Александр Калинкин – Солнечный блюз (страница 10)

- Нет, – ответил Тимофей, тоже глядя прямо в её глаза, утопая, теряясь, ощущая близость чего-то иного и прекрасного, – Нет, я вышел, чтобы Вас встретить. Мы же договорились.

Она перевела взгляд на улицу, потом на висящие над дверью часы: “Вы, извините, я… немного спешу – у меня занятие”.

- Я знаю, – с нарочитым спокойствием в голосе произнёс Тимофей, хотя, конечно, он очень волновался, и это спокойствие выглядело немного комично.

Она снова внимательно посмотрела на него и улыбнулась: “Может, Вы знаете и, где будет это занятие?”

- Попробую угадать, – как-то случайно вырвалось у Тимофея. Он даже немного испугался нахлынувшей смелости, но отступать было уже поздно и, раскрыв зонт, он подал ей руку, – Пойдёмте, я Вас провожу.

Девушка одарила его любопытным взглядом: “А Вы не ошибётесь?”

- Не доверяете?

Она вздохнула: “Я просто спешу…”

- Тогда поспешим, – голос Тимофея был выдержан всё в том же комично-спокойном тоне.

Девушка кивнула и, взяв его под руку, устроилась под зонтом. Они переглянулись и нырнули под дождь.

Шли быстро, молча, чувствовалось некоторое волнение и спешка. До здания офиса можно было идти уверенно. А дальше? Куда дальше? Тимофей перебирал в голове варианты и не находил ни одного критерия для выбора дальнейшего маршрута.

- А у Вас сегодня выходной? – неожиданно спросила его прекрасная спутница.

- У меня сегодня праздник, – ответил Тимофей и усмехнулся совпадению его случайного ответа тем чувствам, которые он испытывал, переживал сейчас. – Да, праздник. Я ждал этого дня, готовился и вот он наступил.

- Неужели, день рождения? – удивилась девушка.

Тимофей фыркнул: “Мимо”.

- Что?

- Нет, не угадали, – на губах Тимофея заиграла хитрая улыбка, – И не угадаете. Я вам потом скажу, хорошо?

Девушка пожала плечами: “Лишь бы не было поздно”.

Они благополучно миновали двери здания, где располагался Тимофеевский офис, цветочные киоски. Тимофей было дрогнул, но быстро передумал сейчас покупать цветы – впереди занятия…. Дальше он хорошо знал только одну дорожку – в сквер. На всякий случай, он сделал вид, что оглядывается, давая тем самым девушке сориентироваться и поправить его в случае ошибки. Но она только рассмеялась: “Что заблудились?”

- Нет, – соврал Тимофей, – нам сюда, – и, чтобы не подвергать больше девушку риску, он указал на ближайший к ним жилой дом – утопающую в зелени пятиэтажку из красного кирпича.

Девушка перевела смеющийся взгляд с пятиэтажки на Тимофея, её пухленькая нижняя губа чуть вытянулась вперёд, на лице отобразилось припудренное любопытством восхищение: “Угадали”.

- Пойдёмте скорее, – заторопился вдруг Тимофей, пряча улыбку, не желая открыто показывать удовольствия от столь случайного попадания в цель.

До дома оставалось каких-то сто метров, но с каждым шагом Тимофей вдруг начал ощущать нарастающее напряжение – её ладонь такая тёплая и нежная, напряглась и, казалось, приготовилась отпустить его руку, её взгляд всё больше чаще устремлялся к кирпичной стене пятиэтажки.

- И кто Ваш ученик, если не секрет? – вдруг спросил Тимофей.

Она повернулась к нему, карие глаза снова искали что-то в его глазах, но теперь в них появилась тревога: “Может быть, Вы сами скажете?”

- Ну, что Вы! – усмехнулся Тимофей.

- А почему бы и нет? Скажите, кто мой ученик? – настаивала прекрасная спутница.

Тимофея забавляла эта игра. Он рассмеялся и выпалил первое, что пришло ему на ум: “Наверное, это какой-нибудь…. Ну, мальчик лет десяти…”

Глаза девушки вдруг стали задумчивыми, она отпустила его руку.

- Угадал? – вдруг спросил Тимофей.

- Нет, – тихо сказала она и почему-то грустно улыбнулась. – Ну… я пойду.

Они стояли уже у подъезда – на поржавевшей железной двери поблёскивал кнопками новенький кодовый замок. Тимофей кивнул: “Я буду ждать”.

- Не надо, – испугано произнесла девушка. – Идите, спасибо Вам. Это долго.

Тимофей пожал плечами: “Разве час – это долго?”

Она вздохнула и, ничего больше не сказав, подошла к замку.

Как только девушка с саксофоном скрылась за металлической дверью, Тимофей неспешно отправился выполнять следующий пункт романтического плана. Конечно же, его путь лежал к цветочным киоскам. Однако, поравнявшись с первым из них, он вдруг передумал – за час цветы могут потерять вид. “Куплю, когда останется… минут пятнадцать…. Как здорово, что я её встретил! Просто не представляю, как бы я её ждал в офисе! Боже мой, я так и не спросил ни имени … ни телефон…. Но мы торопились…. Почему она так испугалась, что я буду её ждать? Может, её ученик какой-нибудь монстр? Или… может быть, парень, который ей симпатичен? Интересно…” Рассуждая так, Тимофей развернулся и неспешным шагом снова побрёл к красной пятиэтажке. “По крайней мере, это не маленький мальчик…. А далее, может быть, кто угодно…” В воображении Тимофея стали рисоваться самые ужасные картины, какие только могут происходить с хорошенькими девушками – репетиторами.

