Александр Камков – Древо миров братьев Камковых. Том 6. Захват (страница 3)

Вучич подарку обрадовался и даже чуть прослезился, от чего мне стало немного стыдно. Сделав в своей голове пометку о том, что надо баловать старика чаще и поднявшись к себе в комнату, я переоделся в рабочее и понял, что провал мне обеспечен. Моя внешность, прическа и даже усы – выдавали меня с головой. Решив идти до конца, мне снова пришлось хитрить. Попросив Розу вызвать ко мне из города цирюльника, я намеренно сделал неловкое движение при бритье и вот результат…

Цирюльник – заламывает руки в ожидании наказания, а я, довольный, что моя мальчишеская задумка удалась, пытаюсь сделать расстроенный вид, в общем – театр. Усы, как я и хотел, пришлось теперь сбрить полностью. Волосы же, если их не мыть так часто, как я привык, тоже быстро изменятся и станут сальными и грязными, как у большинства рабочих.

           Посчитав теперь себя вполне готовым, я с аппетитом поужинал в одиночестве. Отца, слава шестеренке, не было дома. После нашего с ним последнего разговора, я не хотел с ним встречаться. Поискав себе занятие после вкусного ужина, на котором сегодня подавали рыбу на пару и овощи, я решил заняться оформлением новых патентов, а заодно и своим все больше и больше болевшим плечом. Закончив с бумагами, я разделся до пояса и начал аккуратно, но тщательно пальпировать больное место.

– Воспаление на лицо, господин Торсон, – сказал я сам себе и, достав из аптечки противовоспалительную и обезболивающую мазь, густо нанес ее на всю область плеча, после чего лег на кровать и даже не заметил, как уснул.

На утро, специально проснувшись намного раньше обычного, я оделся в рабочее платье и отправился на Механический завод. Предприятие стоило отдельного рассказа. Нужно начать его описание с того, что занимало оно целый квартал на окраине Местуса. Кроме административного корпуса, который, являлся ядром предприятия, здесь были и цеха совершенно различного толка. Также, как театр начинается с вешалки, любое предприятие начинается и заканчивается складами. Сырье, поступающее сюда со всей страны, сортировалось и далее поступало в переработку. После этого, что-то отправлялось в кузни, что-то в механообработку, а что-то и в святая святых предприятия – в один из сборочных цехов. Для меня же было важно то, что, устроившись сюда, я смогу посещать и все дочерние филиалы завода, которые располагались повсюду, в том числе и на самых окраинах нашей необъятной родины. Я чувствовал, что именно там, я смогу узнать все сокровенные нужды и чаяния простых, рабочих людей.

В отделе кадров, оглядев мою персону со всех сторон и по праву признав слишком субтильным для тяжёлой работы, меня назначили подмастерьем в отдел контроля качества. Должность это была достаточно хорошей и получил я ее только благодаря своему блестящему аттестату. Конечно, никто сразу мне не доверит ставить клеймо о соответствии на поступающие в наш отдел готовые изделия, но вот работу по типу «подай-принеси», мне вполне могли поручить. Что, впрочем, и случилось. Радуясь тому, что моя затея с перевоплощением удалась, я отправился на инструктаж.

Проводил его крайне колоритный начальник цеха. Его огромный живот нависал над ремнем брюк, вот-вот грозя порвать бедный и уже порядком измочаленный кожаный шнурок. Не смотря на эту его особенность, он казался неплохим человеком, а рабочие внимательно слушали его, и даже согласно кивали. Звали его Большим Смитом и это прозвище вполне ему подходило. Когда все разошлись по своим рабочим местам, настала и моя пора обратить на себя внимание.

– Господин Смит, – обратился я к нему. – Я новенький, но хочу приносить пользу.

– Торсон, мне сообщили о тебе из отдела кадров. – Махнув мне рукой и призывая следовать за собой, он проводил меня к моему рабочему месту.

– Измерительными приборами обучен пользоваться? – Спросил он.

– Да, господин Смит, – ответил я и кивнул в подтверждении.

Протянув мне многофункциональное устройство для измерения длинны, глубины и диаметров, он попросил меня произвести замеры однотипных деталей, которые во множестве лежали на моем новом рабочем месте. Когда я успешно справился, он одобрительно покивал и сообщил мне, что проверка размеров этих деталей и есть мой фронт работ на сегодня.

– Торсон, – уходя сказал он. – Если, какая-то из них будет не в размерах, откладывай ее в сторону, понял меня?

Снова кивнув, я принялся за работу. Поглядывая по сторонам, я выполнял простые действия, требующие, тем не менее, большой внимательности. Я понимал, что все важные и интересные для меня разговоры, скорее всего будут за обедом, в раздевалках и после работы, в ближайших кабаках. Но сначала мне следовало примелькаться. Вряд ли кто-то будет откровенничать с новичком.

