Александр Изотов – Мера человек (страница 69)

Не повезло же тем селениям, которые живут по этим кругам. Кого же там резали? Нулей, первушников? Или зверей? Теперь я понял, что за чаны с вёдрами были на площадях.

Кровь…

«О, Небо…» — Хали затрепетала, осознав ужас и масштабы, — «Милостивый Каэль, как же ты позволил?»

«Поимели твоего Каэля», — проворчал Белиар.

Хали даже не огрызнулась, до того её поразило, что творится в Инфериоре.

Да я и сам был потрясён. Такого применения магии Абсолюта я даже предвидеть не мог.

Что это? Кровожадность Жёлтого приора? Злой гений мастера Жени, пришельца из нашего мира?

Я стиснул кулаки, чувствуя небывалую ярость.

Пентаграмма массового поражения, мать её нулячью…

«Абсолючью мать!» — грохнул по мозгам крик Хали.

Ярость ангела хлынула мне в кровь, я не ожидал такой силы. Словно золотое пламя прокатилось по венам, меня подняло с земли на пару метров…

«Эй, эй, полегче, пернатая!» — взволнованный Белиар заворчал, но я чувствовал весёлую злость в его словах.

Неведомая энергия прокатилась по моей руке. Энергия духа, как неколебимая воля, которая имеет право карать и сеять справедливость. Энергия воздуха трепетала и питала огонь. Тот самый огонь, который выкидывает языки пламени до самых небес.

Меч будто стал удлиняться, выгибаться…

«О, да, ангельская трансформация оружия. Мечта всей Тенебры!», — с завистью прошептал Белиар.

Моя рука с мечом взмахнула, и в нескольких метрах от меня взметнулась стена пыли, пронеслась по берегу и воткнулась в воду, подняв облако из брызг и пара.

Воздух вокруг раскалился, поднялся бешеный ветер…

«Отродья зла, Огненная Плеть идёт за вами», — ослабевшим голосом сказала Хали.

И вдруг отключилась.

Я мягко приземлился на корточки. Ветер и пыль вокруг успокаивались, по озеру улетало вдаль облако пара.

«И это всё?! Эй, пернатая», — Белиар крикнул, — «Халиэль, твою мать!»

Я ошарашенно посмотрел на меч в руке. Обычное твёрдое лезвие. Мне показалось, или?..

— А что, так можно было? — я поражённо посмотрел на вскопанную борозду впереди.

Удар мечом? Или воздухом? Да чтоб тебя, теперь ждать, когда Хали очнётся.

На всякий случай я кинул внутрь себя взгляд, высматривая ангела. Не хотелось бы, чтобы опять улетела в Чистилище. Нет, спит, копит силы.

«Это было мощно, но неэффективно», — усмехнулся Белиар.

Я же пытался вспомнить те ощущения, которые прошли через мою руку. Что она делала? Что за техника?

«Вот мне тоже интересно. Мы вынуждены ковать чёртов коррупт, и таскать с собой трезубцы. В то время, как эти цыплята по одной хотелке вызывают мечи из ниоткуда», — в голосе Белиара сквозила обида.

— Обидно, да, — усмехнулся я, выпрямляясь.

«Да не то слово, поднёбыш».

— В Шмелиный Лес вернёшь?

Демон вздохнул.

«Тот бес наверняка уже разболтал всем в Тенебре, чем интересовался демон Белиар. Так что ты должен быть готов: нас там ждёт не только Жёлтый приор».

— Мне не привыкать.

«В любого зверя с меткой может вселиться Аваддон. Ну, в теории…»

Я кивнул, расчерчивая свежую пентаграмму.

— Пусть попробует.

Я стоял на краю, перед обрывом. Внизу в ночи покачивались деревья. Здесь довольно высоко.

— Хозя… ин… — рядом издал последний вздох использованный бес, и я даже не посмотрел в его сторону.

Мне это не нравилось, но выбора не было. Кто знает, быть может, для этого существа так даже лучше? Впрочем, обманывать себя я не собирался.

Нечего прикрывать обычное зло благими намерениями. Но и убиваться по поводу лишних жертв я не буду. Если лить слёзы по каждому на моём пути, легче сесть на одном месте и не двигаться.

Белиар тоже отключился, и я в коем-то веке облегчённо вздохнул, оставшись наедине со своими мыслями. Удивительно, но думать особо не хотелось. Пусть будет просто тишина в голове.

Здесь тоже царила ночь, тёмная из-за густых облаков. Хотя на горизонте тучи уже окрашивались рассветными красками, бросая розовый свет на бесконечное море Шмелиного Леса. Кроны деревьев шелестели, неспешно покачиваясь.

Я оглянулся. С этой стороны плато, где текут тысячи ручьёв и живут Духи Леса, я ещё не был.

Одинокие шершни летали над разрушенным гнездом, сверху надо мной прогудел особо крупный самец. На меня он не обратил никакого внимания.

Его потерянный разум даже не сопротивлялся моей воле.

Пустота. Тоска. Растерянность. Без своей королевы они — ничто. А принцесса далеко в столице. Её тоже надо бы вытащить, королева шершней подарила мне целую ступень.

Я снова повернулся в сторону леса. Далеко с той стороны должна быть столица Жёлтого приората.

Не знаю, сколько туда двигаться по времени, но другого выбора нет. Залетать внутрь ловушки опасно, нужно попробовать обезвредить каждый круг.

Грохнула гроза, и на меня упала стена дождя. Вода быстро проникла под доспех, но я только радовался: так ближе к Инфериору, моему третьему помощнику.

Я уже собрался прыгнуть вниз, как сзади донеслось сквозь шум ливня:

— Жук-Носорог добраться смог, Волчонку заготовил впрок…

Обернувшись, я увидел Буру. Под дождём стоял совершенно голый зверь, только на голове меховая накидка с рогами. С меха лились струи воды.

Рогач протянул руку:

— Духи леса надоили, много силы внутрь слили…

В его ладони была зажата кожаная фляга.

— Привет, Буру— я улыбнулся, — Это чего там?

— Жизнь принцессе, Бездне мор, дар от леса, к сердцу взор…

Жук был в своём репертуаре. Я принял флягу, откупорил, и в нос ударил знакомый сладковатый запах. Яд шершня… а ещё что?

— Девок можешь завалить, метку сможешь излечить. Грустно станет, веселись, за покой Губы молись…

Я нахмурился. Губа? Этого Пчелу я помню, хороший десятник был.

Меня озарило. Твою ж нулячью мать, это та самая медовуха, про которую всё твердил безумный извращенец! Он вроде говорил, если выпить, то можно звериц ублажать хоть всю ночь. Инфериорская виа-гра.

— Спасибо, Буру, — я кивнул.

Буру поднял руку:

— Ждёт Шмелиный Лес, Жук на ветку влез. Смотрит вдаль Жучок… А вернётся ли Волчок?