Александр Горохов – Стольный град Ряжск (страница 40)

Мы, конечно, дело так не оставили. Электропроводку пока в «Старый город» тянуть не стали, хоть мощности «паровой динамо-машины» и на это хватит, а обеспечили каждый домишко древней керосиновой лампой со стеклом. Просто из соображений противопожарной безопасности: у неё хоть огонёк стеклянным колпаком прикрыт. А упавшие на что-нибудь горючее угольки от лучины регулярно становятся причиной пожаров. И керосин очень недорого людям продаём. Вот пройдут они «образовательную программу» по безопасному обращению с электричеством, и им провода протянем. Поскольку нужно, нужно народ подтягивать к нашему уровню в культурно-бытовом плане.

Вот из-за этой самой разницы в культурно-бытовых вопросах у меня крыша и ехала всю зиму.

В последние годы в российской литературе стали очень популярны книги о том, как наши современники попадают, кто «целиком», а кто только разумом, в прошлое. И так ли всё у них чистенько, гладенько получается вписаться в те самые реалии. Включая средневековые. Всё у них в этих книжках так благопристойненько и культурненько: симпатичные пейзанки в нарядных одеждах томными взглядами налево и направо разбрасываются, благородные рыцари и прочие сэры с пэрами перед ледями и лЯдями красуются. Почитывал, знаю.

Хренушки всем вам! Средневековье — это грязь, вонь, гнилые зубы, изуродованные шрамами, коростами и увечьями лица и руки. Это грязно-серые или, в лучшем случае, бурые рваные одежды, больше напоминающие лохмотья, растрёпанные волосы у мужиков и что-то непонятное на головах женщин, прикрытое такой же рваниной непонятного цвета. Нам на Руси ещё повезло с обычаем еженедельно мыться в бане. Причём, что особенно порадовало многих моих бойцов, нет в бане разделения на мужское и женское помывочное отделение.

Может, из-за этого, а может, из-за того, насколько они «богато» одеваются, но ни один из них уже к началу зимы не остался без пары. Вот только привыкание их вдов-избранниц, большинство из которых имеет детишек (ну, а кто ж станет при живом-то муже «переключаться» на другого мужика? Здесь с семейными нравами довольно строго), происходило очень тяжко. Пусть психологи и утверждают, что в плане приспособляемости женская психи куда более «эластична», чем мужская.

Разные мы с местным населением, тоже считающимся русским. Очень разные! По уровню знаний, по жизненному опыту, по обычаям, по культуре, наконец. Просто малюсенький штришок: вы когда-нибудь видели, чтобы в жилом доме, помимо людей, зимой обитали животные? Всякие там телята, ягнята, куры, утки, гуси, свиньи? А здесь это норма. Туалетная бумага? Да не смешите меня! Летом хоть лопухи есть, чтобы подтереться, а зимой — только подол собственной рубахи. Отсюда и, мягко говоря, запашок соответствующий. От любого и каждого. А сколько трудов стоило приучить этих «пейзанок с томными взглядами» и их «прицепы» регулярно мыть руки и посуду?

Развлечения в тоскливые зимние вечера? Вот чем хороши местные, так это тем, что постоянно что-то делают по хозяйству, и у них просто не возникает такой проблемы, как борьба со скукой. Даже пресловутое выражение «бить баклуши» означает «заниматься лёгким, необременительным трудом». Все чем-то занимаются, «подтягивают хвосты» незаконченных за лето дел, готовятся к следующему «трудовому сезону», который приходится на тёплые времена года. Включая «погранцов», бОльшая часть которых вернулась на зиму в городок, поскольку степняки откочевали далеко на юг.

Нет, дозоры Ефрем за реку Воронеж отправляет регулярно. Но в значительно меньшем количестве. И не на конях, которых у нас после разгрома половцев теперь в избытке, а… на лыжах.

Последнее для меня было совершенно неожиданно, но лыжи в это время не просто известны, а очень широко используются. И пограничниками, и охотниками, и лесорубами, которые добираются на них по сугробам к выбранным для порубки деревьям: это наши люди, которым требовалось как можно скорее срубить новые стены, валили всё подряд, а у местных для каждой потребности своя порода деревьев используется. Для дров, для постройки стен избы, стропил, перегородок, различных деталей саней и телег, рукояток сельхозинструментов. Да тех же самых лыж и палок к ним.

Но вернёмся к зимним развлечениям. Для мужской части жителей городка такими, пожалуй, можно назвать занятия военной направленности. Как я уже упоминал, крепости подобного рода являются неким прообразом казачьих станиц, где любой мужчина при опасности может стать защитником. Вот Ефрем и «натаскивает» их в умении колоть копьём, рубить боевым топором и стрелять из лука. Нечасто, но регулярно проводит соответствующие занятия.

