Александр Гримм – Разборки в старшей Тосэн! (страница 36)
Смотри-ка, знакомая техника нарисовалась. Как я и предполагал, визуализация — это не только моя фишка. Вот только я сильно сомневаюсь, что местные адепты боевых искусств владеют этой методикой на том же уровне, что и я. Иначе они бы не ошивались целыми днями в додзе, а лениво валялись на футтонах, как тюлени на лежбищах. Ну, или как я.
— А этот Уэсиба-сэнсэй, он случайно не сын того самого Уэсибы? — маловероятно, но все же стоит уточнить. Мало ли, всякое в жизни бывает. Вдруг высокопоставленному айкидоке захотелось отойти от дел. И вместо экспериментов над людьми, заняться чем-то более социально-полезным, например, тренировать детишек в захудалом квартале.
— Не, он старый. Очень старый. — отрицательно мотает головой малец.
— Ну тогда тебя обучает сам Морихэй.
На секунду в помещении повисает тишина, а затем мы дружно принимаемся ржать. Как следует отсмеявшись, вытираю слезы, брызнувшие из глаз, и принимаюсь убирать со стола. Сам Морихэй Уэсиба — надо же такое выдать, да я тот еще шутник.
Еще около получаса расспрашиваю Мичи о порядках в додзе и об элементах, которые они повторяют. Даже прошу продемонстрировать некоторые из них на себе, пополняя арсенал «тени». Ну а вдруг пригодится, как говорится запас карман не тянет.
Пока все сводится к тому, что доить Мичи на предмет секретов додзё еще рановато — нет у него доступа к великим тайнам айкидо. И техник боевых, как таковых, тоже нет — лишь отдельные тренировочные элементы, неприменимые в реальном бою. Грамотное передвижения, умение правильно падать и биомеханические основы стиля — это, конечно, здорово, но явно не то, чего я ожидаю от своего предприимчивого кохая. Из ценного, разве что Айки, но сумею ли я отыскать загадочный танден, учитывая особенности моей энергетической системы. Не удивлюсь, если на месте тандена окажется совсем не то, что я искал или вовсе будет зиять пустота. Впрочем, пока не проверю, не узнаю. К чести Мичи, он выдал мне достаточно подробную инструкцию по освоению Айки, поэтому проблем с проверкой возникнуть не должно.
— Сэмпай, так что насчет клуба? — прерывает мои размышления этот неугомонный мальчишка.
Все ему неймётся. Может рассказать сопляку, как на самом деле обстоят дела? Возможно, тогда он отвалит от меня с этой самоубийственной просьбой. Хотя, вспоминая его первую драку, невольно возникают сомнения: а не проснется ли в пацане бунтарский дух авантюризма, когда он узнает, что его сэмпай вляпался в государственную измену. Ну нахер, лучше не рисковать. Зная мою удачу, готов поспорить, что этим все и закончится. А мне потом носи цветы на маленькую могилку и утешай его мамашу.
— А ты разве победил?
— Нет…
— Ну вот видишь.
— Но…
— Давай без «но», проиграл — будь мужиком, прими поражение достойно и двигайся дальше. И запомни, Мичи, никогда не оправдывайся — это выглядит херово. — по крайней мере мой первый тренер именно так и говорил, вот только я его не особо слушал, но Мичи об этом знать необязательно.
— Вы правы сэмпай. — склоняет голову кохай. Кажется, получилось! — Надо двигаться дальше, если один раз не вышло, то это не значит, что надо опускать руки. — или не получилось? Чего-то мысль у мальчишки куда-то не туда вильнула.
— Мичи, я не это имел ввиду… — но своевольный сопляк уже не слушает, он вовсю обувается, стоя у гэнкана — маленький паршивец!
— Спасибо за науку сэмпай! — машет этот засранец мне на прощанье. — Завтра я вернусь и мы снова это повторим!
— Стой паскуда мелкая! — с отчаянием кричу ему вслед, но единственным моим слушателем оказывается безмолвное дверное полотно.
Вот сучонок мелкий, и ведь наверняка сдержит слово и вновь припрется, чтобы выбить у меня разрешение на вступление в этот чертов клуб. Может, как следует, отделать мелкого засранца, чтобы он ненадолго загремел в больничку, а там и родительский контроль подоспеет на пару с санкциями в виде домашнего ареста. Нет, плохая идея. Это все без толку, ведь от посещения занятий его никто не освободит, а значит мальчишка продолжит меня доставать, но уже в школе. Он парень упертый и так просто не сдастся. Боже, во что я влип? Ощущение такое, будто завел ребенка.
За этими, несвойственными для взрослого мужика, переживаниями я совсем забываю о том, что до сих пор щеголяю в одежде, которая осквернена похотливой тидзё. Надо бы переодеться, но для начала приму-ка я душ.
