Александр Граков – Дикие гуси (страница 35)

— Ты что делаешь? — ужаснулась Сонька, — Зачем он нам нужен?

— Мало ли!.. — туманно объяснил Айс, выбрасывая из коляски сиденье. — А вдруг пригодится!

— Да, что и говорить! — съязвила она. — Покойник — вещь просто необходимая в дороге!

Однако, что удивительно, тем и ограничилась…

Через час с небольшим они снова мчались по дороге на Тюмри. Уже на подъезде к городу навстречу им на огромной скорости пронеслась легковушка, сверкающая разноцветными мигалками, словно новогодняя елка. Включенная сирена на ней не умолкала ни на секунду.

— Господи, пронеси нечистую силу!

Если бы не были заняты руки, слабо верящий в бога Айс перекрестился бы. Он надеялся, что на такой скорости, да еще в темноте, сидящие в машине вряд ли обратят внимание на одинокий мотоцикл. Зря надеялся — в ней находился майор Казарян собственной персоной, который возвращался с раздолбона, устроенного ему вышестоящим начальством за провал операции по выяснению факта пропажи долларов из армейского сейфа. Но Казарян, занятый мрачными переживаниями, несомненно пропустил бы эту парочку на мотоцикле, если бы не его прыщавый Эдик, который в данное время находился за рулем их оперативно-домашней машины.

— Пап! — заорал он, внезапно увидев мелькнувший в свете фар такой знакомый ненавистный профиль и до пола вдавливая педаль тормоза. — Это же шлюха Сонька с хахалем пометелили! Ну, которых мы ищем и которым я, по твоему заданию, письмо с требованием выкупа подсунул!

Майор отклеил разбитый нос от лобового стекла.

— И когда ты, гондон штопаный, отучишься лихачить? — в выражениях с сыном он уже давно не церемонился, — А ну, разворачивайся и вылазь из-за руля — сейчас я им устрою счастливую жизнь!

— А может, я? — нерешительно попытался проявить самостоятельность отпрыск.

— Цыц! — прикрикнул на него папаша. — Сейчас не до амбиций! И, кроме того, я не желаю по твоей милости катапультироваться с какого-нибудь обрыва!..

Айс услышал визг тормозов и поддал газу на всю катушку. Не пронесло все же! И от оперативной машины их «Уралу» никогда не уйти!

— Соня! — закричал он через плечо, — Доставай мешок с оружием из коляски!

Деньги у него были прибинтованы на груди в полиэтиленовом пакете.

— Как только я тормозну, прыгай и беги в лес, а затем иди вдоль дороги к городу, я тебя встречу километра через три! Давай!

Он резко тормознул, и Сонька, подхватив мешок, рванула к черной полосе леса на обочине. А мотоцикл тут же сорвался с места и на бешеной скорости унесся в ночь. Айс не хотел ввязываться в ночную драку и в очередной раз подставлять девушку: доверие — ее и Камо — нужно было оправдывать. Поэтому в схватке с врагом решил применить другой прием — исчезнуть, притвориться мертвым, как какой-нибудь жук-скарабей. Это не было слабостью с его стороны — это была военная хитрость. И план этот подспудно начал зреть в его мгновенно принимающей решения голове еще там, на лужайке…

Выскочив на очередной подъем, он увидел внизу огни города. Пора! Айс остановился на обочине, отвязал с пояса кольцо пластиката и, установив дистанционный взрыватель, сунул взрывчатку в коляску мотоцикла. Затем вытащил из кармана моток изоленты и, выкрутив до отказа рукоятку газа, несколькими липкими витками прихватил ее в этом положении. Двигатель мотоцикла взвыл на полных оборотах, грозя разорвать поршнями тонкую оболочку цилиндров, но это уже мало волновало Айса: работяга был предназначен в жертву. Направив его руль на хлипкое заграждение из железобетонных столбиков, он привязал к заднему амортизатору металлический прут, валявшийся неподалеку и, ударив по рычагу скорости, отскочил в сторону. Словно взбесившийся конь, «Урал» по диагонали рванулся на преграду, отделяющую полотно дороги от пропасти. Из заднего колеса посыпались искры и спицы, прут скрежетнул по асфальту, оставляя на нем глубокую белесую борозду, и мотоцикл канул в пропасть, сшибая по пути столбики ограждения. Но до дна ее он так и не долетел: Айс надавил кнопку дистанционного подрыва. Из-за откоса глухо ухнуло, затем оттуда поднялся столб копоти, но он этого уже не видел. Бросив посреди дороги несколько больших камней, поспешил скрыться в лесу…

Если бы не диспут между Казарянами, кому сбросить в пропасть ненавистных мотоциклистов, он, может быть, не успел бы. Но уж такова наша грешная жизнь — вся состоит из этих «если». К тому же, ни интуиция, ни тонкий расчет пока не подводили Айса…

Выскочив на последний перед городом подъем, майор Казарян охватил профессиональным взглядом сразу все: булыжники посреди дороги, снесенные столбики ограждения, отблески пламени догоравшего внизу железа и, все поняв, резко тормознул. Эдик приложился физиономией к лобовому стеклу так же, как недавно до этого его отец, но реакция была совсем иная — он промолчал. Зато майор в эйфорическом состоянии выскочил из машины и, подбежав к пролому в ограждении, долго вглядывался в пустоту, подсвеченную снизу. По губам его змеилась торжествующая ухмылка.

