Александр Камков – Древо Миров братьев Камковых. Том 2. Осколки (страница 3)

– Пусть скажут спасибо, что я не заявился к ним в свой предыдущий приезд в город! Тогда украшений было бы намного больше, и комки грязи были бы намного крупнее! – Рассмеялся я.

Сэм подхватил мой смех, видимо вспомнив, как я за столиком у Тома, счищал щепкой пласты глины и грязи, налипшие на мои сапоги, после преодоления селевого потока, который по недоразумению назывался перевалом. Сапоги мне, кстати, тогда пришлось в итоге выкинуть. Коротая время за шутками, и потягивая уже по второму бокалу, мы, наконец, дождались прихода главного мага нашего королевства.

Это был высокий, подтянутый человек, среднего возраста, с аккуратно подстриженными усами и аккуратной бородкой рыжего цвета, в которых уже промелькнули седые волоски, с умными карими глазами, прямым тонким носом и высокими, резко очерченными скулами.

Одет он был в светло желтую мантию, отороченную светлым мехом и мягкие кожаные сапоги, с кантом из того же меха. Рыжие, немного вьющиеся волосы, зачесанные назад, свободно падали ему на плечи. На пальце, сверкал и переливался всеми своими гранями бриллиант, вставленный в золотое кольцо.

– Чем могу быть вам полезным, господа магистры! – Произнес он густым с легкой хрипотцой баритоном.

– Нас привела сюда молва со всех уголков Королевства об участившихся нападениях на города и селения различных странных банд. Тут не было бы ничего необычного, кроме разве что частоты нападений, если бы не замеченные в этих шайках странные существа, мягко говоря, нетипичные для наших краев.

– Да, я слышал об этом. Но это скорее головная боль королевских ратей, а не нас, магов. Мы и так, по древней договоренности, посылаем с каждым крупным отрядом гвардии, наших братьев и сестер. К тому же, в каждом городе и селении есть маги различной степени подготовленности, по древнему же обычаю.

– Мы хотели бы провести расследование, о причинах появления орков, гоблинов, троллей, южан и огров в наших землях. – Сказал я твердо.

Винсент поднял на меня глаза, и я увидел удивление на его лице. Не дожидаясь от него вопроса, я кратко пересказал ему обо всем том, что слышал или читал в письмах, не забыв упомянуть и то, что рассказал мне сегодня Сэм. Главный маг слушал очень внимательно, не перебивая, и под конец моего рассказа произнес:

– Я переговорю с Королем сегодня же. Кое-что из всего рассказанного тобой, действительно нуждается в тщательной проверке. Располагайтесь в гостевых покоях и дождитесь меня, господа.

Он стремительно вышел, а к нам через минуту подошел знакомый нам уже маг и проводил на второй этаж в наши покои. Удостоверившись в том, что мы успешно устроились, он пообещал вскоре принести нам еды и удалился, мягко прикрыв за собой тяжелую дверь.

Глава 2. Лес Памяти. Мир Карна. 749 год. Беженцы.

Лес Памяти олицетворял собой две эпохи, два мира и два времени. Олицетворял собой «До» и «После», сейчас я чувствовал это особенно остро. Вороной, идущий шагом, тревожно всхрапывал подо мной и тряс своей густой маслянисто – чёрной гривой, будто пытаясь стряхнуть с себя что-то. Так же иногда делают люди, когда пытаются выкинуть какую-то тревожную мысль из головы. Горько пряный, полынный запах воздуха, нагретого на дневном солнце, щекотал наши ноздри. Светило уже клонилось к закату, человеческая Столица Карна вместе со всей своей суетой и пылью, осталась далеко позади на западе, а впереди, в закатных лучах, я видел лес и поле.

Нет, не так. Я видел Лес и Поле. Дорога, разделявшая их, уходила левее той, по которой двигался я в сторону Важина, и была здесь едва заметна. Она появилась много позже, чем обычные, когда и лес и поле люди стали называть с заглавной буквы.

Триста тридцать семь лет назад на этом месте произошла битва той силы, о которых говорят как о тех, что перевернули и необратимо изменили привычный мир. Более трёх сотен лет назад на этом поле и в этом лесу в жестокой, кровавой битве встретились все существа населявшие Карн. Тогда только Альтеры, видимо, как одна из первых и самых мудрых рас, населивших этот мир, смогли избежать безумия и не ввязаться в общую драку. Силы Древних, тогда же и изгнанных богов и их миньонов также принимали участие в этом ужасном событии.

Эта земля, создавалось впечатление, до сих пор не смогла переварить всю ту злую энергию, кровь и другие телесные жидкости, что пролились здесь тогда. Эта земля до сих пор хранила в себе десятки тысяч мечей, копий, булав и доспехов, что давно истлели, но сделали эту землю непригодной ни для чего, кроме как для памяти о том, что такое не должно повториться никогда больше.

