Александр Грохт – Санитары (страница 2)

Коридор петлял между корпусами завода, то сужаясь, то расширяясь. Стены были исписаны выцветшими надписями — «Курить запрещено», «Проход для персонала», чьи-то имена и матерные слова. Окна смотрели на нас пустыми глазницами.

— Куда дальше? — крикнул Макс, когда мы вырвались из прохода на очередную площадку.

Я огляделся. Мы оказались в лабиринте заводских построек. Справа — разрушенный ангар с провалившейся крышей. Слева — трёхэтажное здание администрации, окна выбиты, на стенах и дверях копоть — похоже, там когда-то был пожар. Впереди — ещё один проход, за ним виднелась ограда завода и то, что лежало за ней. И вроде бы там есть дыра… отсюда точно не понять.

— Туда, — я указал вперёд. — Нам нужно выбраться за периметр.

Мы понеслись дальше. Я оглянулся назад и тут же пожалел. Зомби набились в проход так, что двора уже просто не было видно, и теперь двигались за нами. Они шли медленно, но их было много. Очень много.

Коридор вывел нас к «воротам» в бетонном заборе. В дыру было видно, что сразу же за упавшими под действием великой и могучей гравитации секциями находилась неглубокая, но весьма широкая канава. Похоже, она много лет служила руслом какой-то речки, нынче пересохшей, и именно её расширение и обеспечило нас проходом. Для машин это было бы непроходимым тупиком, но мы-то были на байках. Подкрутив газ, я первым проскочил наружу, проехал канаву и наконец-то оказался на улице Лескова.

Старая промзона расстилалась перед нами во всей своей мрачной красе. Узкая улица, метров шесть шириной, тянулась вперёд между ржавыми заборами и полуразрушенными зданиями. Асфальт был весь в трещинах и выбоинах, кое-где пробивалась трава. Вдоль дороги валялись остовы давно брошенных машин, опрокинутые контейнеры, груды техногенного мусора, поросшие вполне серьёзными деревьями.

Слева тянулся забор из рифлёного железа, местами проржавевший насквозь. За ним виднелись корпуса каких-то складов — серые бетонные коробки без окон, покрытые граффити. Справа — двухэтажные здания бывших цехов, окна заколочены досками или закрыты ржавыми решётками.

На одном из домов я разглядел номер — 9а. Я вспомнил карту, которую изучал перед вылетом. Нам сейчас направо, и тогда дорога должна привести нас к Машиностроительному переулку. Оттуда — рукой подать до места назначения.

Мы тронулись вперёд, осторожно, высматривая опасность. Улица была пугающе тихой. Похоже, наш прилёт и впрямь собрал всех зомби из округи. Только ветер шуршал обрывками газет и гнал пустые банки по асфальту. Где-то вдалеке мерзко скрипела какая-то железяка, но поблизости никого не было видно.

— Слишком тихо, — пробормотал Серёга, оглядываясь. — Мне это не нравится.

— Мне тоже, — согласился я. — Держите глаза открытыми.

Мы ехали медленно, объезжая препятствия. Справа промелькнуло здание с выбитыми окнами — внутри было темно, но я мог поклясться, что увидел там движение. Что-то большое метнулось в глубине, но не показалось.

— Там кто-то есть, — тихо сказал Пейн.

— Знаю. Продолжаем движение. Не останавливаемся.

Дорога петляла немного, огибая здания. Слева показался покосившийся рекламный щит — выцветшее изображение какого-то инструмента и надпись: «Завод 'Тансельмаш". Техника для профессионалов». Щит накренился, готовый вот-вот упасть.

Дальше пошли гаражи — целый ряд металлических боксов, многие с распахнутыми воротами. Из одного торчала передняя часть автомобиля — старая «девятка», все колёса спущены. В другом гараже я увидел скелет, прислонённый к стене. На нём всё ещё была одежда — рабочий комбинезон и каска.

— Джей, — окликнул меня Макс. — Смотри вперёд.

Я поднял глаза. Метрах в пятидесяти впереди улица упиралась в перекрёсток. И там, прямо на пересечении, высилась баррикада.

Мы подъехали ближе, притормаживая. Баррикада была основательная — несколько легковушек, поставленных бампер к бамперу и сваренных между собой. Поверх автомобилей навалены мешки с песком, доски, куски арматуры. Всё это сооружение перекрывало дорогу полностью.

— Кто-то пытался держать оборону, — сказал Серёга, слезая с байка и подходя ближе. — И похоже, не преуспел.

Он был прав. Вокруг баррикады валялись гильзы — сотни медных гильз, блестящих на солнце. Асфальт был испещрён тёмными пятнами — старая кровь. На самом заграждении я разглядел пробоины от пуль, царапины от когтей.

— Здесь была резня, — тихо сказал Пейн, глядя на всё это.

Я подъехал к баррикаде, оценивая ситуацию. Прямо мы не пройдём — слишком высоко, байки не перепрыгнут. Справа здания стоят вплотную, прохода нет. Слева… а вот слева оставалось достаточно места, чтобы проехать на мотоцикле.

— Налево, — сказал я. — Машиностроительный переулок. Нам туда.

