Александр Игнатенко – Как жить и властвовать (страница 68)
Этот принцип воспринимается как достаточно логичный и легко объяснимый: всякому человеку воздаёт Господь по делам его, и властелин здесь не исключение, скорее особый случай – к нему у Аллаха повышенные требования.
Но есть целый ряд хадисов Пророка, в которых содержатся угрозы всякому властвующему без оговорок – справедлив он или нет. «Будете вы алкать власти. Но пожалеете об этом в Судный день». Всем, кто обладает какой-то властью, суждено оказаться в аду. «Начальникам гореть в адском огне», – сказал Мухаммад. К одному из своих любимых соратников – Абу-Зарру аль-Гуфари Пророк обратился с предупреждением; «Не берись властвовать даже над двоими». Некоему Убайду Ибн-Умайру принадлежат слова: «Чем больше приблизился человек к власти, тем больше его сатанинская злость; чем больше у него денег, тем больше спросится с него в Судный день» [800].
Известен хадис Пророка, в котором описывается мост Ас-Сират. Когда в Судный день ступит на него неправедный и несправедливый властитель, то Ас-Сират затрясётся так, что неизмеримо далеко разлетятся одна от другой части тела этого грешника. Потом они соединятся, и Ас-Сират сбросит грешившего правителя в адское пламя. Здесь всё понятно: это более живописный вариант того хадиса, в котором справедливому и несправедливому – каждому правителю воздаётся по заслугам после смерти.
Но хадис Пророка о трясущемся мосте Ас-Сират имеет интересный для нас вариант, который приводится в «Чистого золота поучении владыкам» аль-Газали. Один из сподвижников Пророка по имени Хузайфа аль-Ямани говорил: «Я не восхваляю никого из правителей, каким бы он ни был – благодетельным или неблагодетельным, ибо слышал, как Посланник Аллаха (да помолится за него Аллах и поприветствует!) говорил: „В Судный день приведут правителей – и справедливых, и притеснителей – и поставят их на Ас-Сирате. И повелит Аллах Ас-Сирату, чтобы стряхнул он их в адское пламя подобно тем, кто несправедливо правил, или брал взятки за судебное решение, или слушал одного из двух, затеявших тяжбу, а для другого держал уши закрытыми. Обрушатся они вниз с Ас-Сирата и будут повергнуты в адское пламя семьдесят лет, пока не достигнут его дна[74]“» [801].
В том, что речь идёт об испытании адским огнем или в какой-то другой форме
«Мы, – говорил Абдаллах о себе и всей семье покойного халифа, – долго просили в молитвах Всевышнего, чтобы он показал нам Омара во сне. И вот наконец через двенадцать лет я увидел его во сне. Был он как после бани и обернут изаром (широкое одеяние, покрывающее нижнюю половину тела. –
Можно понять, почему так боялся Божьего суда справедливый и добродетельный Праведный халиф Омар. Можно понять, если представить на основании того описания, что дал Пророк, сам процесс Суда. Исключительно, безмерно суров Судия с правителями. И легко может ошибиться властелин, даже если он искренне стремится укрепить Божье дело среди людей или быть милосердным с подданными. Доказательство – следующий хадис Пророка (его даёт аль-Газали). «Приведут в Судный день правителей, и скажет Всевышний Аллах: „Были вы пастырями Моих тварей и хранителями Моих владений на Моей земле“. Потом Он обратится к одному: „Почему ты бил Моих рабов, превышая тот предел, который Я установил?“ Тот ответит: „О Господи! Потому что они восстали против Тебя и Тебя ослушались!“ Аллах скажет; „Не подобает, чтобы твой гнев предвосхищал Мой гнев!“ Потом обратится он к другому и спросит: „Почему ты наказывал Моих рабов меньше того предела, что Я установил?“ Тот ответит: „О Господи! Потому что пожалел их“. И скажет ему Аллах: „Как же ты можешь быть милосерднее Меня!“ И скажет Он о правителях: „Так возьмите же и того, кто превысил, и того, кто уменьшил, и разместите их по углам Геенны!“» [803].
Богу с Его требованиями к правителю не может угодить даже высоконравственный, добродетельный, бескорыстный и богобоязненный аскет, попробовавший управлять людьми.
Со ссылкой на Пророка рассказывает Ибн-аль-Джавзи в своём «Сокровище владык» и такую притчу. Среди сынов Израиля были трое – самые благочестивые из тех, кто проводил время в поклонении Богу. И был в той стране царь. Как-то царь захотел повидать этих аскетов. Он стал подниматься в горы, где они находились. Но по дороге оказался в окружении львов. Львы на него зарычали, когда он к ним приблизился. Тогда он сказал: «О Господин сих благочестивцев, что время проводят в поклонении Тебе, отведи от меня зверей!» Бог прогнал львов, и царь, добравшись до аскетов, стал молиться вместе с ними.
