Александр Кальнов – Противостояние. Причины (страница 6)
Луис, бросив взор на полуголого и сидящего в кресле друга, штопающего себя самостоятельно, сухо заметил, – торопись амиго! Каждый лишний стяжек на твоей шкуре стоит кому-то жизни…
– Надеюсь вы не попадёте в ловушку! – фыркнул Наварра, и осмотрев себя, бросил друзьям вслед, выходящим на палубу, – я управлюсь с командой быстрее, чем вы ступите обратно на борт! Если подкрадутся французы?
– Снимайтесь с якоря, и на всех парусах следуйте Санто-Доминго! – не оборачиваясь выдал капитан.
– Если вас не станется? – нехотя произнёс Наварра.
– Ты знаешь что делать! – отрезал капитан, и вышел вон. Створки дверей захлопнулись и Наварра, глянув на юнца, глубоко вдохнув, – Гильермо… вот что нужно сделать…
И сам по рангу капитан, Наварра посыпал указаниями, вызвав при этом в каюту ещё несколько молодых и не сильно раненых матросов. Осмотрев их, он переоделся, и кряхтя двинулся на палубу. Видя как на воду спускают шлюпку для его друзей, Диего сощурил глаза и стал оценивать каждого, накидывая указания матросам и парочке врачей, которые выжили в ночной бойне. Здоровые оттаскали раненых по лестнице на палубу ниже, но до этого, Диего, как ему бы этого не хотелось фильтровал тех, кто точно умрёт, и кого ещё можно спасти, операциями, ампутациями и прочими уловками этого времени, не давая шанса отправиться на тот свет. Первых он помечал точкой, на лбу, предварительно оттирая или грязь, или пот, или кровь. Тех кому повезло, он метил католическим крестиком. И матрос, видя отметки, переносили ещё не умерших и мёртвых на нос корабля, складывая штабелями, или спуская в лазарет. Нескольким матросам было велено прибраться, и те собирали конечности и кровавое месиво, попросту вываливая всё за борт, замывая палубу морской водой, поднятой в вёдрах.
Иначе никак.
Пока Диего командовал и спасал жизни, Луис работал вёслами, толкая шлюпку с товарищем вперёд.
Хуна Антонио, сидя на носу и всматриваясь в черноту пещеры, где вырисовывались очертания двухпалубного корабля с переломленными мачтами, выдал, оглянувшись на свой корабль, – управиться бы поскорее, и двинутся в Санто-Доминго…
– Сам захотел развеять интерес, – пожал плечами друг, и делая мощные толчки веслами, в итоге догреб до валунов, уткнув нос шлюпки в камень.
Оглядев скалы, Хуан Антонио тихо добавил, – безумная затея конечно, особенно сейчас… как бы вся скала не рухнула.
– Значит мы умрём как истинные искатели приключений! – усмехнулся Луис Фернандо Диас.
– Всех тех лет, что нас носила нелёгкая тебе мало зачислить себя в ранг таковых? – вздохнул капитан, всё ещё осматривая обвалившийся утёс и края грота, в который через камни набегала волна.
Луис лишь в очередной раз вздохнул, сам изучая утёс и окружение, прислушиваясь здоровым ухом не стонет ли порода перед ними, готовая к новому обрушению.
Выждав с минуту, друзья переглянулись, обернулись к El Peregrino, оценивая издали его потрёпанный корпус. Затем молча кивнули друг другу, привязали шлюпку верёвкой к небольшому камню так, чтобы её не унесло.
И перебравшись через валуны крепкие духом и разумом скрылись во тьме.
Утерянная ниточка
Спелый зелёный кокос сорвался с высокой стройной пальмы. Просвистев по жаркому воздуху, орех с глухим звуком шлёпнулся на песок, а цветастая букашка, проползавшая по тёплому покрывалу песчинок, вовремя отскочила от напугавшего её инородного тела, свалившегося с небес. Отвернув усатую голову от бирюзово-синего горизонта, над которым едва заметно поднималось марево тепла, насекомое засеменило ножками по перетёртым коралловым песчинкам, и понеслось в зелёный лес сочной травы. Юркнув в колосья, напуганный жучок скрылся в их тени.
Вскоре к упавшему кокосу подошёл крепкий телосложением мужчина. Наклонившись и капая солёными брызгами на тёплый песок, странник поднял пальмовый орех. Подкинув кокос в воздухе, брюнет поймал орех и весело обронил, – о, ещё один переспел!
Брюнетка в тёмно-красном купальнике, сидевшая в позе лотоса на песке возле расстеленной тряпичной скатерти с раскрытой плетёной корзинкой провизии, глянула на мужчину в кремовых коротеньких шортах. Её спутник ранее подобрал целых три кокоса и шёл к ней c очередным орехом с довольным лицом.
Вдруг, высоко в небе, на обозримом горизонте, где лежали соседние острова, появилась едва заметная светящаяся точка. Девушка c миловидным выражением лица, краем глаза заметив сверкнувшую точку, приложив ладошку к каре-зелёным глазам, прикрываясь от яркого солнца, светящего сбоку, прищурилась. Мерцающая точка на небе росла и приближалась, и когда мужчина подошёл к своей любимой вертя кокос в руках, брюнетка проговорила, – Джек, что это?
