Александр Харонов – Монстр над городом (страница 2)
— Труп. Во дворе на Кольцевой.
Пауза.
— Зарезали?
— Хуже.
Синий свет мигал на мокрых стенах многоэтажек. Двор был оцеплен. Жильцы толпились под козырьками подъездов, кутаясь в куртки и снимая всё на телефоны.
Лапин пролез под лентой.
И сразу увидел тело.
Мужчина лежал на спине возле лавки у подъезда. Лицо превращено в кровавое месиво. Куртка разрублена. Асфальт вокруг почернел от дождя и крови.
Судмед присел рядом.
— Предположительно топорик для рубки мяса, — сказал он устало. — Маленький. Тяжёлый. Бил с яростью.
Лапин молча смотрел на тело.
— Личность?
— Максим Александрович Рыжков. Сорок два года.
— Кто такой?
— Работяга с завода. Семья. Жена. Двое детей.
— Приводы?
— Нет.
— Долги?
— Пока не нашли.
— Конфликты?
— Соседи говорят — спокойный был. На работе тоже.
Лапин нахмурился.
— Тогда нахрена его так рубить?
Никто не ответил.
Дождь тихо стучал по капюшонам.
Опер подошёл ближе.
— Камер опять нет.
Лапин медленно повернулся.
— В смысле?
— Сбой. Во всём дворе. Домовые камеры вырубились на восемь минут.
— Регистраторы?
— То же самое.
— Издевается — тихо сказал кто-то рядом.
Лапин присел возле тела. И только сейчас заметил клочок бумаги. Мокрый. Прилипший к груди убитого. Он натянул перчатку и осторожно поднял листок. На бумаге было написано:
«
Лапин замер.
— Блядь
— Что там? — спросил опер.
Лапин не ответил сразу. Смотрел на записку. Потом медленно выпрямился. Где-то наверху истерично плакал ребёнок.
— Да не может это быть связано, — раздражённо сказал начальник отдела.
Он стоял у доски, сцепив руки за спиной.
— Один — бизнесмен. Второй — слесарь с завода. Где связь?
— Записка, — сказал Лапин.
— И что записка?
— И там, и там.
— Сейчас половина психов насмотрится интернета и начнёт бумажки оставлять.
Лапин промолчал. В кабинете пахло мокрой одеждой и дешёвым кофе. На доске рядом висели две фотографии.
Михаил Маслов. Максим Рыжков.
Два дня разницы. Никакой связи. Вообще никакой. Но Лапину всё сильнее казалось, что город только что сделал первый вдох перед чем-то очень плохим.
На следующий день журналисты уже придумали название.
«Дождевой убийца».
Лапин, увидев это по телевизору, только выругался. Потому что внутри у него сидело мерзкое ощущение: это только начало.
Глава 1. Дождевой убийца.
Лапин почти не спал третьи сутки.
В кабинете стоял тяжёлый запах кофе, сигарет и мокрой бумаги. На доске уже висели три фотографии, но пока две из них были соединены только одним словом:
«Почему?»
Михаил Маслов.
Максим Рыжков.
Бизнесмен и заводской работяга.
Никаких общих: звонков; друзей; маршрутов; банков; судимостей; любовниц; даже районов города.
Ничего.
Лапин стоял у доски, сунув руки в карманы.
— Допустим, — медленно сказал он, — Маслов — заказуха.
Опер молча кивнул.
— Рыжков тогда зачем?