Александр Кальнов – Противостояние. Причины (страница 27)
Анабэлла украдкой улыбнулась, – фух… разошёлся… Значит на других планетах и далёких системах могут существовать подобные переходы.
Сокольский кивнул и увидел, как высохшее и спутанное перекати-поле пересекло их траекторию движения, слегка подпрыгивая по пыльному песку. Подавив зевок и сонливость, юноша продолжил, – вообще хорошо, что всё закончилось для нас именно так. Я в смысле недавних событий на Велии.
– Ты спас целую цивилизацию! – кивнула Анабэлла с гордой интонацией.
– Куда там! Малую толику её, – поправил Александр брюнетку, – жаль, что мы не нашли переход раньше, до нападения Фантомов. Могли бы спасти миллионы жизней.
– Тогда бы мы прибыли на Велию без технологии Мýру, и противостоять Фантомам обычными силами было бы невозможно, – парировала Анабэлла.
– Как-нибудь бы выкрутились, – вздохнул Сокольский.
Берковская ответила, озирая скалистое ущелье и часто прислушиваясь к завыванию ветра, нисходящего с вершин к долине, – как-нибудь, это как? Нам нечего было противопоставить их армаде и технологиям.
Юноша сдался на милость девушке и согласился, – ты права. Мы пришли в нужный для Велии час.
Берковская, уже привыкнув к сумраку, различала все очертания ущелья, пики, обвалы, утёсы. Кратер метеорита разрушался с течением времени, и Анабэлла попыталась представить себе будущее и то, что будет здесь. Кипящий яркой и безостановочной жизнью бескрайний мегаполис. Высокие небоскрёбы, извилистые аллеи и обширные зеленеющие парки. Широкие шоссе, над которыми парят летательные аппараты. Величественные статуи будущим лидерам и люди в странных одеждах, а среди всего великолепия портал, окруженный статуями. Переход, в котором исчезают люди и через который выходят иные, живя в двух мирах. Улыбнувшись, девушка предположила, – как попасть в иные миры? Возможно в глубинах Вселенной кто-то слабее чем мы, нуждается в помощи прямо сейчас.
Сокольский пожал плечами и промолчал. Анабэлла решила больше не донимать вопросами юношу, достоверные ответы на которые он и имел. Да и не только он. Все лишь строили предположения, теории на скудных фактах и первоначальных поверхностных исследованиях. Молча, идя в темноте бок о бок, вскоре агенты очутились у границы гравитационной аномалии объекта.
Юноша, подняв камушек, запустил его вперёд, и тот, пролетев по воздуху вниз, вошёл в гравитационное поле и повис в нём, плавая как перышко в воде. Александр и Анабэлла определили расстояние, и, медленно войдя в поле, допрыгали до середины. Песчинки взмыли в воздух, накрывая непроницаемым куполом портал, а Сокольский, глядя на гравитационный танец песка и пыли, мысленно шепнул Кристине, – до встречи дорогая, мы скоро!
И после яркой вспышки пыль и песок медленно опустились на дно, сокрыв белый потухший круг поверхности сложного объекта, сокрытого в земле.
Перед глазами вспыхнул яркий белый свет и возникло ощущение что звёзды и галактики промчались со скоростью света, вытягиваясь и искажаясь, оставаясь позади. В следующую секунду Александр увидел перед собой белоснежное безграничное пространство, за секунду сжавшееся в объёме до круглой комнаты. Гладкие стены, пол и потолок излучали из себя мягкий белый свет, и ничего лишнего не было кроме двух кругов, высветившийся на потолке серым оттенком.
Юноша, одетый в любимые шорты и футболку, похожий на завсегдатого туриста, задрав голову, подметил места для позиции при переходе. Одним прыжком он достиг середины комнаты, перевернулся в воздух и опустился на потолок, держа ранец на плече. Анабэлла, похожая летним стилем одёжки на юношу, улыбнулась, и, оттолкнувшись от пола, впрыгнула в гравитацию. Перевернувшись в воздухе, Берковская опустилась точнёхонько в очерченный круг. Выпрямившись, она шепнул Сокольскому, зашедшему в свой круг, – волшебство, или всё же технологии?
Сокольский улыбнулся глазами, шепнув, – суть одна, – и, ощущая вибрацию энергии пространственно-временного перехода, который пронизывающими незримыми нитями изучал их тела, сознание, мысли, чувства, прошлое и настрой на будущее, юноша едва не высказал очередную фразу, как вдруг яркая вспышка затмила глаза.
Перед взором или в сознании снова пронеслись бескрайние просторы космоса. Но уже через пару секунд юноша ощутил колкий леденящий воздух, окутавший его тело и непроглядный плотный мрак, представший перед очами.
Берковская, испуганным взглядом шаря во тьме, чувствуя, как мороз обжигает открытые участи кожи, затараторила, – Саша! Где мы? Что случилось с Велией?
Александр, сделав аккуратный глоток ледяного, сухого и спертого воздуха, прищуриваясь во тьме, засунул руку в карман и выудил коммуникатор. Он был отключен в связи с прохождением через аномалию, и юноша крикнул что есть мочи, – это мы, С.Р.Т.! Кристиан, София! Приём!
