Александр Камков – Древо миров братьев Камковых. Том 6. Захват (страница 9)
«Что надо от меня этому хорьку» – думал Вессенторк и даже немного вспотел от иррационального страха.
Еще четверть часа назад он раздумывал и принял решение о предательстве кардинала, и вот его УЖЕ жаждет увидеть этот законник.
«Может кардинал умеет читать мысли или наш бог прочел их в моей голове и уже транслировал старому Боу»? – Вопросы, заданные самому себе до времени, остались без ответа и, наконец, Вессенторк подтвердил эту встречу для своего ординара.
«Скоро все прояснится», – подумал Вессенторк и переключил свое внимание на другие вопросы.
Глава 7. Мир Ару. История отца Велена.
Моя история, если это кому-то покажется интересно, началась сорок лет назад. Если не останавливаться на моем детстве и отрочестве, в которых не было ничего интересного, то эту историю лучше будет начать с момента окончания моего обучения ратному искусству и вступления в Орден святых паладинов.
Большую часть своей жизни, я сталью и Верой боролся в рядах этого Ордена с многочисленными тварями Бездны. Из нее в наш мир проникали порой такие страшные монстры, что даже бывалые воины регулярной армии, или как их чаще называли просто «регуляры», не могли удержать строй и опрометью бежали с поля боя, закрыв руками лицо. И тогда лишь паладины, верные защитники Замысла нашего Создателя, шли впереди войск, ведя людей в бой. Они не страшились никого и ничего. Несокрушимая Вера была щитом их душ, а потому паладины никогда и ни перед чем не опускали свой пылающий взор, разя своими заговоренными клинками все то, что лезло и лезло к нам из Бездны.
Пятнадцать лет я воевал плечом к плечу со своими братьями по Ордену. На моем счету за это время было столько тварей, что я сбился со счету после второй тысячи, еще в первые пять лет своей службы. Паладины шли в бой там, где пасовали обычные воины людей. Даже благословленные в храмах Ару люди, зачастую просто не выдерживали морально, день за днем видеть непрекращающийся страшный калейдоскоп из рогатых морд, когтистых лап, кожистых острых крыльев и жутких чешуйчатых тел.
Бездна с каждым столетием порождала все новые разновидности тварей, а с каждым новым видом, демоны и бесы становились мало того что сильнее, но и страшнее чисто внешне. Неиссякаемая, извращенная фантазия Духов Лжи, казалось, поставила себе целью уничтожить людей, изжив на планете эту расу, оставив на ней лишь демонов и бесов, которые, кстати, хоть и не имели возможность плодиться, но с удовольствием портили наших женщин, девушек и даже совсем еще малых дочерей.
Сейчас в своих снах, я часто вижу своих святых братьев и себя среди них. Строгие, плотные шеренги блистающих под солнцем белоснежных доспехов, волной наступающих на тучу черных, темно-коричневых и багровых тварей, толпами бросающихся на нас и раз за разом откатывающихся от наших шеренг из блистающей стали и сияющих, разящих мечей. Они не в силах были сломить строй из посеребренных доспехов и венчающих их высоких, конусообразных шлемов с плюмажем. Мы были похожи на раскаленный на огне нож в руках молочника, режущего им брус сливочного масла.
Твари боялись и ненавидели нас, святых паладинов. Заложенная в них жажда людской крови и плоти, заставляла их атаковать нас в первую очередь, зачастую игнорируя обычные войска. Мы были для них подобны красной трепещущей на ветру красной тряпке, которой дразнит опытный тореро впавшего в боевой раж быка. Демоны и бесы, плотной толпой старались окружить и раздавить наши малочисленные по сравнению с обычными воинами ряды, но их злоба и ярость лишь укрепляли нашу Веру, придавая нам дополнительные Силы в борьбе с порождениями Бездны.
С именем Ару на устах, вознеся молитвы и хвалу Создателю, мы непоколебимо шли вперед. Не снижая темпа, мы прорубали просеки в огромных толпах из разномастных монстров. Сверкающие Силой Веры наши мечи, разрубали самые крепкие их чешуйчатые тела, кромсая демонов не хуже чем обычных бесов, а огонь наших глаз, сверкающий из смотровых щелей забрал, жег их красные, светящиеся глаза, если кто-то из тварей дерзал обратить свой взор на наши закрытые сплошным шлемом лица.
Зато наши посеребренные доспехи, укрепленные силой наших святых душ и молитвами, были практически непробиваемы для них. Лишь высшие демоны обладали достаточной силой своих Породителей, чтобы сокрушить святую сталь своими когтями или зубами. Конечно, потери бывали и у нас. В бою паладины двигаются, разят и поворачивают корпус, а потому даже самые совершенные латы, как бы точно они не были подогнаны по фигуре, приоткрывают щели в своих сочленениях и тогда твари получают крохотную возможность просунуть туда свое оружие или пустить стрелу.