Переулок начинался как раз слева от баррикады — узкий проезд между двух зданий, метра четыре в ширину. Асфальт там был в ещё худшем состоянии, чем на улице Лескова — ямы, трещины, где-то провалы. Но проехать можно.

Мы развернули байки и направились к переулку. Я первым въехал туда и сразу почувствовал себя неуютно. Здания с обеих сторон нависали над узким проездом, создавая ощущение тоннеля. Окна были тёмными провалами, из которых могло высунуться что угодно.

— Держитесь ближе, — повторил я. — И будьте готовы стрелять.

Мы двинулись вперёд. Байки тарахтели, звук эхом отражался от стен. Слишком громко. Слишком заметно. Любой зомби в радиусе квартала услышит нас.

Слева потянулся забор из сетки-рабицы, покосившийся и проржавевший. За ним виднелся заброшенный пустырь, заросший бурьяном выше человеческого роста. Среди травы торчали обломки техники — то ли строительной, то ли сельскохозяйственной, не разобрать. Всё ржавое, покрытое плесенью.

Справа — длинное одноэтажное здание без окон. Только дверь — металлическая, наполовину сорванная с петель. Из проёма веяло могильным холодом. Я невольно поёжился, проезжая мимо.

— Джей, — окликнул меня Серёга. — Ты слышишь?

Я прислушался. Звук байков, ветер, где-то вдали стон зомби. И ещё что-то. Щелчки. Быстрые, отрывистые щелчки, как будто кто-то щёлкает костяшками пальцев.

— Что это? — спросил Пейн, оглядываясь.

— Не знаю, — ответил я, ускоряясь. — И знать не хочу. Быстрее.

Щелчки усиливались. Они доносились отовсюду — сверху, с боков, сзади. Я посмотрел наверх и увидел силуэт на крыше здания справа. Что-то большое, сгорбленное, двигающееся на четвереньках.

— Контакт! — заорал я. — Сверху!

Тварь прыгнула. Она сорвалась с крыши, пролетев метров пять по воздуху, и приземлилась прямо перед Максом. Байк Макса врезался в неё на полном ходу, выбив седока. Тварь тоже рухнула, и я машинально всадил в неё очередь, разнося череп. Новый монстр?

Времени разглядывать нового монстра не было, но в целом он походил на классического «прыгуна», хотя были и явные отличия. Ноги удлинились, превратились в мощные пружины, способные подкидывать тело на невероятную высоту. Так же было и у привычных прыгунов, разве что мышцы этих тварей были даже на вид мощнее. Руки тоже изменились — длинные, с выступающими суставами и кривыми когтями. На запястьях — какие-то костяные гребни, явно острые. Спина выгнулась дугой, рёбра проступали сквозь посеревшую кожу. Голова… голова была почти лысой, челюсть выдвинулась вперёд, обнажая ряды острых зубов. А вот брони, которой обзавелись его «родичи» в Бадатии и Кремне, тут не наблюдалось. Похоже, просто вариация на тему.

Со всех сторон на нас сыпались новые и новые муты. Они появлялись отовсюду — с крыш, из окон, из-за углов. Десять, может больше. Они двигались с пугающей координацией, явно действуя согласованно.

Один прыгнул на Пейна сбоку. Парень дёрнул руль, тварь промахнулась, проскочив мимо и врезавшись в стену. Другой напал на Серёгу сзади, вцепился в рюкзак. Серёга резко затормозил, прыгун перелетел через его голову. Я выстрелил на лету, пуля вошла твари в шею.

— Они работают как стая! — заорал Макс, отстреливаясь. — Как чёртовы волки!

Он был прав. Прыгуны атаковали с разных сторон, отвлекая внимание, прикрывая друг друга. Одна тварь прыгала, привлекая огонь, пока другие заходили с флангов. Это было жутко — видеть такой уровень координации у мертвецов.

Я увидел самого крупного из них — прыгуна ростом почти в два метра, с непропорционально длинными руками. Он сидел на крыше здания слева, наблюдая за боем. Альфа. Вожак стаи.

— Макс! — крикнул я, указывая на него. — Вон тот, большой! Его нужно убить!

Макс развернулся, вскинул пулемёт. Но прежде чем он успел выстрелить, «альфа» открыл пасть. Я увидел, как что-то блеснуло у него в горле, как раздулись мешки по бокам шеи.

Но сделать ничего не успел. Альфа плюнул. Струя жидкости вылетела из его пасти, пролетела разделяющее нас расстояние и попала прямо мне в грудь.

Боли не было. Сначала я даже не понял, что произошло. Просто почувствовал мокрое пятно на груди. Посмотрел вниз и увидел, как ткань бронежилета начинает дымиться.

Кислота. Тварь плюётся кислотой.

Я сдёрнул с себя бронежилет «Цирас» — тот самый, что носил ещё с первых дней. Старый, потёртый, но надёжный. Он спасал мне жизнь не раз. Теперь он шипел и пузырился, ткань расползалась, обнажая бронепластины. Кислота добралась до металла и начала разъедать и его.

Я швырнул жилет на землю. Он упал на асфальт, продолжая шипеть и дымиться. Едкий запах ударил в нос. Вместе с броней плавились набитые магазины, расползались на хлопья ржавчины корпуса гранат…