Александр Кальнов – Противостояние. Причины (страница 28)
– И? – спросила Бэль, перебирая догадки, – не томи!
– Мы в замкнутом пространстве! – констатировал Сокольский, потеряв из границы видимости исчезнувший шарик. Но чувствуя, что летящий дрон-сфера ещё удаляется, собирая данные и посылая информацию, Александр добавил, – больше двух километров!
– Так, и где мы? – спросила Анабэлла, выкинув из руки камушек.
Юноша подобрал осколок и пара нанороботов, выйдя из плоти Александра, пройдя состав бронекостюма, интегрировалась в осколок и начала основную активность. Юноша откинул бурлящий нанороботами шар на пол и вскоре серебристые шары стали разъедать все осколки вокруг, строя скелет летательного аппарата. Странник.
Анабэлла выдохнула и прошептала, глядя на сформировавшийся летательный аппарат, – никак не привыкну. Но это превосходно чёрт возьми!
Вдруг странный свист послышался где-то над головой, и Анабэлла, прервав изречение и задрав голову, присмотрелась во мрак. Неожиданно, свечение выхватило каменно-металлический отблеск, и она крикнула, – берегись!
Откуда не возьмись, из кромешной темноты над головой, посыпались остроконечные каменные конусы, размерами со шкаф. Одна за другой они врезались в пол, с треском разбиваясь на осколки. Александр и Анабэлла, увернувшись от нескольких, кинулись к Страннику.
Впрыгнув в салон аппарата, агенты почувствовали, как по поверхности Странника забарабанили осколки, и несколько мощных ударов прижало летательный аппарат к полу. Грохот и камнепад продолжался с полминуты, и вскоре вся освещающаяся площадь была усеяна осколками разных размеров.
Сокольский, уже сидя в кресле и смотря через прозрачную структуру обшивки Странника, выдал, – вот откуда осколки.
– Сталактиты, – подметила Берковская, прижимая ладошку к рассечённому лбу, – мы в пещере!
Сокольский, увидев шар, падающий с кромешного потолка, буркнул, – да, и мы послужили причиной, – и глянув на Анабэллу, он добавил, – дай-ка гляну.
Анабэлла оторвала ладошку от рассечения на лбу, и кровь засочилась по лицу. Юноша прижал палец к ране и нанороботы, проникнув в кожный покров, реанимировали повреждённые клетки, создав здоровые ткани и гладкую загорелую кожу, разобрав кровь на лице и вернув элементы в организм.
Берковская, проведя над бровью по гладкой коже и чистому лицу, шепнула, – спасибо тебе, дядя волшебник!
– Пустяки… – отмахнулся Сокольский. Взметнув взгляд к потолку и окинув пространство, юноша взмыл на Страннике над аномалией и с неким азартом в интонации добавил, – посмотрим, куда нас занесло?!
Летательный аппарат, паря в полусотне метров над переходом, по команде издал из себя мощный поток фотонов, и ярчайший свет залил пространство вокруг себя в радиусе нескольких сотен метров.
Берковская, приоткрыв рот, замерла в исступлении. Сокольский, вскинув брови, сам подвис в молчании. Оглядываясь вокруг Странника на обширную каменно-железную площадку, центром которой являлся пространственно-временной переход, Анабэлла видя гигантские каменно-железные ступеньки, уходящие по спирали вниз, в темноту, прошептала, – где же мы?
Юноша, глубоко задумавшись и чувствуя, как неизвестность будоражит воображение, порождает вопросы и опасения, пожал плечами и тихо ответил, – на дальних рубежах, Бэль. На дальних рубежах…
Приятная на слух карибская музыка доносилась до крытой веранды нижнего этажа со стороны просторной гостиной. На всём первом этаже особняка был приглушен свет, а на стороне бассейна, окруженного пальмами и клумбами цветов, слышалась русская речь.
Сидя за стеклянным столиком, Кристина, оторвавшись от ноутбука, соединённого по закрытому цифровому каналу с агентством Современных Революционных Технологий, отпила махито, приправленное выдержанным ромом. Разумова Екатерина не добавляла алкоголя в свои напитки, и Кристина, улыбнувшись подруге, шепнула, пока Антон Разумов копошился в гостиной, – уже планируете малыша?
Разумова огляделась, и, наклонившись к подруге, шёпотом ответила, – ну так, пробуем пару месяцев.
Бино, слегка застеснявшись, едва открыла рот с вопросом, но Екатерина опередила подругу обыденным тоном, – все анализы в норме, у меня, у него, тотально не злоупотребляем…
Кристина вздохнула с задумчивым видом и шепнула, – может быть, стресс? Работёнка-то у нас о–хо–хо!
– Вероятнее всего, – ответила Екатерина, вспоминая случай в Эфиопии, жуткую перестрелку, удары в защитный костюм и тело, падения и кувырки, синяки и подкожные гематомы. Поморщившись, Разумова добавила, – иногда я думаю, может быть и рано пока с нашим образом жизни? Смотрю на Максима – он разрывается между семьёй и всеми событиями, выпадающими на нашу долю.
