Александр Игнатенко – Как жить и властвовать (страница 14)

Существовало также довольно большое количество способов скрыть содержание послания при помощи использования симпатических чернил. Для этого использовалось кислое молоко. Послание, написанное им, нужно было посыпать горячим бумажным пеплом, чтобы буквы проявились. Если письмо было написано цинковым купоросом, на него достаточно было насыпать немного порошка купороса, и текст после этого можно было прочитать. Это письмо можно было с тем же результатом опустить в водный раствор настоя дубильного орешка. Желаемый результат давала и обратная операция – использование для написания слов настоя дубильного орешка с последующим смачиванием бумаги жидким купоросом. Если письмо написано нашатырём, виноградный уксус использовался как проявитель. Надписи, сделанные луковым соком, проявлялись, если бумагу подержать над огнём. В этом случае проступали красные буквы. Добавление небольшого количества нашатыря к луковому соку давало чёрный цвет появлявшимся на бумаге буквам, добавление бараньей жёлчи – ярко-жёлтый. Считалось, что только ночью, но не днём можно было прочесть послание, написанное жёлчью черепахи: буквы светились в темноте [149].

Наконец, один из способов сохранения тайны – умение управлять своим лицом. Неприятна и даже опасна такая ситуация, когда кто-то может проникнуть в тайны властелина без согласия последнего – прочитав что-то на его лице. Тогда «станет его тайна известна и доверенному человеку, и ненадёжному, и предателю, и верному другу».

И тут складывается достаточно парадоксальное положение. Того, кто разгласил его тайну, властелин накажет. А как быть с самим собой, если властелин выражением лица выдал собственную тайну? Поэтому замок должен быть наложен не только на язык, но и на душу, т. е. властелин должен контролировать проявления собственной психической жизни, быть невозмутимым и ровным в поведении – так, «чтобы не появлялось на его лице ни свидетельства гнева, ни проявление радости, чтобы не видны были на нём ни следы печали, ни выражение удовольствия».

Но одной только непроницаемости недостаточно. Нужно быть и хорошим притворщиком – так, чтобы властелин играл своим лицом и наблюдающий за ним думал, что он выдаёт свои чувства, когда он их скрывает, и наоборот – скрывает, когда их выдаёт. Нужно уметь выказать радость, когда тебя обуревает печаль, и опечалиться в связи с чем-то, что тебе безразлично или наполняет ликованием.

И не надо говорить, что это трудно! Одним такое лицедейство даётся легко от природы. Если кто-то не наделён от рождения способностью лицемерить (лице-мерить, т. е. отмерять на лице чётко определённую дозу эмоций), то этому можно научиться, если принять на сей счёт твёрдое решение и хорошо потренироваться. Ну а если нет ни врождённых способностей, ни желания научиться, ни решимости и сил, чтобы натренироваться, то тогда нужно держаться подальше от политики [150].

Конечно же, все эти соображения в полной мере приложимы к приближённым властелина. Придворный – притворный!

«Погибель человека сидит на кончике его языка»

Молчание как принцип поведения достойно того, чтобы ему посвятить отдельный параграф. Ни одно «зерцало» не обходилось без подборки афоризмов, в которых прославлялась польза молчаливости, воздержанности в речах, уместности высказываний. Каковы доводы в пользу молчания? Прежде всего, это то, что нас сейчас особо интересует, а именно – сохранение тайны. Если человек наложил печать на свои уста, то он не выдаст тайну, ни свою, ни чужую. Всё то, что говорилось о пользе сохранения тайны, в полной мере относится и к молчанию. Излишняя говорливость приводит к разглашению секретов, и что за этим следует – к вреду для болтуна и, возможно, кого-то ещё. В этом смысле «погибель человека сидит на кончике его языка» [151]. И ещё из этой же области: «Лучше быть косноязычным заикой, чем болтуном. Косноязычие лишает твою речь убедительности, а болтливость лишает тебя жизни» [152].

Далее, молчаливость позволяет сохранить достоинство и солидность, вернее, она является их признаком. Ведь нам трудно представить себе солидного и уважаемого человека, который болтает без умолку. И наоборот, сдержанный, молчаливый человек вызывает уважение. «Молчащий невежда сойдёт за мудреца» [153].

Необходимость и польза молчания обосновывались по-разному. Так, аль-Маварди утверждает, что потребность в молчании является общей, универсальной, а необходимость говорить – более частной: ведь нормальное состояние человека – именно молчание, говорение же требуется только в определённом количестве случаев. На сей счёт и он, и практически все авторы «зерцал» приводят убедительное для них, своего рода «статистическое», соображение. Бог создал человека с двумя ушами и одним языком (ртом), чтобы он по меньшей мере в два раза больше слушал, чем говорил. Отдельные авторы приписывают этот афоризм Платону, иные – Гиппократу [154].

Исключительно популярной была притча о том, что говорили относительно молчания величайшие цари истории.