— Ты хоть понял, сынок, что здесь произошло?

— А чего тут непонятного! — скривился Эдик. — Не справился с управлением и загудел вниз. А знаешь, пап, мне все-таки жаль, что Сонька так и померла неиспользованной!

— Что значит неиспользованной? Не ты ли ее шлюхой называл?

— Называть — одно, а вот сделать — совсем другое!..

— А мне жаль этого дуролома Грунского. Работал бы у меня в контрразведке и горя бы не знал. А ведь врал, гаденыш, что в детдоме воспитывался: в Ростове-городе у него и папа есть, и мама имеется. Сообщить им, что ли? Все-таки не дурак был! Эх, с его бы талантами… Ладно, объяви там по рации отбой всем постам перекрытия, ребята вторые сутки на ногах. Расследование проведем с утречка. А сейчас, сынуля, кати нас к девочкам: помянуть же нужно упокоившихся — или как?

Таким образом, и Сонька, и Айс были в его устах реабилитированы. Посмертно, конечно…

Глава 14

Барби — убийца

Айс нашел Соньку в кустах у обочины недалеко от того места, где оставил, зареванную донельзя и все еще всхлипывающую. Он бесшумно подошел почти вплотную.

— Ты чего ревешь?

Сонька от неожиданности заорала таким дурным голосом, что он испугался за ее голосовые связки, а затем бросилась ему на шею и принялась целовать куда попало.

— Айсик, миленький, ты живой?

— Идиотский вопрос. Покойники по ночам шастают лишь в фильмах ужасов! А что, я здорово смахиваю на привидение?

— Ты смахиваешь на идиота, который бросил девушку одну среди гор, а затем еще напугал до полусмерти дурацкими взрывами! — убедившись, что он цел и невредим, Сонька заметно осмелела и вновь принялась язвить, — Так что еще неизвестно, кто из нас Иван Сусанин!

— Ты когда родилась? — неожиданно спросил ее Айс.

— В середине июня, а что? — ошарашенно ответила Сонька и тут же, опомнившись, выпятила вперед нижнюю губку, — Кстати, у меня неделю назад был день рождения! Тебе это о чем-нибудь говорит?

— Еще как! Ты — Близнец, а родившиеся под этим знаком — самые ветреные и непосредственные люди на Земле…

— Сам дурак! — отпарировала сразу Сонька.

— Постой, ты же не дала мне договорить — …и самые умные, быстро анализирующие ситуацию. Среди них — наибольшее количество журналистов, литераторов и поэтов. Кстати, под этим знаком родились Мария Стюарт, Гораций, Шуман…

— Ни одного из них в глаза не видела! — чистосердечно созналась она.

— … а также Уолт Дисней! — закончил краткую лекцию Айс.

— Люблю мультики «Том и Джерри»! — такого Сонька признала.

— Ну что, успокоилась? Теперь бери ноги в руки и пошли на ближайшую железнодорожную станцию: наше средство передвижения безвозвратно кануло в никуда! — он кратко обрисовал ей ситуацию на этот час.

До железнодорожного вокзала Тюмри они добрались уже без всяких приключений. А оттуда в купейном вагоне — до Гукасяна.

— Сонь, что у нас сегодня за день?

Айс, отлично выспавшийся, встретил ее в фойе гостиницы, куда они устроились ранним утром — в два одноместных «люкса». Сонька как должное восприняла предоставленную ей роскошь, но знай она, сколько «деревянных» отвалил Айс за каждый номер… Впрочем, в горах деньги — понятие относительное. И все же…

— Понедельник сегодня! — вспомнила она, — День тяжелый.

— Ну, для кого, может, и тяжелый, а для тебя — самый приятный!

— Это почему еще? — Сонька подозрительно уставилась на Айса.

— А женщине всегда приятно тратить деньги! — объяснил он ей. — Сегодня пойдем отмечать твой день рождения. Заслужили мы это или нет?

— Еще как заслужили! — захлопала она в ладоши, — Особенно я!

— Почему это вдруг?

— День рождения — твой или мой, в конце концов? А… какие это деньги ты так шикарно транжиришь? — с подозрением уставилась Сонька на Айса. — Учти, мне подачек не надо, чтоб потом за них расплачиваться!

— Да твои деньги, твои, — успокоил ее Айс, — но на некоторую их часть я тоже имею право, — и он рассказал ей о письме с требованием выкупа и о тех, кто его подбросил.

— Что же ты сразу не рассказал мне? — горько упрекнула его Сонька. — Ведь они оба, считай, были в моих руках — и папашка, и сынок Казаряны! А теперь где я их еще встречу?

— Не волнуйся! — обнадежил ее Айс. — Такое дерьмо обычно само под ноги попадается, а жизнь твоя — вся впереди, так что еще успеешь вступить!

— Огромное «мерси» за многообещающее предсказание! — церемонно поклонилась ему Сонька. И они вышли в предвечерний город.