Александр Грохт – Санитары (страница 3)

— Твою мать, — выдохнул Серёга, глядя на это.

Прыгуны атаковали с новой силой. Они окружали нас, прыгая туда-сюда, не давая прицелиться. Я разрядил половину магазина, прежде чем попал в одного — тварь кувыркнулась в воздухе и рухнула на землю.

Пейн бросил гранату. Она приземлилась в центре группы прыгунов, взорвалась. Трёх разорвало на куски. Остальные отпрыгнули, но не отступили. Тем временем Макс залез на мотоцикл и завёл его, показав нам большой палец.

— Вперёд! — крикнул я. — Прорываемся!

Мы дали газу. Байки взревели, колёса проскользили по асфальту. Прыгуны бросились в погоню, их когти скребли по бетону, издавая тот самый жуткий щёлкающий звук.

Один прыгнул на меня сверху. Я увидел его боковым зрением, дёрнул руль вправо. Тварь пролетела мимо, задев меня плечом. Удар был сильным, я чуть не слетел с байка. Руль чуть не вырвался из рук, я вцепился в него изо всех сил, выравнивая траекторию.

Серёга стрелял на ходу, разворачиваясь на сиденье. Гильзы сыпались на дорогу. Один прыгун рухнул с пробитой головой, другой подскочил, схватился за рану в плече, но продолжал бежать.

Впереди показался поворот. Переулок сворачивал направо, между двух высоких заборов.

— Туда! — крикнул я.

Мы влетели в поворот на полной скорости. Я наклонился, почти касаясь коленом асфальта. Байк шёл по самому краю, в сантиметре от забора. Потом выровнялся, и мы понеслись дальше.

Прыгуны остались позади. Их вопли эхом отражались от стен, но они не преследовали нас дальше. Видимо, мы покинули их территорию. Вернуться я рискнул только через два дома от того места, где нас атаковали.

Машиностроительный сузился ещё больше и встретил нас могильной тишиной. Асфальт стал метра три шириной, не больше. Здания с обеих сторон стояли вплотную друг к другу, создавая сплошную стену. Это были старые промышленные постройки, возведённые ещё в советские времена — кирпичные, мрачные, унылые.

Слева тянулось двухэтажное здание без опознавательных знаков. Окна первого этажа были заложены кирпичом, на втором — закрыты ржавыми решётками. Стены облупились, кое-где виднелась кирпичная кладка под осыпавшейся штукатуркой. Кто-то когда-то нарисовал на стене огромный череп чёрной краской, но время и дожди размыли рисунок, превратив его в расплывчатое пятно.

Справа — забор из профлиста, метра три высотой. Он шёл вдоль всего переулка, местами прогнувшись, местами проржавев насквозь. За ним виднелись какие-то сараи или ангары, но что там было — не разобрать.

Глава 2

Потерянные

Мы ехали медленно, вглядываясь в каждую тень. Прыгуны с виду конечно отстали, но что там в их мутировавших головах творится…до этого дня я вообще ни разу не видел, чтобы муты бросали преследование добычи, но вот — пожалуйста. Так что все нервничали, и их было трудно в этом винить.

— Сколько ещё до точки? — спросил Макс.

Я посмотрел на номер на ближайшем здании. Четвёрка. Дом четыре.

— Ещё шесть домов, — ответил я. — Нам нужен дом десять.

Мы проехали дальше. Слева появилось покосившееся здание — одноэтажное, с провалившейся крышей. Внутри сквозь дыры было видно небо. Стены были исписаны граффити — чьи-то имена, даты, рисунки. Одна надпись привлекла моё внимание: «Здесь была любовь. 15.03.2…». Написано за день до начала апокалипсиса. Я у Полковника видел в пометках — тут все началось 16 марта. Кому–то повезло, он успел в последний день перед полной задницей полюбить и даже увековечить это.

Дальше пошли гаражи — целый ряд, двадцать или тридцать боксов, тянущихся вдоль переулка. Ворота большинства были распахнуты или сорваны. Внутри темнело, я видел силуэты машин, ящиков, непонятного хлама. Из одного гаража донёсся шорох, и мы все напряглись, но никто не вышел.

Справа забор сменился кирпичной стеной какого-то здания. Окон не было, только одна дверь — железная, заваренная наглухо. На двери кто-то нарисовал красной краской огромный крест. Знак того, что здание заражено? Или что туда нельзя лазать?

— Джей, — тихо позвал меня Пейн. — Ты слышишь?

Я остановился, прислушиваясь. Сначала ничего, только ветер и какие–то металлические грюки. Потом я уловил. Тум–тум–тум. Тум–тум–тум. И все громче.

— Муты… — сказал Серёга. — Они как-то учуяли нас.

— Надо валить отсюда…не хочу проверять крепость этой двери.

Как бы в подтверждении моих слов что–то тяжко навалилось на дверь с обратной стороны. И мы явственно услышали, как заскрипел под нагрузкой металл. Что бы там не находилось — встречаться с ним в мои планы точно не входило.