У двери подъезда он остановился, посмотрел наверх, на ряд окон – молчаливых и печальных, забрызганных с досады сердитым дождём. “Я даже не знаю, в какой она квартире…. Да, и… зачем мне это?” Странное равнодушие вдруг охватило его – что он делает здесь у чужого подъезда, в ожидании прекрасной, но незнакомой и опять-таки чужой девушки… “У неё своя жизнь… течёт своим чередом. И если этот ученик – какой-нибудь приятный для неё парень… то… то, что я здесь делаю? Свалился ей на голову…. Она же ясно сказала мне – не ждать. Да, так и сказала…” Он ещё раз бросил взгляд на окна подъезда. На третьем этаже какая-то бабушка одёрнула занавеску и посмотрела вниз. Тимофей отвернулся, посмотрел на свои электронные часы – прошло всего двадцать минут. Он сложил руки на груди и стал разглядывать тенистый палисадник – земля здесь была голой, истоптанной, только у самих деревьев зеленела трава, повсюду валялись окурки, скомканная бумага, пустые пластиковые бутылки. С листьев тихо стекали капли, насыщая влагой и без того размокшую почву. “Странно, в самом центре города и такое грязное место…. Наверное, тут какие-нибудь приезжие торгаши живут, которым и дела нет до самого города…. Понаехали тут всякие…” Тут Тимофей заметил, что дождь прекратился. Он поднял голову – тучи по-прежнему были серыми, хмурыми, но их некогда тёмно-фиолетовые края-морщинки уже наполнились бледным тоскливым светом.

Прошло ещё минут десять и откуда-то сверху – то ли с четвёртого, то ли с пятого этажа, послышалась знакомая мелодия – “Strangers in the night…” – сначала она звучала робко, сбивчиво, балансируя на тонкой, волнующей нити,… но потом обрела уверенность, плавность… Саксофон…. Да, это был он – зовущий ввысь, размывающий земные грани, поющий от самого сердца…. После короткой паузы мелодия снова повторилась – теперь только в одном месте невидимый Тимофею музыкант сфальшивил – поспешил и, словно почувствовав свою ошибку, вдруг резко оборвал музыку. Затишье длилось недолго. Мелодия полилась с новой силой. Теперь Тимофей разглядел – это был четвёртый этаж – чуть приоткрытое окно, там, где рядком стояли комнатные цветы – красные, фиолетовые глазочки в светло-зелёном окружении, в аккуратных глиняных горшочках – образчик уюта и покоя – рядом же подобно медленно вздрагивающему пламени колыхалась на ветру алая атласная штора. Под эту музыку окно казалось таким одиноким, таким тоскующим по неразделённой любви, что у Тимофея перехватило дыхание. Видимо, строгому учителю что-то снова не понравилось в игре, и саксофон снова запел об одиночестве, совершенно случайной встрече и любви с первого взгляда и навсегда….

То ли от этой светлой мелодии, то ли от непрерывно дующего ветра, серые облака чуть поредели и по их призрачным краям заскользили радостные солнечные лучи. Они отразились в стекле окна, с которого Тимофей теперь не сводил глаз. Он улыбнулся такой приятной перемене, и как раз в этот момент алая штора немного приоткрылась, и из-за неё показалось знакомое лицо девушки с косичками. Глаз её Тимофей не видел, но сразу заметил улыбку – лёгкую, чуть смущенную его вниманием. Она склонила свою очаровательную головку, что-то сказала, но Тимофей не расслышал – он только помахал ей рукой. Она кивнула и скрылась за шторой. Бросил взгляд на часы – было уже без пятнадцати. Тимофей хотел было развернуться и бежать за цветами, но… вдруг он услышал первые аккорды той самой мелодии, под которую танцевало солнце в день их встречи… Он замер, буквально впитывая глазами каждый солнечный отблеск на умытой дождём листве…

Когда мелодия стихла, Тимофей повернулся к окну – но на него глядели только маленькие комнатные цветы в своём светло-зелёном окружении. Он подождал ещё минут пять – было тихо, но идти за розами он явно опоздал…. Вскоре на металлической двери пискнул замок, она открылась, и навстречу ему, радостно улыбаясь и не сводя с него смеющихся глаз, вышла та, которую он ждал.

- О, я так Вам благодарен! Огромное Вам спасибо за музыку! – почти скороговоркой заговорил Тимофей.

- А я думала, Вы не будете меня ждать, – проговорила девушка.

Тимофей развёл руками: “Ваша музыка просто божественна!”

- Наташа! Наташенька! – прокричали откуда-то сверху.

Девушка повернулась к подъезду, чёрные как смоль косички взметнулись перед самым носом Тимофея. У открытого окна с алой шторой стояла пожилая женщина в аккуратном светло-сером платье. Она кивнула спутнице Тимофея: “Наташа, Вы забыли свой зонтик”.