Александр Камков – Древо Миров братьев Камковых. Том 4. Освобождение (страница 9)

К ночи староста расчувствовался так, что предложил мне свою спальню, и мне пришлось охолонить его, от такой назойливости. Пожелав гостеприимным хозяевам доброй ночи, я отправился на сеновал, где и уснул куда как лучше, чем на любом королевском ложе.

Глава 9. Мир Аннатара. Принц из прошлого.

Утро, едва только занялось предрассветными лучами, всходившего над морем солнца, а я уже был в седле. Путь был нам с конем хорошо известен, и я практически не прикасался к поводьям. Неспешной рысью мы скакали на север, мимо уже посещенных нами двух курганов, к третьему, что возвышался над своими собратьями, словно пик над длинной, горной грядой. Он был как минимум вдвое выше и на столько же шире тех, где я уже побывал вчера.

Едва почувствовав ауру страха, я тут же повесил на себя ментальный щит. У меня не было ни малейшего желания вновь присутствовать на хоровом пении местных не упокоенных душ. Кроме того, я опасался, что в этом громадном кургане, одними лишь певцами и распевами, дело не ограничится. Коня мне тоже пришлось оставить гораздо дальше, чем за сто шагов, потому что едва повеяло страхом, он забеспокоился, стал прядать ушами, фыркать и косить глазом в сторону обратной дороги.

Пешком мне предстояло преодолеть шагов триста, не меньше. И если сам я этот путь готов был, по утреннему холодку, проделать шутя, то вот тащить с собой весь инструмент, было делом не легким. Я не знал насколько сильно зарос или засыпан вход в этот курган, и поэтому ограничиваться только лопатой и ломиком не стал, взяв с собой весь набор шанцевого инструмента.

Нагруженный железом, я приближался к восточной стороне могильника и с тревогой наблюдал, как все больше прогибается мой ментальный щит. Наведенная аура от этого кургана была на порядок сильнее, чем от двух предыдущих вместе взятых. Когда я был уже совсем близко к каменной стене, даже сквозь, вроде бы как по идее, полностью экранировавшую меня защиту, я начал слышать невнятный шёпот и бормотания.

– Иди сюда, освободи наши души! – Доносилось до меня все отчетливее, с каждым пройденным мной шагом.

– Иду, иду…, – пробормотал я себе под нос, стараясь чтобы это прозвучало не слишком громко.

Я, если честно, не слишком был расположен лишний раз тревожить, итак, донельзя беспокойных местных покойников. Но, как оказалось, кто-то из них все же смог, мало того, что расслышать меня, но и понять довольно-таки сильно искаженный, за прошедшие сотни, а точнее – тысячи лет диалект, на котором я это произнес. В итоге у нас завязалась, весьма фантасмагоричная беседа:

– Ты кто будешь, чужеземец? Какому воинству ты принадлежишь? – Голос возникал теперь у меня прямо в голове, и диалог далее протекал на ментальном плане, что решило вопрос с диалектами, произношением, и прочими препятствиями и возможными, при речевом общении, недопониманиями.

– Я – Мортос, человек, ни к какому воинству, политическому лагерю, или королю не принадлежу. – Ответил я честно, не став заморачиваться вопросами, какого собственно лешего со мной беседует чей-то дух, напрочь наплевав на все мои защитные ментальные щиты и построения, словно их и не было вовсе.

– А кто правит ныне этими землями? – Спросил мой собеседник.

– Насколько я понимаю, никто тут ничем уже не правит. Всех тех, кто чем-то и кем-то, когда-то правил, давно нет в живых. Как говорят умные люди – этот мир умирает, вместе с магией и всем волшебством, что еще здесь остались.

– Сколько же веков прошло с тех пор, как нас тут захоронили? – Погрустнел дух.

– О! Скорее несколько тысячелетий! Точнее не скажу, потому как не знаю ни даты ваших тут захоронений, ни точки отсчета ваших летоисчислений. Пока я тут копаю землю, расскажи лучше свою историю, хотя бы вкратце, и что ты хочешь от меня? Чтоб я провел какой-то обряд? Или как именно, по-вашему, согласно древним верованиям, нужно мне вам помочь, чтобы наконец-то упокоить ваши души?

– Если вкратце, то я и мои воины прибыли сюда для того, чтобы помочь людям выжить в этих краях, в те времена кишащих всякими опасными тварями, которыми управлял некий черный чародей. Он был силен и могущественен. Многие королевства пали перед его дланью и стали волей или неволей служить его черным помыслам. Некоторых он завоевал, некоторых обманул. Но были и те, кто вел с ним и его полчищами непримиримую войну, например эльфы, в те времена союзники людей. Мы же жили за морем, на другом континенте, торговали и помогали местному народу. Когда они попросили нас, то мы вняли мольбам страждущих и большим войском пересекли море и высадились здесь, основав эту крепость, как оплот сопротивления и защиту для местного люда.

– И чем закончился ваш поход? Я не спрашиваю о тех, кто лежит в этих курганах, с ними все ясно, но, наверное, вас было гораздо больше, чем погребено в этих краях?

