Александр Гримм – Разборки в старшей Тосэн! (страница 48)
Хохочущий во всю глотку, Керо продолжает кромсать труп подельника, когда в паре метрах от него рождается «тень». И тут же исчезает, ибо на том месте, где только что находился фантом, «свистит» окровавленный клинок — это было близко! Хорошо, что я был начеку и вовремя отозвал фантома. Боюсь представить, какую отдачу получило бы мое тело разруби этот психопат «тень»! Скорость удара оказалась столь велика, что вся кровь, в едином порыве, слетела с лезвия во время выпада! Даже со своего места, я расслышал перестук капель о паркет — настолько стремительным оказался взмах меча.
— Кто ты, покажись!? — безумное веселье моментально сменяется сосредоточенностью профессионала. Поза мечника выражает спокойствие и готовность к битве — какой стремительный переход, эта мгновенная трансформация из обезумевшего мясника в хладнокровного воина даже немного восхищает!
И что мне теперь делать, продолжать так лежать? Нет, плохая идея — вскоре остальные раненые «примутся» остывать и моя невольная хитрость моментально вскроется. Судя по тому, как чутко Керо среагировал на тепло, излучаемое электромагнитной оболочкой «тени», он довольно быстро распознает обман! И тогда, из поддельного трупа я очень быстро переквалифицируюсь во вполне реальный…
Есть у меня кое-какой план, довольно сумасбродный, я бы даже сказал самоубийственный. Он больше походит не на выверенный геймплан, а скорее на русскую рулетку, но другого у меня нет. Да и время поджимает, скоро братишки начнут отходить в мир иной, под их телами и так уже солидные лужи крови. Больше ждать нельзя!
— И чего ты хочешь этим добиться? — вопрошает слепой мечник, когда «тень» начинает мелькать то тут, то там. Она на мгновение материализуется и тут же исчезает, чтобы не попасть под скоростной выпад.
Но я, по понятным причинам, не отвечаю. Все мое внимание сосредоточено на манипуляции с тенью, пока рука медленно «ползет» к рукояти бесхозного тесака ната. Скорее всего, владельца именно этой железки я отправил на убой к слепому мечнику. Надеюсь, данный тесак сослужит мне добрую службу, как до этого сделал его хозяин.
Пальцы обхватывают липкую от крови рукоять и я, с замиранием сердца, активирую «магнитную ладонь». После чего, медленно, но, верно, принимаюсь раскручивать тяжелый тесак на ладони. Вся надежда на то, что Керо в этот момент всецело занят отслеживанием перемещений фантома.
— Не знаю, как ты это делаешь, но тебе не победить таким глупым способом. Во всем Токио есть лишь два мечника быстрее меня и ты явно не из их числа! — продолжает хорохориться слепой мечник, но в его голосе отчетливо слышится тревога. — Кто ты? Шиноби? Мацуба-кай не нарушали правил, почему ты здесь?
Его болтовня порядком отвлекает и в то же время успокаивает. Пока безглазый якудза чешет языком, тесак ната на моей ладони, с каждой секундой, вращается все быстрее.
— Отвечай! — выкрикивает Керо в пустоту — ненадолго хватило его хваленого хладнокровия, впрочем, это уже не важно.
«Тень» прекращает скакать с места на место и призрачный серп отправляется в полет, а вместе с ним и, вращающийся вокруг собственной оси, тесак ната. Вот только, в отличии от электромагнитной камы, холодный металл тепла не выделяет. С приглушенным стуком, лезвие тесака врубается под правую лопатку, изготовившегося к контратаке, мечника. Садист-якудза вздрагивает и в этот момент его настигает призрачный серп. Лезвие камы касается торса Керо и грудная клетка мечника, под действием обратного пьезоэлектрического эффекта, обзаводится глубокой раной. Это конец! Я победил!
Под звук упавшего тела, шумно вздыхаю. Все то время, пока приводил план в действие старался не дышать. И теперь никак не могу насладиться, пускай спертым и немного вонючим, но таким желанным воздухом.
Переборов желание, еще немного поваляться, поднимаюсь на ноги. Не время разлеживаться, пора сваливать! Наклоняюсь, чтобы подобрать оружие — не стоит с пустыми руками ходить в гости к якудзам. Измазанная в чужой крови ладонь обхватывает рукоять ближайшего, бесхозного вакидзаси и я разворачиваюсь к входной двери…Блядь, лучше бы я этого не делал!
В мою сторону кровожадно пялятся многочисленные черные зрачки. Такого количества огнестрельного оружия я не видал даже в кино. Застывшие на пороге якудза, все, как один, держат меня на прицеле. Ну и зачем я вставал? Лежал бы себе спокойненько дальше. Эх, даже отправь я волну в сторону вооруженных братков — ничего этим не добьюсь, лишь отсрочу неизбежное. Несколько стрелков обязательно выживут и изрешетят меня пулями, пока танден будет перезаряжаться для следующей волны. Да и подустал я что-то…
Якудза входят внутрь холла и рассредотачиваются вдоль стены. Следом за ними порог переступает незнакомый мужик — типичный японский бандос. В отличии от своих коллег по цеху, он не рвется вперед, а держится позади, за спинами «братьев».