Мужчина кинул кокосовый орех на песок к другим, и с гордым видом героя добытчика буркнул, – это десерт на завтрак!
– Я про ту штуку на небе! – задумчиво ответила Джиллиан, и указала пальцем в чистое синее небо. Мужчина, взяв с коврика мачете для разделки орехов, выпрямился, сам прищурил глаза к горизонту, и протянул, – э-э-э, бликует, кто знает, может быть на самолёт.
– Почему он так сияет? – удивлённо воскликнула девушка, и встала с песка во весь рост стройной фигуры. Мужчина окинул свою новоиспеченную жену желанным взглядом и проговорил, – Джилли, может, повторим, а? – и подойдя вплотную шлёпнул её по упругой ягодице.
Девушка, улыбнувшись, игриво отпихнула мужа, – да ну тебя! Эта штука случаем не на нас летит?
Мужчина, удручённо выдохнул и стал серьёзным, поняв, что ему сейчас ничего не перепадёт, пока он не ответит любимой на вопрос. С видом знатока, Джек стал присматриваться вдаль, ощущая, как кожа нагревается от утреннего солнца, а высыхающая соль океана щиплет её. Между тем яркая точка блестела, светилась и мигала. По форме она напоминала шарик, который разрастался в диаметре по мере снижения. Когда объект оказался в поле видимости, девушка застыла на месте и прошептала, – нет! Не может быть! Оно сейчас…
Мужчина схватил любимую за её дрожащую руку, – бежим!
Оба бросились с залитого солнцем побережья в тенистые пальмовые заросли необитаемого острова, оторванного от гряды и расположенного вдали от роскошного курорта главного острова миллионеров. Пара попала на остров ранним утром, взяв в аренду катер, сейчас дрейфующий у побережья на якоре.
Прорываясь сквозь плотную растительность ярких цветов, зеленеющих папоротников и плотно растущие пальмы, мужчина тащил за собой девушку, а в другой руке сжимая рукоять мачете. Брюнетка споткнулась о корень дерева, подвернула ногу и упала со стоном, – а-а-а, Джек! Нога! Кажется, я её…
Вдруг в небе со стороны океана раздался акустический щелчок, и яркая белая вспышка высветила все тёмные уголки в тропических зарослях, озаряя каждый листик, каждый колосок, наполняя их светом и сиянием, вычерчивая в зелени перепонки, волокна и грани. В следующую секунду высокие стройные пальмы сильно качнулись от волны вибрации, прокатившейся по пространству. Воздух зазвенел и задрожал, и Джек, вскинув голову вверх, открыл рот, – Джилл, береги голо…
Но Джека прервала гроздь кокосов, потной связкой упавшая на него с двадцатиметровой высоты. Мужчина с окровавленным лицом рухнул на спину в траву без единого звука. Девушка успела увернуться от схожей грозди кокосов, летящей на неё с соседней пальмы. Ещё одна такая увесистая кисть сорвалась с пальмы и врезалась в голову мужчины, проломив ему череп.
То тут, то там слышался шум падающих орехов. Джилл, в панике прижавшись спиной к шершавому стволу пальмы, с ужасом смотрела на разбитое окровавленное лицо мужа. Её любимый лежал обездвижено, а мощная накачанная грудная клетка больше не поднималась от дыхания. Пересилив себя и доползя до мужа, Джилл с комком тошноты и слёз смотря в разбитое лицо, потормошила Джека. Нащупав пульс и выждав какое-то время, напуганная до смерти она застонала, – Джек! Боже… нет… нет!
Вдруг где-то со стороны побережья яркое свечение, озаряющее белым светом всё вокруг, угасло, а вибрирующий воздух вновь окутала теплота и тени пальмовой рощи. Макушки пальм всё ещё покачивались, но уже успокаивая амплитуду колебаний.
Джил попыталась встать. Оперившись о ствол пальмы, брюнетка кинула взгляд на тело мужа, и со слезами на глазах, прихрамывая, заковыляла к побережью и катеру. В моторке был спутниковый телефон, спрятанный в прохладном бардачке, её надежда на спасение.
Доковыляв с подвёрнутой лодыжкой до прорехи среди близко растущих пальм и кустарников, через которую уже просматривалось песчаное побережье и бирюзовые воды, Джилл приникла к пальме, прижавшись к ней, и присмотрелась.
То, что она увидела, заставило её замереть всем сердцем и оцепенеть от страха и удивления, не верив собственным заплаканным глазам.
Видя, что путь к лодке отрезан, Джилл резко, как могла с подёрнутой стопой, кинулась в глубь острова в надежде наткнуться на таких же туристов, решивших спозаранку удалиться от главного острова, и россыпи вилл на побережье и на воде, к дальним, диким островам.
Вскоре девушка достигла того места, где был её любимый. Джек так и не встал, а кровь продолжала вытекать из разбитого лица и проломленной головы, медленно впитываясь в землю. С истошной болью и всхлипами, вперемешку с диким страхом, хромая мимо любимого, Джилл пустилась дальше.