– Кроме этого города, были и другие поселения нашего народа на этих землях. Судьба их мне неведома, потому как я пришел сюда позже них, и конкретно на войну со злом. Была большая битва и многие мои воины сложили головы, как и я. Как ты понимаешь, дальнейшее мне неизвестно, но на тот момент, нашего народа здесь было еще немало.

Я к этому времени уже расчистил проход и вплотную приблизился к закрывающей вход, каменной плите. Поковырявшись в портале, я смог уцепиться за край плиты ломиком и стал раскачивать ее. Мой собеседник умолк, видимо вновь переживая свои воспоминания, а я все тянул и раскачивал эту каменюгу, чтобы попасть внутрь. Она была немного больше предыдущих и потому дело шло не особенно удачно.

– Тебе помочь, человек? – Раздался в моей голове голос, вернувшегося из прошлого духа.

– Если тебя не затруднит…, – прохрипел я, тужась в усилии, чтобы хоть немного сдвинуть камень по средством стального рычага.

Раздался хлопок, и я, вместе с каменной плитой, загораживающей до этого вход в курган, отправился в недалекий, но очень болезненный, особенно при приземлении полет. Совсем недалеко, а точнее прямо за моей спиной, ухнула пролетая, и не слабо так сотрясла землю при приземлении, вылетевшая из портала, как пробка из бутылки с молодым вином, сотни футовая плита.

– Чтоб меня…, – не стал договаривать я, чтобы не дай боги, не сбылось.

– Да, не за что! – Прокаркал веселящийся голос.

Я встал, отряхнулся, прокашлялся, выскреб из носа и ушей землю, и потопал назад, ко входу в раскупоренный курган. Факелы, до этого горкой стоявшие у входа, ныне были рассеяны по пути нашего с плитой полета. Я подобрал по пути парочку и зашел внутрь, расставив два из них в узком проходе входной арки. Как только я зажег промасленную тряпку, которой был обмотан наконечник факела, они разгорелись, осветив все внутреннее пространство склепа.

От входа шел широкий, в мой рост, прямой коридор, пронизывающий все внутреннее пространство кургана. Примерно на середине пути, его, под прямым углом, пересекал точно такой же коридор, что в сумме образовывало крестообразное внутреннее пространство этого могильника. На концах каждого из трех лучей, а четвертым, как вы понимаете, был выход из кургана, стоял каменный саркофаг, в полтора моего роста длиной. Сами коридоры были абсолютно пустыми и даже чистыми, что было несколько странно. Не могло же за десятки и сотни веков не нападать и не накрошиться туда камня и земли из всяких там щелей?

– Иди прямо вперед! – Прозвучал голос в моей голове, и я отправился в путь, зажигая на ходу третий факел. Два предыдущих, я решил оставить на развилке коридоров, чтобы не оставаться в потемках, в этих жутких, пустых, словно только что сложенных, каменных стенах.

Идти было шагов пятьдесят, но мне показалось, что я прошел, по меньшей мере, милю. Каменный потолок, был едва виден в отблесках пламени факела, и на вскидку, отстоял от пола футов на тридцать. Коридор, хоть и был достаточно широк и комфортен для ходьбы, из-за отличной шлифовки камня изнутри, все же давил своей монументальностью и осознанием того, что я нахожусь внутри, под стофутовым гнетом из камня, земли и лишь Восемь знают, чего еще. В случае обрушения свода, меня даже не найдут, потому как к этим курганам, веющим страхом и отчаянием, никто еще долго не приблизится, чтобы если и не откопать, то хотя бы поставить мне свечку на его склонах.

Я приблизился к каменному гробу и склонился над крышкой, рассматривая высеченный на ней барельеф. На нем был изображен рыцарь в полной броне, со щитом, гербом которому служил тот рисунок, что я вчера увидел на перстне. Я вздрогнул, осознавая, что внутри, судя по рисунку на крышке саркофага, я обнаружу ночного дирижера, что управлял хором в моем сне.

– Давай только без грустных песен и хорового пения! – Мысленно воззвал я к своему собеседнику. – Что я должен сделать, чтобы душа твоя и твоих товарищей обрела покой и ушла туда, куда вы там все уходите, согласно вашей веры.

Дух неопределенно хрюкнул, что видимо должно было означать смешок и проговорил:

– На моей родине, меня, как особу королевских кровей, а если точнее, то сына короля, должны были похоронить у подножия нашей священной горы Менельт…, а впрочем, не важно, как она называется, все давно скрыто под спудом времен. Мы никогда особенно не верили в жизнь после смерти и обряды нам поэтому не нужны. Но я попрошу тебя вынести мой саркофаг и захоронить меня у подножия этого кургана. Моих полководцев, можно оставить на своих местах, у нас принято воздвигать каменные гробницы. Мне же тесно здесь, я хочу оказаться за пределами кургана, который в этих землях, станет для меня аналогом моей родной горы. Наши ученые нашли способ сохранять тела погибших нетленными, так что не пугайся, когда откроешь крышку. Процедура эта крайне сложная и дорогостоящая, поэтому ее принято проводить только для особ королевских кровей.