Как и следовало ожидать, во время обеда, вокруг меня образовался пузырь пустоты. Никто не подсел ко мне за столик, но все обеденное время, я чувствовал устремленные на меня изучающие взгляды. Долгожданные изменения произошли только на шестой день моей работы на производстве. В преддверии единственного выходного, за обедом ко мне подсели сразу двое рабочих из моего цеха.

– Торсон, ты отработал свою первую неделю, поэтому, если ты и дальше планируешь тут трудиться, пора тебе вливаться в коллектив! – Сказал один из них и многозначительно потер кадык.

– С деньгами не густо, – ответил я. – А так, я бы с удовольствием.

– Не переживай, парень. Мы знаем не дорогое местечко, где пока еще не разбавляют пиво для нашего брата.

– Тогда идем, – сказал я и едва сдержал победную улыбку.

Отработав по полной смене каждый из шести дней, а потом еще по одной дома в своей лаборатории, выглядел я, как приведение. Изможденный постоянным недосыпанием и тяжелой работой, я наконец-то полностью стал похож, на основную массу простых рабочих. Ежедневно борясь с желанием бросить все и вернуться к прежнему образу жизни, я должен был продолжать быть осторожным и внимательным.

Когда мы, вместе с другими рабочими, уже сидели в местечке столь простом, что ранее я бы даже не взглянул на него и выпивали по первой кружке пенного, разговор начал приобретать нужный мне характер. Нет, здесь не было заговорщиков, упаси шестеренка. Здесь собрались уставшие люди, которые много говорили о своих жизненных трудностях, о сварливых женах, сопливых детях, и о том, что их все чаще и чаще подводит здоровье. Только между этих слов, можно было понять контекст того, как тяжело им живется на самом деле.

Вооружившись наидревнейшей мудростью: заткнуть свой рот пивом и слушать, я пил и слушал. «Влившись» в коллектив по полной, на следующее утро, я тщательно записал в столбик все те проблемы, которые мне показались наиболее острыми. Не теряя времени, через тире, напротив перечислений, я отметил и очевидные, для меня, методы их решения, ну или хотя бы пути, с которых можно было бы начать их решать.

Наступала очередь второго этапа моего погружения. Поставив перед собой задачу отправиться в согласованную с Большим Смитом командировку, на один из горно-обогатительных комбинатов – поставщиков нашего производства, я разрешил себе еще немного поспать и тут же провалился в сон до самого позднего вечера.

Глава 3. Мир Ару. Святилище бога.

Служба, начавшаяся, как обычно, с хвалебных песнопений, была грубо прервана ворвавшимся в храм бога Ару стражником городских ворот. Вбежав в затемненную залу, молодой воин подслеповато прищурился, стер с лица кровавые потеки и сделал несколько неуверенных шагов к алтарю, протискиваясь в не слишком широкий проход, между расположенными слева и справа от него, рядами скамеек, занятых сейчас прихожанами.

– Демоны! – Прошептал хрипло страж и упал на мозаичный пол, разбрызгивая капли крови, обильно пропитавшие его форменный плащ.

Немногочисленные прихожане, до этого мирно сидевшие на скамьях и слушавшие хор молодых аколитов, тут же подскочили со своих мест и в панике закружились по моему храму. Некоторые из них бросились запирать парадные двери, некоторые пытались как-то и где-то спрятаться, а основная масса просто хаотично носилась, переворачивая расставленные в зале деревянные скамьи, которые до этого стояли ровными рядами.

Я бросил сумрачный взгляд на тот хаос, что сейчас творился в главном помещении храма и неторопливо положил руку на высокий пюпитр, где лежала священная книга моего бога. Даже прикосновение к кожаной обложке Писания придало мне сил и я, выпрямившись во весь свой немалый рост, зычно выкрикнул:

– Прекратить панику! Вы находитесь в священном храме бога Ару и демоны сюда не войдут. Поэтому рассаживайтесь по своим местам и продолжим службу. Этим мы не только укрепим свой дух и веру, но и стены нашего святилища! Если среди вас есть врач, то пусть он подойдет и поможет нашему доблестному стражу.

Мой громкий и уверенный голос, усиленный акустикой каменного строения и моей Силой Веры, разнесся по всему куполообразному помещению и тут же возымел свое действие. Хаотичная толпа, в которую превратились мои прихожане, остановила свое бруоновское движение, и снова приобрела некое подобие отдельных, разумных людей. Двое из них сразу же бросились разоблачать стража, стаскивая с него плащ и двустороннюю кирасу, остальные рассаживались на места, ставя обратно на ножки, перевернутые и разбросанные кое-как по зале деревянные лавки.