Мрачная улыбка тронула мои пересохшие от долгой дороги губы. Я чувствовал всем своим омертвевшим сердцем, что это ещё не конец. И что мы, существа этого мира сможем ещё разок удивить богов своей жестокостью и пролитой зря кровью. Мы точно сможем…

В самой тёмной глубине этого мрачного, смешанного и заросшего буреломом Леса были те самые развалины, с которых всё началось. Теперь благодаря Стефану и его книгам я знал это точно. Небольшая научная экспедиция многие годы до этого проведшая за древними книгами, в конце третьего столетия по летосчислению Карна нашла информацию о старом храме.

Не придумав ничего лучшего, эти учёные мужи отправились туда и после долгих поисков и потери двух из шести участников экспедиции нашли, уже тогда древние, почти вросшие в землю развалины. Но под землёй всё оказалось в куда как лучшем состоянии и в центральной зале третьего подземного яруса они кое-что нашли.

Книги не говорят напрямую, что именно они нашли, но написано так: и найден был артефакт той красоты и мощи, что неокрепших духом и волей сводил он с ума и порабощал их тела и души, делая их рабами и проводниками своей воли. Достаточно непонятное, но жутковатое описание.

И вот оставшиеся вчетвером участники экспедиции вернулись тогда к вождю самого большого человеческого племени и обменяли этот артефакт у него на золото, камни, должности, женщин и другие «вечные» блага. История умалчивает, но времена тогда были настолько суровые, что я не думаю, что они прожили долго после этого. Но дело не в них, а в том, что произошло дальше.

Тот славный вождь, исторические хроники утеряли его имя, значительно поднял численность племени и своё влияние, и в прошествии всего каких-то пяти – десяти лет, это конечно не осталось незамеченным его соседями по всем концам земель Карна. Нежить, Кочевники, Дверги, Оркусы и прочие расы и малые народы так же стали укрупняться, плетя интриги и заключая династические браки.

Четыреста двенадцатый год стал именно тем годом, когда нарыв вскрылся Великой Зимней войной. Артефакт, как мы уже точно знаем, был разделен на пять частей и мир изменился. Вскоре иссякла последняя магия, а все кто владел ей, быстро и незаметно ушли за край.

Люди объединились под рукой Вернона Первого или Вернона Великого, как его ещё называли в старых книгах, нежить была истреблена почти полностью и не показывалась более из-за Мёртвых гатей расположенных на самом юге Карна. Дверги ещё глубже зарылись в свои Северные горы. Самыми постоянными в своём видении мира оказались Альтеры и как не странно Кочевники. Первые не ввязывались ни во что и раньше, и не получили такой привычки после. А Кочевники, как делали набеги на всех до кого дотягивались, так и делают уже более трёх веков. Чем не стабильность?

Вынырнув из воспоминаний, я спрыгнул с Вороного, стреножил его и отпустил пастись по правой стороне дороги. Левая, мёртвая сторона была частью Поля и даже Восемь не стали бы разбивать на ней свой ночлег. Завтра к вечеру, я должен был быть в Важине. Ковальд, кому я написал ещё третьего дня, должен будет ждать меня там. Быстро перекусив запасами, взятыми ещё в доме Стефана, я завернулся в плащ и, не разжигая костер, устроился на ночлег.

Ночь, как и все последние, была тревожной. Не способный более погрузиться в глубокий сон, я находился между сном и явью. Это совершенно не мешало отдыхать моему телу. Находясь в военном походе, карауле, настороже, быстро учишься восстанавливаться даже без малой толики привычных, обычному человеку удобств. Те изменения, что продолжали происходить со мной, ещё сильнее снизили мои физиологические потребности. Три, четыре часа поверхностного сна теперь стали нормой, ссадины, небольшие раны, ушибы заживали буквально на глазах. Мои чувства обострились, сила и ловкость прибавилась, но и цена была высока.

Чёрные нити расползавшиеся от того места, где на моей груди был изменившейся знак Восьмерых, который теперь больше не снимался, как будто прилипнув к моему телу, начали проглядывать на шее и кистях рук. Пришлось усовершенствовать свой старый кожаный доспех.

Хорошо заплатив баронским серебром одному из лучших столичных кожевенников, я получил прекрасной работы крепкий и одновременно очень удобный горжет, который мог быть и капюшоном. Также я получил и новые наручи, которые уже самостоятельно серьёзно доработал в кузне. Наручи теперь закрывали не только предплечья, но и кисти рук, а между слоями кожи я вшил самостоятельно откованные стальные полосы. Таким образом, теперь беря удар меча на предплечье, я совершенно не опасался потерять руку. Обдумывая и вспоминая всё это, я чутко дремал. Со стороны Поля слышались вздохи, шорохи и стоны. Утренний туман поднимался от земли и там в этом тумане, явно что-то было.