Раздевшись и побросав одежду в корзину с грязным бельем, забираюсь под горячие струи воды. Приятная нега разливается по телу, смывая усталость и накопившийся стресс. Тянусь за мочалкой и в этот момент замечаю странный след на правом бедре. В том самом месте, о которое терлась извращенка, обнаруживается непонятное пятно, чертовски похожее на родимое. Это еще что за хрень?! Начинаю тереть мочалкой, но пятно и не думает исчезать, наоборот, из-за прилившей от трения крови оно становится еще более отчетливым. Неужели эта коза и в правду меня чем-то заразила? Вот дерьмо, надеюсь, это не что-то венерическое, иначе Ульяна меня точно прибьет. Ну что за напасть, еще сексом не занялся, а уже что-то подцепил.
В расстроенных чувствах покидаю душевую кабинку. Если до понедельника пятно не сойдет, то придется идти к Ульяне на поклон. Без нее такого малолетку, как я, до обследования в местных клиниках попросту не допустят. А еще перед сном буду молиться всем Ками, чтобы это оказалось банальное раздражение или аллергия, или…А может, это та странная дамочка за спиной Хоши постаралась? Прокляла меня или наслала порчу и теперь мое бедро выглядит, как лысина Горбачова. Пф, ну и бред! Но должен признать, этот вид Ки действительно необычен. Надо будет обязательно расспросить о нем Хоши.
Чтобы хоть как-то отвлечься от неприятных дум, приземляюсь на футон. Устраиваюсь поудобнее и сажусь в позу сейдза. Голени, на которые я опираюсь, с непривычки начинают затекать. У Тон-тона не было потребности засиживаться подолгу в столь неудобном положении, а тут еще и я веса поднабрал. Опускаю веки и абстрагируюсь от неприятных ощущений — так-то лучше. Дискомфорт смиренно отступает на второй план, оставляя после себя лишь пустоту. Мысли текут вяло и бесконтрольно. Но я все еще помню, для чего это затевалось, поэтому перевожу внимание на нужную точку своего тела — два сантиметра ниже пупка, если Мичи ничего не перепутал. Пусто — печально, но ожидаемо. И что будем делать? — правильно, думать.
Из рассказа юного айкидоки я знаю, что Айки это смесь двух Ки: Мидзукэ* и Сиокэ*. Другими словами, симбиоз энергии воды и энергии биоплазмы. От первой Ки Айки берет возможность передачи информации и внешний вид в форме волн, а от второй влияние на телесную структуру. Грубо говоря, адепт Айки записывает на свои волны сбитые настройки опорно-двигательного аппарата и внедряет их посредством этих самых волн в организм жертвы. Длится эффект недолго, поэтому волны должны окатывать цель периодически, обновляя вредоносную прошивку. Еще Айки можно концентрировать в ладонях, но это куда более опасная затея — единственная ошибка может обернуть опасную технику против собственного создателя. Айки — обоюдоострый меч и об этом не стоит забывать.
А еще позитивная Айки является единственной смесью Ки из общедоступных. Она не требует от пользователя наличия чакра-аномалий или десятилетий упорного труда. Ее секрет прост — две Ки в ее составе исходят из одной и той же чакры. Сиокэ и Мидзукэ обе являются плодом второй чакры, а значит для их смешения не требуется сверх усилий, времени или врожденного таланта — нужен лишь отточенный навык. Центр танден — это и есть вторая чакра, которая делится со всеми желающими Айки, нужно лишь знать как правильно ее зачерпнуть из этого щедрого колодца. И теперь, благодаря кохаю, я это знаю, остается только отыскать путь.
Если на привычном месте второй чакры нет, значит она сместилась. По логике предыдущих моих аномалий, сдвинулась она либо вверх, либо вниз. Все, что мне остается это запастить терпением и искать. Для начала, решаю разведать территорию ниже пояса.
Смежив веки, вновь погружаюсь в состояние одной мысли. Замираю, чтобы не выпасть из потока. После чего медленно опускаюсь вниз от предполагаемого центра тандена, обследуя каждый миллиметр тела. Мысленному взору требуется достаточно много времени для того, чтобы тщательно прочесать всю территорию вплоть до гениталий. И лишь там я натыкаюсь на чакру. Радость от увиденного мгновенно выбивает меня из сатори. Открываю глаза, перед мысленным взором до сих пор маячит первая чакра и она, мать ее, не задвоена! Ками, как же я рад, что чакра, находящаяся в опасной близости от моих гениталий вполне обычного вида. Прям гора с плеч. Я ведь до сих пор не знаю, как влияют чакра-аномалии на физическое тело, поэтому нахождение одной такой по соседству с мужским достоинством меня бы сильно нервировало.
Снова закрываю глаза и с легким сердцем продолжаю поиски. На этот раз мой путь лежит вверх от точки тандена. Впрочем, путь оказывается весьма коротким. Немного выше пупка я обнаруживаю ее — сдвоенную чакру. Вторая и третья чакра слились воедино — ожидаемо, так как других вариантов не оставалось. Первая — не подвержена изменениям. Четвертая и пятая слились в районе третьей пары ребер. А шестая и седьмая наградили меня третьим глазом. Человеческое тело в своем первозданном виде обладает семью чакрами и восемью первичными видами Ки, поэтому дальнейшие поиски не имеют особого смысла. Я обнаружил все, что мог.