Мы же попытались приобщить население к «важнейшему из всех искусств». Благо, начальство расщедрилось на пару телевизоров и видеопроигрывателей, чтобы мы совсем не рехнулись без развлечений. Вот только, помимо шока от возможности смотреть «движущиеся картинки», возникли и другие трудности. Во-первых, язык, очень сильно отличающийся от древнерусского. А во-вторых, сюжет, совершенно непонятный и даже чуждый зрителям, первыми среди которых стали избранницы моих бойцов. С пятого на десятое, чуть-чуть освоив нашу речь, они ещё восприняли киносказки. Ну, и старые мультики про животных. А вот всё остальное просто недоступно их пониманию, о чём вообще идёт речь.

Немного позволяет избежать стены отчуждённости между нами и местным населением лишь то, что мы относимся к нему по-человечески, не корчим из себя хозяев-завоевателей, не грабим людей, отнимая последнее, а наоборот — даём заработать и кое-в-чём помогаем. Но всё равно сидение за одним забором, именуемым крепостной стеной, напрягает и их, и нас. И как здорово, что зима наконец-то закончилось, что можно будет почаще выбираться за пределы не только своего дома, но и крепости.

44

Фёдорович

Среди тех «диковин», которыми мы удивили визитёров из Владимира и Мурома, были наши кони породы «Першерон». Потомки средневековых рыцарских коней-дестриэ.

Честно говоря, в отличие от першеронов, о дестриэ я услышал только здесь, когда прибывшие с первым небольшим табуном коневоды поведали историю появления породы. И в этом слове мне сразу послышалось что-то знакомое. Не с английским ли «дестроер», что значит «разрушитель», оно связано? Оказалось, что связано: эта порода коней, способных нести на себе не только закованного в латы рыцаря, но и броню, защищающую саму лошадь, со временем в английском языке трансформировалась в грозный термин. Может быть, ещё и потому, что могучий конь при таране вражеского построения был способен повалить сразу добрый десяток воинов-пехотинцев.

Со временем именно из рыцарских коней вывели несколько пород, предназначенных для тяжёлого труда, объединяя их общим определением «тяжеловозы». Но из всех этих пород для стоящих перед нами задач лучше всего подходят именно першероны, способные и тяжёлый плуг тащить, и телегу с таким грузом, что пара обычных лошадок не справится, и под седлом ходить. Не секрет ведь, что со временем наша техника, перегнанная сквозь «дыру», понемногу выйдет из строя, технологии могут прийти в упадок, а производственные мощности перестанут справляться с растущими потребностями. Вот и придётся что-то из четырёхколесных средств передвижения заменять четырёхкопытными.

Местные лошадки? Мелковаты, слабоваты. Даже отличные степные скакуны с трудом выдерживают наших рослых ребят, решивших связать себя со службой в коннице. А что будет, когда эти казаки нацепят на себя защитное снаряжение? Менять коня каждые полчаса? Вот и пришлось озаботиться более выносливыми скакунами для них. Вызвавшими неподдельный восторг гостивших у нас «дипломатов». Вплоть за предложения купить их за огромные по местным меркам деньги.

Пришлось отказать. По-честному объяснив причину отказа: слишком мало у нас таких лошадей, чтобы ещё уменьшать стадо и рисковать вырождением породы из-за близкородственного скрещивания. Годиков через пять приезжайте, когда лошадки расплодятся. Если живы будете из-за этих, блин, чёртовых монголов.

Ну, да. В этом году они примут решение о походе на Запад и начнут стягивать силы со всех покорённых территорий в заволжских степях, чтобы на следующий год разгромить Волжскую Булгарию. А ещё через год и время их похода на Русь придёт. То есть, как раз те жеребята, что родились прошлой весной, повзрослеют и примут участие в сражениях.

Мы вообще достаточно много внимания уделяем тому, чтобы и сельскохозяйственные культуры у нас и наших «подданных» были наиболее урожайными (вплоть до замены здешних семян на наши ещё и с «приплатой»), и породы домашнего скота и домашней птицы лучшими. Чтобы давали больше мяса, шерсти и, если речь о коровах, молока. Речь даже не о том, чтоб «понравиться» местному населению, а о нашей собственной продовольственной безопасности. Потому и затеяли организовать километрах в пяти юго-западнее «дыры», на «полуострове», образуемом Вёрдой, Рановой и речкой Мошки, этаких «животноводческий совхоз», использую для выпаса скота заливные луга и пойму Вёрды. С хорошей охраной, разумеется. Причём, не только от двуногих хищников, но и от четвероногих, поскольку волков в это время — видимо-невидимо. Зимой даже пришлось стимулировать местных охотников выплатой целого серебряного рубля за сдачу каждой волчьей головы.