В ответ до пары донеслось едва уловимое эхо, утонувшее в непроглядной тьме и такой абсолютной тишине, что казалось, она впитывает все звуки вокруг и потихоньку начинает давить на барабанные перепонки. Девушка тронула юношу за руку, – есть свет?
Сокольский, засунув коммуникатор обратно, вытащил из другого кармана монетку, мексиканское песо, полученное в размен в одном из сувенирных магазинов в Гвадалахаре. Юноша, потёр её и замахнувшись в холодной среде, швырнул её вперёд. Она, проделав медленный и невидимый путь во тьме в аномалии, вылетела за пределы гравитации и упала на землю. Послышался отчётливый звон о каменную поверхность и то, как она покатилась явно по твёрдой каменной поверхности.
Остановившись, наделённая ожившими после перехода наноразмерными механизмами монета тут же распалась на десятки роящихся и вибрирующих шариков. Микроскопические роботы стали перерабатывать свободные каменные и металлические песчинки вокруг себя, строя себе подобных механических существ. Вскоре нанороботы создали осветительный прибор и высветили круг диаметром в полтора метра. Александр и Анабэлла увидели светящийся круг и точку перед собой, и, допрыгав до незримой границы, выпали из аномалии на каменно-металлический пол.
Больно ударившись коленками, Анабэлла простонала, то ли от холода, то ли от ушиба. Сокольский, вставая и потирая коленки от боли и пробирающего тело холода, снял рюкзак и вытащил два серебристых диска. Оба элемента тут же замигали красной буквой Зет, и Анабэлла, скрипя зубами и согревая себя, смотрела на призрачные черты юноши в слабом свете маленькой сферы на полу.
Сокольский передал металлический диск Берковской, и девушка приложила элемент к плечу. Серебристо-маслянистая жидкость вытекала из механизма и вскоре заволокла всё тело девушки кроме головы и густых волос, собранных в пучок на затылке. Юноша приложил второй диск к своему плечу и через несколько секунд оказался в защитном герметичном термоизоляционном многофункциональном костюме. Ощутив, как тело согревается и уже не холодно, Сокольский в мягком свете, исходящим от сферы на полу, встретился глазами с Берковской и спросил, – ты как?
Девушка, уже не тряся губами от холода, вертя головой по сторонам буркнула, – дьявол, где мы?
Александр пригнулся, и, всматриваясь в каменный пол с металлическими вкраплениями зернистой поверхности, пробубнил, – это не белокаменная площадь Велии!
Выпрямившись, Сокольский посмотрел на светящуюся сферу. Та, получив команды, сразу же разделилась на десяток маленьких светящихся шариков. Они стали расползаться во все стороны. Пара стояла почти вплотную, смотря как шарики натыкаются на железно-каменные осколки, а нанороботы, находя новую материю, разбирают её и создают подобные светящиеся сферы. Вскоре светящихся шаров стало столько, что радиус освещения охватил гравитационную аномалию с белым потухшим кругом и отверстиями для цилиндров. Агенты метнули взгляды к полостям, и их сердца прошила ледяная стужа. Кристаллы, служившие активаторами пространственно-временного перехода, отсутствовали. Тряхнув головой и заморгав, Берковская допрыгнула к одному, затем второму, третьему и обеспокоено выдала, расширив глаза, – их нет!
Сокольский, недоверчиво оглядев каменно-железное серо-металлическое плато, усеянное осколками от шарика для гольфа до осколков размерами с микроволновку, задрал голову к потолку и недовольно выдал, – заперта дверца! – и ощущая закрадывающиеся неприятного оттенка мысли, прошептал, – твою мать!
Анабэлла допрыгала до выхода, затем подскочив к Александру, дёрнула его за руку, – Кристина, ты можешь связаться с ней?!
Сокольский выпустил фразу для любимой, и она ушла безмолвным шёпотом в пространство. В ответ тишина. Сокольский взял одну светящуюся под ногами сферу, и, взвесив теннисный мячик, запустил его вверх. Он полетел в темноту и вскоре исчез в ней.
Александр, стоя в окружении светящихся шаров, освещающих площадь радиусом в полсотни метров и двадцать в высоту, сдвинул брови и проговорил, – да ладно…
– Чего? – настороженно переспросила брюнетка, подняв осколок и разглядывая его структуру прищуром тёмно-синих глаз.
Александр, потеряв из поля зрения светящийся шарик, трансформировавшийся в дрон и улетевший ввысь, ответил, – над нами высота больше километра!
– Абсолютная ночь? – предложила Анабэлла.
Александр отпустил цифровой приказ наномеханизмам и те потушили свет. Кромешная темнота окутала их, и через какое-то время юноша ответил, – нет Бэль, это не ночь. Здесь нет ни звёзд, ни света от планет, ни единого постороннего звука, кроме тех, что мы создаём. Здесь даже не гуляет ветер. Чувствуешь?