Кристина поджала губу и кивнула, приятно ощущая то, как ром с оттенком карамели расслабляет тело, – чую, под давлением Насти он вскоре перейдёт на кабинетную работу.
Разумова улыбнулась, – эх! Кто же будет юморить во время передышек в переделках?
Повисло секундное молчание, и радостный женский смех огласил площадку возле бассейна. Со стороны особняка послышался голос Антона, – я слышу, ром даёт о себе знать?
Екатерина обернулась, и, с любовью глядя на крепкого мускулистого рослого мужа, несущего в руках серебристый поднос с полными тарелками, ответила, – мы тут про Максима вспомнили. Не хватает его сейчас…
– Не-не! Как раз хорошо, что его с нами нет! А то бы он сейчас весь наш поднос оприходовал, – добрым тоном отшутился Разумов, в душе уважая друга и коллегу, с которым бок о бок учувствовал в спецоперациях. Втиснув поднос в свободное место, и глянув на Кристину, он уточнил, – Саша и Бэль уже там?
Кристина, не отрывая бокал махито от губ, попивая, кивнула и после добавила, – уже как минут двадцать не здесь.
Антон, приняв информацию на заметку, взял стакан сока и неожиданно для девушек вскинул голову вверх, присматриваясь к созвездиям. Подняв бокал свежевыжатого ананасового сока, словно произнося тост, Разумов, не сводя блаженного взгляда с мерцающих бусинок на чёрном бархате, шепнул, – за Мир во всех мирах! И пусть Вселенная наполняется добрыми свершениями!
Улыбки, кивки, звон бокалов, пара глотков и все налетели на ужин, употребляя салаты и морепродукты, беседуя и слушая спокойную музыку под стать звукам природы.
Тем временем белая прогулочная яхта медленно подходила к берегу, окутанного мраком острова, разделённого на частные владения и тропические рощи. Капитан аккуратно провёл безымянную яхту над коралловыми рифами и заглушил мотор в той точке, которую указал командир группы.
Флаг яхты был снят, свет потушен практически везде, кроме капитанской рубки. Семеро бойцов, одетые в чёрные неопреновые комбинезоны, скрывающие спортивные тела и суровые лица, нацепили водонепроницаемые рюкзаки. Трое из семи, натянули аквалангистские маски с трубками и вышли к борту, выходящему в море, и плавно сползли в воду.
Капитан, получив отмашку от командира, тронул яхту дальше, ведя вдоль берега и рифа, простирающегося под килем. Первая группа из трёх человек повисла в воде и расплылась друг от друга. Яхта, проплыв метров пятнадцать снова сбавила ход практически до нуля и затем вновь двинулась вдоль берега к третьей точке сброса. Остановившись не более чем на минуту, яхта отошла от берега и встала на якоре в нескольких сотнях от него. Сейчас оставалось только одно – дождаться момента, когда обитатели островной резиденции погрузятся в сон.
Одетый в одни лёгкие шорты, Оливье пристально наблюдал за яхтой, прошедшей мимо акватории, принадлежащей его хозяину, Кристофу Андерссону. Ничем не примечательная прогулочная яхта средних размеров была похожа на те, что берут в аренду, прилетая на Багамские острова с несколькими, ярко выраженными целями – уйти от шумной цивилизации в пальмовый рай, понежиться на солнце в окружении роскоши, и просто отдохнуть.
Оторвав от глаз бинокля, Оливье отошёл от парапета веранды гостевого домика, в котором проживал круглый год с комфортом и в достатке, зевнул, и, переведя взор на основную виллу, погруженную в уединение, где отдыхала прибывшая компания молодых людей, проговорил на родном французском языке, – ещё один спокойный день.
Допив бутылочку пива по традиции, сторожила и управляющий виллы, по привычке поправил пистолет на поясе и ещё раз зевнув, открыл стеклянную балконную дверь и вошёл в гостевой домик, своё жилище. Посмотрев на рабочий стол, уставленный широкоформатными мониторами, где выводилось изображение наблюдаемого периметра виллы, Оливье не приметив изменений, покинул рабочую зону, двигаясь в сторону кровати. Дневная вылазка на острова за провизией для прибывших гостей слегка утомила его размеренный образ жизни, и как только его наголо бритая голова коснулась мягкой разноцветной подушки, Оливье тут же провалился в сон.
Странник Мýру, парящий в, казалось бы, безграничной темноте над неактивным порталом, освещающий площадку, вновь покрутился в разные стороны. Сокольский пожал плечами, и, цифровыми сигналами распределил светящиеся шары по границе площади.
Сферы раскатились до краев усеянной осколками круглой площади, очертив её светящейся линией и озарив весь диаметр площадки. Свободные нанороботы перестроили многочисленные осколки, усеявшие пол в нескольких стражей, и серебристые безликие четырёхметровые гиганты заняли оборонительную позицию вокруг гравитационной аномалии.