Собрались некогда цари разных стран: Китая, Индии, Персии, Рума (Византии. – А. И.) – и сказали: «Каждый из нас должен придумать изречение, достойное того, чтобы его записали и помнили до скончания века». Властитель Китая промолвил: «Я безраздельно владею неизречённым словом, но не в моей власти вернуть то, что слетело с уст». Повелитель Индии произнёс: «Дивлюсь я тому, кто вымолвит хоть одно слово, – ведь даже если оно будет истолковано благосклонно, то не всегда принесёт пользу, а если это слово сочтут дерзким, оно ввергнет человека в пучину смерти». Царь Персии воскликнул: «Пока я молчу, я – хозяин своего слова, но стоит мне произнести его, как оно становится моим хозяином и владыкой». А царь Рума добавил: «Никогда не раскаивался я в том, что смолчал, но как часто жалел о том, что проговорился». Автор «Калилы и Димны» разъясняет мораль этой притчи: «Смысл этой притчи в том, что молчание, по мнению царей, лучше многословия, от которого не следует ожидать какой-либо выгоды и пользы. Поистине, язык – виновник всех ошибок и заблуждений!» [155][16].

Об особой популярности притчи свидетельствует, в частности, то, что она приводится через три века у аль-Маварди, а ещё через четыре столетия – у Ибн-аль-Азрака [156]. Не счесть цитирования отдельных афоризмов, приведённых в этой притче.

Естественно, рекомендованность молчания не была абсолютной, распространявшейся на все без исключения ситуации. Странно выглядел бы человек, никогда не произносящий ни слова. В этом случае легко оказаться обвинённым в глупости или высокомерии. Поэтому императив молчания дополнялся другими требованиями – говорить столько, сколько нужно, тогда, когда это необходимо, обдумывать то, что собираешься сказать, и т. п.

Пожалуй, лучшая подборка афоризмов на эту тему приведена в «Большой книге жизненных правил» Ибн-аль-Мукаффы. К ней мы и обратимся.

Не будь жадным на слова и скупым на приветствия, но не расточай перед всяким речей и не улыбайся направо и налево, ибо первое припишут высокомерию, а второе – глупости и легкомыслию.

Лучше промолчать, чем сказать неудачно, ибо одно слово, сказанное вовремя и к месту, лучше сотни слов, не достигших цели. Поспешное слово бывает часто необдуманным и ошибочным, даже если на первый взгляд кажется удачным и красноречивым.

Не хвались повсюду разумом и красноречием, храни их про запас, ибо показывать разум и красноречие там, где не подобает, – признак неразумия.

Коли ведёшь беседу, не путай шутку с серьёзным разговором, иначе подумают, что дело не так уж важно, а шутку твою не оценят.

Если хочешь, чтобы тебя почитали и любили и знатные люди, и простолюдины, то, обладая учёностью, уподобляйся скромностью невежде и, будучи красноречивым, молчаливостью превосходи косноязычного.

Презирают того, кто щедр на обещания, но скуден на их исполнение, почитают того, чьи слова не расходятся с делами.

Знай, что язык подобен обнажённому мечу в руках гнева страстей и несдержанности, побеждающих разум и всякую осмотрительность. Не давай воли языку, не то он погубит тебя. Подчини его разуму, и он станет тебе другом; если же им овладеют страсти, то он – твой злейший враг и причина всяческого несчастья.

Если сможешь подчинить себе свой язык, то он охранит тебя; если ты потеряешь над ним власть, то он станет твоим врагом [157].

Определиться

Звёзды правду говорят?

Искать ориентиры

Важнейшим условием целенаправленной человеческой деятельности является общее представление об окружающем мире и месте в нём человека. Каков этот мир? Результат бессмысленной игры слепых случайностей? Или произведение некоего разумного начала, которое продолжает своё – осознанное – воздействие на происходящее? И что человек – оставлен он в одиночестве? Или есть доброжелательная сила, которая ведёт его по жизни? Или же мир враждебен человеку? Действительно ли в мире царит вселенская справедливость и зло наказывается, а добродетель вознаграждается сторицей? Задано ли будущее заранее или оно есть изменчивый результат сегодняшних действий и событий?

Поиск ответов на эти вопросы проходит в тайниках сердца каждого человека. И записной атеист может в трудную минуту вознести полузабытую молитву Богу. И закоренелый злодей может раскаяться. А кто-то увидит своё одиночество и подумает, что помощи ждать неоткуда. Но при всех вариантах в обществе есть некая миросозерцательная результирующая – уверенность в том, что человек должен действовать, если хочет чего-то достичь. Что он может действовать и способен осуществить задуманное. Доказательство тому – постоянно, ежедневно, ежечасно, ежесекундно возобновляемый труд на протяжении всей истории человечества. И вопросы миросозерцания переводятся в практическую плоскость. Как должен вести себя человек для осуществления результативной деятельности? На что ориентироваться?