Именно так и произошло в тот день, когда моя история, как паладина, подошла к концу. Та битва, в которой мы остановили очередную крупную армию, стремящуюся прорвать оборону из пограничных с пустошами форпостов людей, стала для меня последней. Как обычно, мы с братьями по Ордену шли в передовой шеренге, сокрушая бесчисленные орды мелких бесов и редких, попадающихся среди них демонов. Как обычно, высшие демоны не вступали в схватки, предпочитая отправлять вперед низших по рангу созданий Бездны. В начале битвы мы даже подумали, что их и вовсе не будет среди этой волны. Как говорят, их Бездна порождает крайне редко, едва ли чаще одного за десятилетие.
Бой шел своим чередом. Мы легко продавили фронт наступающих, глубоко вклинившись в их ряды, стремясь добраться до лучников, осыпающих из арьергарда бесов ряды людей своими черными, зазубренными, короткими стрелами. С флангов нас поддерживали обычные воины, хоть и бронированные латными доспехами, но гораздо более уязвимые для когтей демонов, а также ятаганов и кривых сабель бесов. Не в правилах паладинов было оборачиваться или снижать свой карающий марш, а потому частенько наш строй отрывался от второй и тем более третьей, наиболее легко бронированной шеренги воинов людей, глубоко вклиниваясь в орду из тварей.
Так вышло и на этот раз. Воины, шедшие за нашими спинами, отстали, завязнув в бою с гораздо более многочисленными противниками. Мы же планомерно продвигались вперед, прорубая своими мощными полуторниками, широкую просеку, шириной с наш строй. Неминуемо, наши фланги оставались немного позади, не рискуя оставить людей без бокового прикрытия. В итоге ровная шеренга паладинов все больше выгибалась клином, превращаясь в острый треугольник, своим верхним углом глубоко проникнув в толпу из мерзких порождений.
Я вместе с соседями слева и справа был недалеко от острия клина, продолжая разить своим мечом тварей, освобождая себе пространство впереди, чтобы сделать очередной шаг. Совсем недалеко я уже видел их лучников, до которых оставалось не больше двух дюжин шагов. Внезапно, я перестал ощущать справа от себя своего собрата по Ордену. Краем глаза заметив, как он падает, я сделал следующий шаг не вперед, а вбок, прикрывая образовавшуюся брешь в строе, но этим растягивая шеренгу. Выучка и рефлексы, давно отработанные годами битв, говорили мне, что я делаю все правильно, и сосед слева сделает ко мне уже полшага, немного сокращая дистанцию между нами. Следующий за ним сделает лишь небольшую коррекцию и в итоге наш строй восстановит свою монолитность. Но в этот раз от соседа слева я не заметил сближения. Наоборот, мой брат сдвинулся на полшага от меня, а не ко мне, видимо отработав потерю другого паладина, располагавшегося от меня через трех братьев слева.
В итоге образовавшегося провала, мы в этом месте допустили прорыв сразу двух рогатых черных демонов, быстро вклинившихся между мной и левым собратом. Конусная, заостренная книзу голова с горящими огненным светом глазами, ударила мне вбок своими мощными рогами, снося меня с ног. Кираса защитила мое тело, но удар был столь силен, что я практически врезался в собрата, заставив его пошатнуться и сбиться с шага. Поднявшись и ощущая жжение в боку от страшного по силе удара, я выставил перед собой меч острием к демону и только тогда увидел, что наш строй разорван уже во многих местах. Зубастая, смрадная пасть приближалась ко мне, занося с обеих сторон свои когтистые лапы для следующих ударов.
Бой был скоротечен, а демон был обречен еще до того, как я вогнал ему между распахнутых челюстей свой меч. Но наше наступление уже захлебнулось, а слитная шеренга развалилась на несколько отдельных групп, обороняющихся теперь по кругу паладинов. Мы, следуя доктрине, вставали в квадраты, прижимаясь по четверо, друг к другу плечами, образовывая сдвоенные пары, сеющие смерть во все четыре стороны света. Я быстро нашел себе место и уже изготовился к обороне, когда на сцене появился Он. Вдвое больше, итак немаленьких, выше человека на пару голов демонов, черная, как ночь фигура высшего демона, раздвинула собой толпу лучников бесов и выдвинулась вперед, оглашая поле боя жутким, гневным рыком.
Высшие демоны имеют даже собственные имена. Их очень мало, но они гораздо сильнее обычного демона, не говоря уже о бесчисленных бесах. Совет Святых отцов, когда-то давно, еще до моего рождения, выпустил доктрину о них, где наряду с изображениями были подписаны и их имена. На тот момент этих тварей было известно десять. С тех пор прошло более сорока лет и если следовать букве доктрины, то четверо или пятеро новых, должны были прийти в наш мир из Бездны. Но и убито было за это время не менее пяти, так что общее количество оставалось, как обычно неизменным. Я, как паладин, хорошо знал тех, кто был изображен в этом святом документе, но тот, кто приближался и уже нависал над передовой нашей четверкой, был мне не знаком.