Александр Харонов – Монстр над городом (страница 1)
Александр Харонов
Монстр над городом
Глава 1. Дождевой убийца
Пролог.
Дождь начался за десять минут до убийства.
Мелкий. Холодный. Такой, который сначала даже не замечаешь — только асфальт вдруг начинает блестеть под фонарями.
Михаил Николаевич Маслов вышел из здания ресторана, придерживая полы дорогого пальто. За спиной остались смех, музыка и голоса. Кто-то окликнул его с крыльца:
— Михаил Николаевич! Завтра тогда созвонимся!
Он не обернулся. Только поднял руку.
Парковка почти опустела. Его чёрный внедорожник стоял у самого края. В свете фонаря капли дождя скользили по капоту, как ртуть.
Маслов достал ключи. Щёлк. Машина мигнула фарами.
И в этот момент на парковке погас свет. Сразу весь. Фонари. Вывеска ресторана. Окна соседнего здания. Темнота накрыла улицу резко, будто кто-то дёрнул рубильник.
— Да вашу мать — раздражённо пробормотал Маслов.
Он сделал шаг к двери машины. Из темноты за его спиной кто-то вышел абсолютно бесшумно. Петля легла на шею мгновенно.
Маслов дёрнулся, захрипел и попытался ухватиться за удавку. Нападавший рванул назад с такой силой, что бизнесмен потерял равновесие и рухнул на мокрый асфальт.
Началась возня. Тяжёлая. Глухая. Без криков. Только хрип. Скрежет подошв. Удары локтями. Из-за дождя и темноты всё выглядело как драка теней.
Мужчина, куривший под навесом через дорогу, позже скажет:
— Ну вроде двое боролись. Или трое Хрен поймёшь. Я выпивший был.
Нападавший навалился сверху. Петля врезалась глубже. Маслов вцепился пальцами в трос, пытаясь просунуть между шеей и удавкой хоть немного воздуха. Ногти сорвались. Кожа лопнула. А потом убийца резко дёрнул. Раздался влажный треск. Тело дёрнулось. И затихло. Дождь продолжал идти. Человек в тёмной куртке несколько секунд просто стоял над телом, тяжело дыша. Потом медленно наклонился. Положил на грудь убитого клочок бумаги и исчез в темноте.
Через две минуты свет снова включился.
Первой закричала официантка, вышедшая выкинуть мусор.
— Камеры?
— Ничего.
— В смысле нихрена?!
— В момент отключения света запись оборвалась. Резервные аккумуляторы почему-то не сработали.
— А регистраторы машин?!
— Тоже пусто. Часть отключилась. Часть дала помехи.
— Как по заказу, блядь
Полицейский участок гудел. Кто-то орал по телефону. Кто-то печатал протоколы. Опера бегали между кабинетами с мокрыми папками и стаканами дешёвого кофе. На доске уже висела фотография Михаила Маслова.
Пятьсот миллионов оборота в год. Директор мебельной фабрики «Морена». Сорок пять лет. Женат. Двое детей.
А теперь — труп с перетёртым горлом на парковке в центре города.
Следователь Лапин стоял у стола, листая материалы.
— Следы?
— Смыло дождём.
— Отпечатки?
— Нет.
— Волокна?
— Пока пусто.
— Свидетели?
— Один алкаш видел возню. Ничего толком не разглядел.
Лапин раздражённо захлопнул папку.
— Красиво работает, сука
Дверь участка резко распахнулась. Внутрь вошёл плотный пожилой мужчина в дорогом сером пальто. Лицо красное. Глаза бешеные.
Рядом семенил молодой адвокат, пытаясь его успокоить.
— Николай Петрович, прошу вас
— Где главный тут?! — рявкнул старик.
Разговоры в отделе стихли.
Мужчина подошёл прямо к столу Лапина.
— Моего сына убили в центре города! — заорал он. — У вас там что вообще происходит?!
Лапин медленно поднял взгляд.
— Мы работаем.
— Работаете?! Да у вас человека задушили как собаку возле ресторана!
Он ударил ладонью по столу.
— Найдите мне эту мразь.
Тишина. Где-то в дальнем кабинете продолжал трещать принтер. Лапин молча смотрел на отца убитого. Потом перевёл взгляд на прозрачный пакет с уликой. Внутри лежал мокрый клочок бумаги. На нём чёрным маркером было выведено:
«Ты думал, тебе принадлежит весь мир. Но хватит и двух метров под землёй.»
***
Дождь снова пошёл ближе к ночи.
Лапин заметил это ещё из окна кабинета и почему-то поморщился.
Тонкие струи стекали по стеклу, размывая огни города. Внизу мигали фары машин. Дежурка гудела ленивыми разговорами. После убийства Маслова весь отдел уже вторые сутки жил в напряжении, но пока без результата.
Ноль. Ни лица. Ни машины. Ни ДНК. Будто убийца вышел из дождя — и в дождь же ушёл.
Лапин потянулся за сигаретами, когда дверь кабинета резко распахнулась.
— Ещё один.
Он поднял глаза.
Молодой опер стоял бледный и мокрый.
— Что?