Александр Кальнов – Противостояние. Причины (страница 32)
Екатерина послушалась, и отпущенное белое окровавленное полотенчико упало с плеча под ноги. Взявшись здоровой рукой за край диска, она сразу же ощутила тепло, проникающее в кончики пальцев, и разливающееся волной по организму. Посмотрев на плечо, она почувствовала, как рана зачесалась и стала зарастать на глазах.
Антон, не ощущая боли в местах ранений. Наблюдая за тем как рана на плече жены сходит на нет, прошептал, – интересно, как оно работает?
– Ускорение регенерации клеток, тканей… интересно, он регенерирует повреждённые внутренние органы? – предположила Екатерина, поводя зажившим плечом и почувствовав чуть ли не экстаз после того, как ноющая острая и колкая боль исчезла.
Девушка кивнула головой, – ладно, что будем делать?
Разумов вкратце, не вдаваясь в детали описал видение дальнейших действий девушкам и подытожил, – это будет оптимальное решение.
Девушки переглянулись в ярком свете потолочной иллюминации, и Екатерина кивнула – хорошо. Действуем.
И после окончательно проснувшиеся и ожившие в полную силу агенты в оперативном и отработанном порядке принялись подчищать следы.
Капитан яхты, дождавшись единственного выжившего, снялась с якоря. Лодка поплыла в сторону ночи, разлитой между мерцающими пальмовыми островами.
Командир погибшей группы, развалившись на диване в каюте, переводя дух после длительного заплыва от берега до лодки, проговорил, – твари! Теперь всё будет по-другому!
Монотонный полёт по спирали вниз вокруг скалы с однообразными высеченными ступенями настолько приелся настолько, что голова пошла кругом. Анабэлла, уже нервничая всем видом, спросила, – сколько?
Сокольский, которому, не меньше Берковской осточертел убаюкивающий планомерный спуск, ответил, – двадцать километров от перехода.
– Выше чем Эверест раза в два с половиной раза! – выдохнула девушка, – что с температурой?
– Минус сто! – выдал Сокольский, глянув на полупрозрачный планшет древней цивилизации Мýру, который он смог приспособить под современный мотив, внеся с помощью нанороботов новейшие функции и принципы работы человеческих планшетных компьютеров с сохранением первоначального функционала. Тандем технологий получился более чем ультраконцептуальным.
Смотря на данные, юноша добавил, – сила притяжения ниже земного в два раза. Мы будем прыгать как кузнечики при нашем то весе.
Анабэлла вздохнула, и, глядя на ступеньки, покрытые плёнкой инея, ответила, – да уж! Минус сто. По идее, чем ближе к центру планеты, тем теплее.
Сокольский, знакомый с базовыми понятиями о геологии, пояснил, – ты права, значит, мы не углубляемся под поверхность планеты.
Берковская призадумалась. Вдруг впереди пара увидела тело инопланетного жителя, похожего на того, которого они обнаружили в самом начале. Оно было переломано и скомкано как тряпичная кукла, из расколовшейся головы торчали оледенелые застывшей субстанции. В тончайшей кисте был зажат серебристый кейс. Комбинезон и открытые участки кожи были покрыты ледяной плёнкой.
Зависнув летательным аппаратом над переломанным телом, Сокольский печально вздохнул, – похоже он рухнул с верхних витков и докатился сюда.
Анабэлла, глядя на целёхонький чемоданчик, вздохнула и предложила, – забрать бы его, да посмотреть!
Сокольский понял намёк и спустился на ступень ниже. Оглядев из-под маски-линзы свои руки и многогранный рисунок поверхности костюма, Александр проговорил, – придётся тебя усовершенствовать! – и отдал приказ наноразмерным механизма.
Нанороботы вышли из тела юноши, просочились сквозь защитный костюм и оказались на поверхности. Анабэлла увидела, как костюм юноши становиться толще, а на лице под линзой появляется выпуклость с несколькими соплами. Вдруг девушка увидела тоже самое и на своём костюме. Юноша пояснил, – теперь тело под защитой от суровой среды, маска будет фильтровать и подогревать воздух при дыхании.
Берковская снова покачала головой и отшутилась, – опасный ты тип для промышленных конгломератов и монополистов технологий! Недосягаемый конкурент.
Сокольский улыбнулся под маской и выдохнул, – ну что, пойдём, посмотрим на кейс!
И после Сокольский отдал цифровой приказ Страннику Мýру.
Аппарат преобразовал внутреннее пространство, защитив функционал от холода, а крыша летательного аппарата стала разбираться, отъехав в сторону. Оказавшись на морозе, Александр и Анабэлла почувствовали, как их экстраподвижный костюм прижался к телу.
– Всё в порядке, это твердеет структура материи, – пояснил Сокольский и встав ногами на анатомическое кресло, покрывшееся инеем, выпрыгнул на ступень.