Как-то раз они сидели вместе и придумали, чтобы каждый из них загадал желание. Один из них сказал: «О Господи! Напитай меня молитвами и постом так, чтобы мог я достичь высших степеней рая. И пусть не думаю я ни о чём другом, пока не прервётся мой путь в этой жизни!» Второй сказал: «Господи! Убереги меня от страстей дольнего мира, от его соблазнительных прелестей и даже от мыслей о них, чтобы мог я Тебе поклоняться истинным поклонением!» А третий сказал: «Снабди меня уверенностью и сделай меня царём над людьми, чтобы правил я над ними по Истине!»
Потом они обратились к царю: «И ты загадай желание!» Тот сказал: «О Господи! Прибери меня к Себе не введённым во искушение и тем успокой меня!» Потом царь спустился с гор, созвал народ и оставил им завещание, в котором было сказано: «Оставляю после себя царём наидостойнейшего человека Земли – аскета такого-то, одного из тех троих, что Богу поклоняются на такой-то горе». И все возрадовались великой радостью. А царь умер. Тогда все пошли к тому аскету и сказали, что ему завещано царство. Тот стал отнекиваться: «Не нужно мне никакого царства…» Но люди настаивали, и он спустился с ними с гор.
После того как прошёл месяц его царствования над ними, он обратился к Богу с молитвой: «Покажи мне мой труд, чтобы мог я его увидеть!» Всевышний показал ему его труд, и увидел аскет, что исполнил он своё дело только на две трети. Загрустил он и, опасаясь погибели собственной души, пожалел о своём тогдашнем пожелании. Но протерпел он ещё один месяц и опять обратился к Богу с той же молитвой. И увидел он, что исполнил своё дело только наполовину. Опечалился он, стал бить себя кулаками по лицу и голове и оплакивать самого себя и свою душу. Потом он убежал к своим товарищам в горы и стал заниматься своим прошлым делом – поклоняться Богу. А Всевышний восполнил, в милости Своей, тот недостаток в суммарном жизненном итоге, – недостаток, что образовался за два месяца, пока аскет царём был [804].
История интересна во многих отношениях, и мы к ней ещё вернёмся. Напомню только, что речь шла о «наидостойнейшем человеке Земли». И он не смог удовлетворить Господа.
Геенна грозит тем правителям, которые защищали Божье дело, милосердно обращались с подданными, стремились управлять людьми по Истине. А что ожидать тем, бесконечно более многочисленным, кто описан в предыдущем подразделе («Падаль в окружении падали»)? Всем правителям гарантировано адское пламя.
Дешевле воды и мочи
Великое сокровище, примстившееся в обманном сновидении
Но и это ещё не всё. Власть бренна и преходяща – подобно тому, как является бренным, преходящим и в конечном счёте недостойным человеческих усилий и беспокойств земное богатство[75].
Однажды Харун ар-Рашид попросил Ибн-ас-Саммака прочитать ему проповедь. Вместо этого Ибн-ас-Саммак спросил:
– О Повелитель Правоверных, если бы ты умирал от жажды, отдал бы ты то, над чем властвуешь, за кубок с водой, подобный тому, что ты держишь сейчас в руках?
– Да, – ответил Харун.
– О Повелитель правоверных, а если бы ты изнемогал от невозможности избавиться от накопившейся в тебе жидкости, отдал бы ты за эту возможность то, над чем властвуешь?
– Да, – ответил халиф.
– Значит, нет ничего хорошего в твоей власти! Ведь она дешевле воды и мочи! [807].
В разделе «Беречься» (подраздел «Беречь державу»), когда мы размышляли о необходимости хранить и оберегать собственную власть, мы процитировали «Калилу и Димну» – книгу, в которой говорится о том, что власть может выскользнуть из рук. Она названа «великим сокровищем», и необходимость беречь её связана с её особой хрупкостью. Помните? «Власть скоротечна, словно тень от быстро вянущего лепестка кувшинки; вот ты ухватил власть обеими руками, а вот она вырвалась, словно порыв ветра; она так же непрочна, как дружба праведника со злодеями; она может пасть, как падает горный поток, и рассыпаться на мелкие брызги; она может лопнуть, как лопаются дождевые пузыри в лужах».
Воспринимая это описание уже в ином, новом контексте, продолжим прекрасную цитату: «Она желанна и благодетельна, но коварна и губительна, словно ядовитая гадюка. Она неблагодарна и вызывает зависть и ненависть, а радости от неё не больше, чем от обманного сновидения» [808]. Если начало отрывка ещё могло бы подвигнуть на борьбу за сохранение власти («великого сокровища»), то его окончание – навряд ли. «Великое сокровище», которое в конце концов оказывается «обманным сновидением», не может быть предметом забот здравомыслящего человека.