Александр Харонов – Телепорт в 2007 год (страница 2)
Он даже не заметил, что забыл спросить об оплате. Или оплата была по карте… в любом случае, Андрей был рад что избавился от странного пассажира и решил, что на сегодня с него приключений достаточно. После недолгих раздумий, он нажал в приложении кнопку «домой»
Через сорок минут он уже был у дома. Голова гудела. Ноги ныли. Обычная ночь. Обычная жизнь.
Он заглушил двигатель и вышел из машины. Он сразу понял, что что-то не так. Слишком тихо. Слишком… Поздно.
Удар пришел сбоку. Резкий. Глухой. Он не успел ни среагировать, ни понять. Потом второй. Потом третий. Голоса. Смех. Запах перегара. Чьи-то руки. Чьи-то ботинки.
— Добивай его!..
— Деньги ищи…
— Слышь, он еще дергается…
Мир рассыпался на куски. Звуки стали далекими. Тело — чужим. Он упал на холодный асфальт. И уже почти не чувствовал боли. Только одну мысль.
Он попытался открыть глаза. Перед ним была стена. Старая. Облупленная. И на ней — граффити. Кривыми, но яркими буквами: “ТЕЛЕПОРТ В 2007”
Ниже, почти незаметно: “Только для тех, кто уверен, что справится”
Андрей хотел усмехнуться. Но не смог. Сознание медленно уходило. И перед тем как исчезнуть окончательно, он вдруг подумал:
И наступила темнота.
ГЛАВА 1. ИСКАТЕЛЬ
Андрей проснулся резко, будто его вытолкнули из глубины.
Сначала он не понял, где находится.
Не было ни улицы, ни холодного асфальта, ни глухих ударов. Вместо этого — тишина. Теплая, плотная, почти забытая. Под щекой — мягкая подушка. Одеяло тяжелое, привычное.
Он лежал, не двигаясь, и слушал. Рядом — ровное дыхание. Женское. Секунда. Две.
Тело отозвалось раньше, чем разум. Сердце дернулось, как от удара током. Андрей медленно повернул голову.
Она.
Лежала рядом, спиной к нему, чуть поджав ноги, как всегда делала во сне. Волосы рассыпались по подушке. Всё так знакомо, что даже больно.
Он зажмурился.
— Чёрт…
Голос получился хриплым. Первое объяснение пришло сразу, простое и удобное.
Сон.
Глупый, тяжелый, слишком реалистичный кошмар. После смены, после усталости — неудивительно. Он выдохнул, пытаясь расслабиться. Даже почти получилось. Почти. Потому что что-то не сходилось.
Запах.
В квартире пахло иначе. Не так, как в его нынешней — прокуренной, чужой, временной. Здесь был другой запах. Домашний. Смешанный — еды, порошка, детского шампуня.
Андрей открыл глаза. Потолок. Тот самый. С трещиной в углу, которую он когда-то собирался заделать и так и не заделал.
Сердце снова ускорилось.
— Да ну…
Он резко сел.
Слишком резко — в голове тут же отозвалось тупой болью. Андрей машинально коснулся виска. Всё было на месте. Никаких шрамов, никаких следов.
Он огляделся. Комната. Старая мебель. Шкаф с чуть перекошенной дверцей. Стул, на котором висела его рубашка. Даже складки — знакомые.
Это не могло быть сном. Сон не держит таких мелочей.
Он спустил ноги с кровати и замер. Пол был холодный. Настоящий.
Из соседней комнаты донёсся тихий звук. Что-то вроде шороха или вздоха. Андрей повернул голову. Детская. Дверь приоткрыта.
Он встал, медленно, почти осторожно, как будто любое резкое движение могло всё это разрушить. Сделал шаг. Ещё один.
Подошёл к двери и чуть толкнул её. Кроватка. И в ней — ребёнок.
Маленький, свернувшийся клубком под одеялом. Лицо спокойное, беззаботное. Рука выбилась наружу.
Андрей вцепился пальцами в косяк. Грудь сжало так, что стало трудно дышать.
Он знал это лицо. Помнил. Слишком хорошо помнил. Сын. Их сын. Пашка. Ему тогда было всего 3 года с небольшим. Почему тогда? Сейчас.
— Нет… — едва слышно сказал он.
Это было уже не похоже на сон. Это было слишком… точно. Слишком больно.
Он стоял так несколько секунд, может — минут, не понимая, что делать дальше. Потом медленно отступил назад, закрыл дверь, будто боялся разбудить.
Вернулся в комнату. Сел на край кровати.
Жена пошевелилась, тихо вздохнула и перевернулась на спину. Если бы она открыла глаза, то их взгляды бы встретились — но она не проснулась.
Андрей замер. Смотрел на неё. И вдруг понял, что не чувствует радости. Ни облегчения. Ни счастья. Только страх. Глухой, тяжелый. Потому что он уже жил это.
И уже потерял.
Он резко встал.
— Так… — прошептал он себе. — Спокойно. Спокойно…
Мысли начали возвращаться. Машина. Пассажир. Слова.
“Ты бы хотел вернуться?”
“Заказ принят.”
Удар. Граффити.
Андрей резко обернулся, будто ожидал увидеть его здесь, в комнате. Никого. Только тишина.
Он провёл рукой по лицу и вдруг ясно понял: это не сон. И не бред. Это… Он запнулся, не решаясь договорить даже мысленно.
Андрей медленно сел обратно. Посмотрел на свои руки.
Моложе. Чище. Без тех мелких шрамов и сетки морщин которые появились позже.
Пальцы дрожали.
— Если это правда…
Он замолчал.