Гладкие ступеньки оказались ещё и скользкими, и юноша плюхнулся на пятую точку. Поняв ситуацию, юноша передал цифровую команду и наноорганизмы образовали крошечные шипы на ступнях. Встав в полный рост, юноша приблизился к переломанному четырёхметровому телу инопланетного существа и взвесил планшет, снимая тело со всех сторон.
Анабэлла выпрыгнула за напарником, и, встав рядом с ним, предположила, – может быть здесь есть ещё существа, так и не достигшие подножья башни?
Сокольский, положив руку на ледяную ступеньку проговорил, – всё может быть.
Наноразмерные существа стали снимать материю, и Александр добавил, – вообще замечательно, что нанороботы выдерживают столь критичную температуру.
– Какой для них термодинамический минимум? – поинтересовалась Анабэлла, глядя на то, как поверхность ступеньки медленно разъедается, а возле неё образуется серебряный шар, растущий объемом.
– Они могут существовать и функционировать при абсолютном минимуме,8 – пояснил Сокольский, – хотя, при столь низкой температуре, вещество земного происхождения утрачивает пластичность, исчезает трение молекул, их сопротивление и взаимодействие между друг другом. Само же вещество перестаёт обладать свойствами твердого тела, жидкости или газа. Его попросту можно расколоть. Наноорганизмы были адаптированы под условия существования в абсолютном ноле, и в среде, где температура зашкаливает за десяток тысяч градусов, ведь наноорганизмы попросту перестраивают принцип работы, создавая более прочные молекулярные и энергетические соединения. Так что им не страшны космическая радиация и холод, солнечная радиация и его тепло. Они преобразовывают излучение в энергию, питаются её.
– Понято, – протянула девушка и посмотрела на то, как шар разъединился на три более мелких, и те покатились к окоченелому и скрюченному телу инопланетянина. Подкатившись к кейсу, они, вновь перестроившись, накрыли его серебристым блюдцем, оставив арку, огибающую запястье. Александр выдал идею, и острая гильотина перерубила плоть инопланетного существа. Костюм неожиданно засиял и свечение поглотило тело.
Сокольский пожал плечами, – интересно, почему аннигиляция не происходит сразу после смерти?
– Ты у меня спрашиваешь? – усмехнулась Анабэлла, видя, как защита отступает от кейса, преобразовываясь в шар. Сокольский отдал приказ, держа пластину, нацеленную на чемодан, –теперь мы узнаем, что скрыто внутри.
– Не холодно ли будет содержимому? – уточнила Анабэлла.
Сокольский повернул голову, скрытую защитным шлемом с белой линзой и выдохнул струйки пара с фразой, – смотри сюда.
На полупрозрачном планшете высветилось внутреннее содержимое кейса, сканируемое нанороботами внутри чемоданчика. Анабэлла, глядя на закреплённые рядами металлические пластины, похожие на коммуникаторы и десяток стеклянных сосудов с разноцветной жидкостью внутри, и ещё таким же количеством сосудов с газообразным веществом, выдала, – похоже на… пробы, материалы для исследования…
Сокольский задумался, и, отзывая нано роботов из пространства кейса и его материи, влил их в свой костюм и ответил – вполне, или закваска для создания биологической жизни, или смертельное оружие, а может быть лекарство. В колбочки я не стал проникать.
– Что будем делать с кейсом? – поинтересовалась Анабэлла, и, увидев, как Сокольский подходит к нему и берёт его на руки, ответила, – ну конечно…
– Мало ли… Может быть в этих пластинах записана великая истина Вселенной, или планируемый межгалактический акт милости. Или агрессии, – парировал юноша, и, подойдя к краю ступени, спрыгнул с увесистым кейсом в кабину парящего летательного аппарата.
Девушка пожала плечами и вскоре оказалась на соседнем с юношей кресле. Корпус воссоздался до абсолютного монолита, температура выровнялась и Сокольский, положив кейс на заднее сиденье рядом с рюкзаком, выдал, – ладно, полетели дальше!
Странник Мýру получив команду медленно развернулся в морозном разряженном воздухе и полетел вниз вдоль стены, скользя над ступеньками.
Анабэлла, осмотрев футуристический салон, преобразовавшийся в абсолютно прозрачную структуру, кроме удобных анатомических кресел, покрытых мягким материалом светлого цвета, взглянула на профиль Александра, скрытый белым, как альпийский снег защитным шлемом. Вздохнув, она прошептала, – какая жизнь может существовать в такой среде?
– Есть ли она вообще тут? Хотя Вселенная изобретательна, а её отпрыски умеют подстраиваться под ситуацию и среду… – уточнил Сокольский, глядя на освещающиеся новые и новые ступени, уходящие вниз.
И они замолчали, наблюдая за очередными однообразными монотонными поворотами, подогревая надежду, что может быть, где-то там есть кристаллы-ключи, способные открыть дверцу в их родной Мир.