Александр Гранд – ПОКА (страница 3)
— Я не про тебя. Им зачем?
Макс убрал письмо.
— Ты всё сводишь к цинизму.
— Нет. К процедуре.
— Разница?
— Огромная. Циник тебя отвергает. Процедура может принять полностью.
Журналист постучал по папке.
— Представь: ты чиновник. К тебе приходит человек с проектом переустройства мира.
— Я не предлагаю переустроить мир.
— Уже пять страниц?
Макс усмехнулся. За следующий год он ещё несколько раз попадал на личные приёмы. Однажды женщина напротив действительно прочитала текст. Делала пометки. Задавала вопросы.
— Вот это интересно.
Макс подался вперёд.
— Что именно?
— Профилактика радикализации до перехода человека к насилию.
— Что можно сделать дальше?
Она закрыла папку.
— Направим в профильное подразделение.
По дороге домой Макс впервые рассмеялся. Не выгоняли. Иногда читали. Приём не обязательно означает вход. Через несколько дней Макс выходил из очередного здания. За одной дверью была приёмная граждан. Дома он записал: «Приём не обязательно означает вход».
Не зачеркнул. В 2014 году быстрее событий менялись слова. На одном сайте происходила революция. На другом — переворот. Одни и те же люди назывались гражданским обществом и радикалами. Потом появились Рым и Онбасс. Язык стал жёстче.
В такси водитель сказал:
— Там фашисты.
— Все?
— А какая разница?
Через два дня знакомый из Краины сказал по телефону:
— Там террористы.
— Все?
— А какая разница?
Макс запомнил совпадение. Слово иногда заканчивало разговор раньше фактов. Весной он снова оказался в здании СБ. В коридоре встретил знакомого сотрудника.
— Всё пишете?
— Пишу.
— Теперь про Краину?
— В том числе.
Макс помолчал.
— Это уже война?
Мужчина посмотрел на закрытую дверь кабинета.
— А вы как думаете?
— Я спрашиваю вас.
Несколько секунд никто не говорил.
— Война уже началась.
Без пафоса. Почти устало. Макс много месяцев хотел убедиться, что опасность наверху видят. Теперь убедился. И не успокоился.
— Тогда почему ничего не меняется?
— Меняется.
— Почему именно так?
Открылась дверь. Макс задержался у двери. Теперь вопрос был не в том, видят ли наверху опасность. Вопрос был в том, почему, видя её, продолжают идти тем же курсом. Вечером Макс нашёл в старой папке: «Необходимо довести до сведения высшего руководства». Зачеркнул. Возможно, наверху знали гораздо больше, чем он представлял. Если проблема известна, а движение продолжается, нужно искать не только недостаток знания.
После строки осталось пустое место. Слова для него пока не было.
Глава 3. ЧТО БУДЕТ УТРОМ?
С Емцовым Макс встретился в 2015 году. Комната была слишком маленькой для человека, которого привыкли видеть на митингах. Емцов говорил быстро. О коррупции. Выборах. Войне. Макс несколько раз пытался вставить вопрос. Наконец перебил:
— Допустим, вечером вы победили.
Емцов усмехнулся.
— Хорошее начало.
— Что обычный человек получит утром?
— В каком смысле?
— Власть сменилась. Что изменилось?
— Возможность эту власть выбирать.
— Важно. Что ещё?
— Независимый суд.
— Утром?
Емцов перестал улыбаться.
— Вы хотите расписание реформ?
— Я хочу понять результат. Если одну группу сменит другая, а стимулы внутри системы останутся прежними, почему новая группа должна вести себя иначе?
— Потому что её можно будет сменить.
Макс кивнул.
— Вот это ответ.
Емцов посмотрел внимательнее.