— Можешь даже не пытаться рыпаться, откроешь пасть и парни тебя нашпигуют свинцом. У них заглушки в ушах, поэтому свои фокусы можешь запихнуть себе же в очко. — во время отповеди самодовольная улыбка не сходит с лица местечкового босса. — Знаешь, пацан, в какой-то мере я даже благодарен тебе за смерть Оябуна и остальных стариков. Теперь я смогу прибрать Мацуба-кай к рукам. Поэтому сделаем так, я задаю вопросы, а ты киваешь или качаешь своей тупой башкой в ответ. Все делаешь молча! Если ответы меня устроят, то сдохнешь быстро и безболезненно. Усек?
Этот голос я узнаю из тысячи: «Так вот ты какой, сметливый кёдай, который все это время вставлял мне палки в колеса. Не сказать, что я рад нашей встрече, было бы намного лучше — валяйся твой труп где-то неподалеку». В этой ситуации радует лишь то, что Оябун все же подох от кровопотери. Туда этому сукиному сыну и дорога!
— Давай, тряси своей патлатой башкой! Или хочешь, чтобы парни наделали в тебе лишних отверстий? — вот неугомонный.
Делаю, как он “просит”.
— Так-то лучше, а теперь слушай ме… — речь кёдая обрывается, ей на смену приходит едва различимый хрип, вперемешку с сипением. Сложно продолжать качать права, когда на твоей шее затягивается удавка, в виде ремешка от женской сумочки.
Чтобы не спалить неожиданную подмогу перед «глухими» братками, старательно имитирую допрос: играю мимикой и периодически киваю или качаю головой. Не знаю, кто эта миниатюрная женщина, но сейчас она моя единственная надежда, а значит я просто обязан выложиться, да так, чтобы сам Станиславский поверил.
Через десяток секунд, женщина в деловом, брючном костюме серого цвета аккуратно укладывает придушенного кёдая на пол. После чего, без всякой суеты вешает орудие убийства, в виде дамской сумочки, обратно на плечо. Но на этом загадочная женщина не останавливается. Ловкими пальцами она извлекает автоматическую ручку из нагрудного кармана пиджака и вдавливает кнопку на ее корпусе, отвечающую за подачу стержня. Вот только из носика письменной принадлежности выскакивает не пишущий элемент, а толстая, металлическая игла, длинной около десяти сантиметров. Отточенным движением дамочка хладнокровно вгоняет, получившееся, шило глубоко в глаз бессознательному кёдаю. Тело братка на мгновение вздрагивает и тут же расслабляется. А я в этот момент осознаю, что передо мной профессионал, настоящий мастер своего дела. Это только в крутых, голливудских блокбастерах диверсанты пачками душат неприятелей. На деле же, чтобы задушить человека до смерти, а не до отключки требуется куда больше времени, чем обыватели себе представляют. Именно поэтому она добила кёдая, чтобы тот не пришел в себя через несколько секунд.
Покончив с главарем, который мог ее обнаружить, женщина поднимается на ноги и извлекает из сумочки флакон с духами. Кажется, я догадываюсь, к чему все идет. И верно, через секунду, глядя мне прямо в глаза, она показывает небольшую пантомиму, которую бы понял даже ребенок.
Поставив флакон на пол, женщина снимает с него перфорированный колпачок и вдавливает нажимной механизм. Чтобы не пасть жертвой газа, во время очередного кивка набираю в легкие побольше воздуха. Надеюсь, эта дрянь быстро выветривается или у моей загадочной спасительницы есть план, как меня потом откачать.
Через десяток секунд бандиты, один за другим начинают, кулем оседать на пол. Судя по всему, газ, выпущенный на свободу, оказался нервно паралитическим.
— Давно не виделись, жеребец. — подошедшая женщина, протягивает мне драже желтоватого цвета на раскрытой ладони. — На, раскуси.
— Что-то я вас не припомню, тетенька. Вы кто? — задаю вопрос незнакомке, после того как съедаю, предложенное, угощение.
— Тетенька…дожила. — ее ладони покрываются желтоватой Ки, в которой я без труда опознаю Дэнки. В ту же секунду разрываю дистанцию с женщиной и выставляю, между нами, тесак. Но предосторожность оказывается излишней. Целью громовой Ки оказываюсь не я, а сама женщина. Приложив светящиеся ладони к лицу, она использует Ки грома на самой себе. — А так, узнал?
Твою мать! — еще недавно привлекательная, фигуристая дамочка превращается в настоящего «крокодила». Причем, не абы в какого, а в весьма узнаваемого. Это ведь та самая извращенка из метро! Какого хера она здесь делает, да что, черт возьми, вообще происходит?! Почему мне на выручку приходит похотливая тидзё?! Неужели я настолько впечатлил ее своим дзюттэ…? Ками, это похоже на сюжет какой-то сюрреалистичной манги!