сюсюкаться? — одобряет мои действия начальник отдела сбыта и наполняет стопки. Даме быстро разыскали бокал и бутылку шампанского.

— Не ёрзай, — делаю замечание Ольге. Не тяжёлая, но и не пушинка. Перевернул её боком, чтобы не загораживала обзор.

— Может, я пойду? — спрашивает после пары глотков для храбрости.

— Писать заявление по собственному? — и девушка снова фыркает, но сидит. Тоже мне недотрога.

Через некоторое время спрашивает:

— В дамскую комнату-то мне можно?

— Можно, иди.

Отпускаю её и ещё раз выпиваем с мужчинами за женщин, которые имеют свою женскую логику и от хорошего мужика бегают.

Мой объект для флирта куда-то пропал.

— Василий, а где моя... Ну, которая у меня сидела здесь? — обращаюсь к начальнику отдела сбыта, и он, присмотревшись к столам, показывает на девушку, которая уже заняла своё изначальное место.

Вот коза.

— Так дело не пойдёт, — поднимаюсь с места и бью по плечу мужчине. — Пойдём, Василий, вернём мой трофей.

Обходим столы сзади и у стула девушки останавливаемся.

— Мария Ивановна, — обращаюсь к главному бухгалтеру, — почему ваша подчинённая сбегает? Может, она и работать у нас не хочет?

— Савелий Богданович, она хочет, она очень хочет, правда, Олечка? — мудрая женщина сразу понимает, чем пахнет, и, склонившись к Ольге, шепчет: — Иди, я тебе сказала... Уволит же...

— Ещё как уволю, — подтверждаю слова. — Зачем мне безответственные сотрудники?

Ольга поднялась на ноги, взяла свою маленькую сумочку со стула и пошла с нами.

— Дайте мне хотя бы отдельный стул, — требует девушка, не желая садиться мне на колени. Тяну её за руку. Сумку отбираю и оставляю на полу.

— Сиди смирно, без капризов, — рычу уже на неё. Так же сажу полубоком, чтобы видеть, как мои сотрудники пустились в пляс, уже не боясь меня.

Василий обновляет в бокалах и стопках. Цепляется ногой за женские туфли.

— Зачем вы ходите на таких каблуках? Никогда не понимал, — снимаю туфлю с девушки и верчу в руках. Каблук тонкий, неустойчивый.

— Потому что это красиво, — отвечает сотрудница.

Снимаю вторую туфлю и закидываю себе под стул. Провожу рукой по лодыжке.

— И так нормально, — резюмирую.

— Вы ко мне пристаете? — Ольга смотрит ошарашенно.

— А что тут такого? Я мужчина, ты женщина.

— Нет, нет, нет, нет, я на такое не подписывалась, — пытается удрать, но я её держу.

— Сидеть!

— Я вам что, собака?!

— А что, собаки плохие что ли?

— Собака — это животное, а я — человек.

— Вот и понимай команду с первого раза. Сказал сидеть — значит, сидеть.

— Вы... Вы...

— Что я?

— Вы тиран! Понятно!

— Ты ещё тиранов не видела, я по сравнению с ними — сама доброта. Ты историю-то читала вообще?

— Представляете себе, читала, — огрызается.

— Тогда ты должна знать, что любое восстание заканчивается жертвами и кровью. Сиди тихо.

— Теперь вы мне угрожаете?

— Ну, если просьбы на тебя не действуют...

— Вы... — возмущается, сцепив зубы.