Александр Харонов – Время клонов (страница 17)
У кого-то кожа светлее или темнее на полтона.
Но различия эти казались вариациями одной и той же модели.
— Вы все… — я замялся, подбирая слово, — родственницы?
Лира слегка повернула голову.
— В определённом смысле.
— В смысле «у нас общие прадеды», или в смысле «нас собирали на одной линии»?
Пауза.
— Наша генетическая база унифицирована, — ответила она спокойно. — Это обеспечивает стабильность популяции и предсказуемость развития.
Вот оно.
Я снова посмотрел вниз.
Стабильность.
Предсказуемость.
Город, где каждый уровень имеет назначение. Где каждый модуль выполняет функцию. Где даже отдых встроен в систему.
И где жители похожи друг на друга так, будто индивидуальность — это просто вариация оттенка.
Я вдруг остро ощутил, что лечу над идеально отлаженным механизмом.
И я в этом механизме — единственная деталь, которая сюда не подходит.
Когда я набрал высоту и пролетел над краем купола, открылась вся масштабность города.
Сверху он напоминал гигантский живой организм. Каждое «звено» — дома, платформы, мосты, ярусы — двигалось почти незаметно, словно дышало. Люди, которых я сначала принимал за крошечные фигурки, двигались с идеальной слаженностью. Но это были не обычные жители, как в обычном городе, мужчины, женщины, старики, дети, бабульки с пакетами, а исключительно женщины, только женщины, и в основном одного возраста, лет 30 плюс минус 5 лет, не более. Все они. И все — удивительно похожи, но с тонкими различиями: кто-то чуть выше, кто-то с более мягкими линиями лица, кто-то с редкой искоркой индивидуальности в движениях.
Андроиды патрулировали улицы и переходы. Они словно плавали по воздуху, поднимаясь и опускаясь, регулируя поток движения. Я видел, как один из них подлетел к женщине, подал небольшой инструмент, та кивнула и исчезла в отверстии платформы, которая вела внутрь «стены-уровня». Всё это выглядело гармонично и одновременно… пугающе рационально.
Лира летела рядом, спокойно управляя своим транспортом, но на её лице мелькала лёгкая улыбка, когда я заметно «залип» на одном из уровней города.
— Смотри внимательно, — сказала она, чуть наклонившись к моему лицу. — Ты видишь, как мы живём. Как в слаженном организме. Где
Я перевёл взгляд на гигантские ярусы, по которым двигались потоки людей. Они словно выполняли танец, заранее прописанный и отлаженный. Ни суеты, ни хаоса, ни привычного нам городского шума — только ритм и порядок.
— И никто не спешит? — спросил я, не веря своим глазам.
Лира кивнула.
— У нас нет спешки. Всё рассчитано. Всё стабильно. Мы не знаем тревог, что имели место у людей в прошлом, это иная… структура. Всё живёт своей функцией.
Я ощущал восторг, но и лёгкий страх. Всё было идеально… слишком идеально. Неужели человек может жить в мире, где каждая секунда подчинена системе?
Мы пролетели ещё выше, и я впервые понял: купол не ограничивает пространство. Он как оболочка, внутри которой жизнь течёт по своим законам, но снаружи — просто продолжение города. Мосты, лестницы, платформы тянулись вверх и вниз, соединяя ярусы, словно сосуды и каналы внутри живого организма.
— Смотри на детали, — снова сказала Лира. — Это только внешний уровень. Внутри — совсем другая жизнь.
Я кивнул, пытаясь запомнить всё — каждый уровень, каждый поток людей и андроидов, каждое движение. Это было слишком много для одного взгляда, но я чувствовал, что эти впечатления мне понадобятся.
И вдруг в груди забурлило: я здесь чужак. Но чужак, который держится в руках самой жизни этого города.
И это чувство, восторг и лёгкий страх одновременно, распирали меня изнутри.
• Первые мысли о будущем
Я поймал себя на том, что улыбаюсь.
Вот так, просто — лечу над городом, который, по всем законам логики, вообще не должен существовать, и улыбаюсь, как идиот. Если бы кто-то из моего времени сейчас увидел меня — решил бы, что я либо сошёл с ума, либо нашёл заначку с чем-то запрещённым.
А я просто летел.
Подо мной простирался город будущего. Не из фильмов, не из книжек — настоящий. Настолько настоящий, что я видел, как по прозрачным лифтам перемещаются люди, как по мостам идут группы девушек, как где-то вдали движутся транспортные платформы.
И всё это работало.
Без пробок.
Без шума.
Без орущих соседей.
Без объявлений «ремонт продлится ещё неделю».
Я вдруг вспомнил свой двор. Тот самый, где вечная лужа у подъезда, потому что асфальт просел ещё лет десять назад, и никто так и не удосужился его переложить. Вспомнил гаражный кооператив, сторожа с его облезлой будкой, ржавые ворота, которые нужно было пинать ногой, чтобы закрылись.
И теперь — это.
Мир, где, похоже, всё довели до ума.
Где нет «и так сойдёт».
Где не делают на авось.
Я начал думать — а как они вообще здесь живут? Кто решает, кто чем занимается? Есть ли у них работа в нашем понимании? Зарплаты? Начальники? Или всё это как-то распределяется само?
И главное — если город замкнутый, как сказала Лира… значит, есть и другие?
Я вспомнил слово, которое мелькнуло в разговоре, когда меня ещё только поднимали из капсулы. Тогда я не придал ему значения.
Оно прозвучало вскользь. Или просто
Я снова посмотрел вниз.
Город был идеален. Настолько, что казался почти… стерильным. Как операционная. Ни мусора, ни хаоса, ни даже случайных людей, спешащих не туда.
Всё на своих местах.
Всё по назначению.
Всё — работает.
И от этой продуманности становилось как-то… непривычно.
Но в тот момент меня это не пугало.
Скорее — восхищало.
Я летел над будущим и думал только об одном:
Чёрт возьми, у них получилось.
• Завершение экскурсии и первые намёки на загадку
В какой-то момент мы начали снижаться.
Я уже настолько освоился с полётом, что даже поймал себя на лёгком разочаровании — не хотелось возвращаться на твёрдую поверхность. Там, наверху, всё казалось проще. Город воспринимался как единый организм, спокойный и отлаженный, как механизм дорогих часов.
Мы опустились на одну из широких платформ, покрытых чем-то, напоминающим матовое стекло. За ней находилось пространство, которое я сначала принял за оранжерею.