Мы поехали быстрее, уже не заботясь о скрытности. Двигатели ревели, эхо гуляло между зданиями. Слева промелькнул дом шесть, потом семь. Здания становились выше, двух- и трёхэтажные. Окна смотрели на нас тёмными и мутными бельмами грязных стекол, кое–где разбитых. И все время чудилось чье–то присутствие, как будто он ждет и смотрит из–за этих вот стекол, выжидая, когда мы завязнем где–то. И тогда кинется, смертоносный и безжалостный, и порвет нас. Б–р–р…вот же фантазия то разгулялась.

Дом восемь — разрушенное здание, половина которого обрушилась, завалив переулок обломками, мы объехали по самому краю, колёсами едва нащупывая опору на груде битого бетона. Один неверный манёвр, и байк опрокинется, и тогда…

— Почти там, — выдохнул я, когда мы преодолели завал.

Дом девять показался справа — угрюмое трёхэтажное здание с облупившейся штукатуркой. Окна первого этажа были заколочены досками, на которых кто-то нарисовал белой краской: «Не входить. Мёртвые внутри».

И наконец, дом десять.

Он стоял с левой стороны переулка — двухэтажное кирпичное здание, относительно целое. Окна второго этажа были забиты решётками. Дверь — металлическая, закрытая. На стене рядом с дверью виднелась табличка, наполовину оторванная: Исследовательский Центр контроля ОРЗ. Филиал Южный.

Это было оно. Место, куда нас отправили. Под этим зданием скрывался основной исследовательский центр Меднанотех в Южном регионе. А в нем… клондайк сокровищ и, как вишенка на торте — тот самый агрегат, добыть который было для нас важно. Настолько важно, что стоило риска влететь в мёртвый город. Мобильная Полевая Лаборатория. Произносить именно так, с больших букв.

Я остановил байк, слез, огляделся. Переулок был пуст, но уже слышался мерзкий звук шелестящих по асфальту ног, и звучал он всё ближе. Минут пять, может десять, и первые мертвецы появятся здесь.

— Пейн, Серёга, осмотрите здание. Найдите вход. Макс, со мной, прикрываем.

Серёга и Пейн подбежали к двери. Серёга дёрнул ручку — заперто. Он отошёл, прицелился, хотел выстрелить в замок.

— Стой! — крикнул я. — Не стреляй. Звук привлечёт тех, кто пока не навелся на нас.

— Тогда как мы войдём?

Я огляделся. Окна первого этажа были без решёток, но все были закрыты стальными рольставнями. Вот только мы точно были не первыми, кто хотел проникнуть внутрь — одно окно, ближайшее к углу здания, было варварски взломано — железо вырезали автогеном, после чего остатки окна еще и вырвали наружу, видимо, грузовиком. И теперь оно валялось в стороне.

— Туда, — указал я. — Пейн, помоги.

Мы подошли к окну. Пейн сцепил руки в замок, я наступил на них, подтянулся. Схватился за подоконник, подтянулся ещё. Ставня скрипнула, уходя в сторону. За ней было разбитое стекло и тёмное помещение.

Я протиснулся внутрь, приземлился на пол. Стеклянные осколки хрустнули под ботинками. Я достал фонарик, включил.

Помещение оказалось лабораторией. Столы вдоль стен, на них — оборудование. Микроскопы, колбы, какие-то приборы. Всё покрыто пылью, местами валяется на полу. В дальнем углу стоял стеллаж с папками. На полу валялись бумаги, разбросанные кем-то в спешке.

— Чисто! — крикнул я в окно. — Лезьте.

Серёга полез следующим, потом Макс, потом затянули Пейна. Мы собрались в лаборатории, осматриваясь.

— А тут кто–то от души пошарился, — пробормотал Макс, подходя к одному из столов. — Интересно, что они тут искали?

— А нам не пофигу ли? — резонно ответил ему я. — На наш объект они проникнуть не могли, а искать тут добычу мы с вами точно не будем, не до того.. Макс, осмотри первый этаж, проверь все входы и выходы. Пейн, со мной на второй. Серег — оставайся здесь, прикрывай окно.

Мы разошлись. Я и Пейн вышли в коридор. Длинный, узкий, двери по обеим сторонам. Большинство дверей были открыты, из комнат веяло затхлостью. Я заглянул в одну — офис, стол, стулья, компьютер с разбитым монитором. Никогда не понимал, зачем ломать что–то во время мародерки? В другой — ещё одна лаборатория, поменьше.

Лестница в конце коридора вела на второй этаж. Мы поднялись осторожно, ступеньки скрипели под ногами. Наверху был ещё один коридор, похожий на первый. Но здесь было темнее, окна были закрыты ставнями.

Я посветил фонариком. В конце коридора виднелась дверь с табличкой: «Директор». Мы подошли ближе. Дверь была приоткрыта.

Я толкнул её ногой, вошёл, подняв оружие. Кабинет был просторным — большой стол у окна, книжные шкафы вдоль стен, диван у противоположной стены. На столе валялись бумаги, опрокинутая чашка с заплесневелыми остатками черной дряни, некогда бывшими видимо кофе, ноутбук.

И никого. Ни зомби, ни людей.

— Чисто, — сказал я Максу. — Как дела с дверьми?

— Хорошо. Все заперто, но я не могу найти…

Он не договорил. Снаружи послышался треск автоматной очереди. Громкий, резкий. Потом ещё один.