Александр Горохов – Стольный град Ряжск (страница 23)

На удивление, ни единого возражения со стороны «русских» не последовало. Я, Нарчат и сопровождавший женщин старый соратник отца Сыресь обговорили с ними, что именно каназор хочет видеть в ряде. Поспорили немного, но больших разногласий между нами не было. Сговорились на том, что мокша не нападают на владения Великого Князя Русского Алексея Васильевича или его наследников, которого я никогда в глаза не видел. Ни по своей воле не нападают, ни в союзе с другими. Как и его люди не нападают на подданных каназора Пуреша или его наследников.

Залогом этого становится моя сестра Нарчат, которая будет жить в стольном городе Ряжске четыре года, после чего сама выберет, оставаться ли ей там ещё или вернуться к отцу. Вернуться она может раньше, если отец и я умрём или погибнем, и ей нужно будет возглавить народ мокша. Пока она живёт в Ряжске, русские будут относиться к ней со всем почтением, достойным дочери каназора и его наследницы, будто она является дочерью их Великого Князя. Обучат её грамоте и наукам (русскую грамоту она уже немного знает), языкам, воинским премудростям, умению править (а вот это стало для меня откровением: никогда не думал, что такому умению можно обучаться).

Потребовали «русские» и того, чтобы в ряде было упомянуто о том, что они не приемлют рабства, и каждый раб, ступивший на их земли, становится свободным. Долго спорили об этом, но они были непреклонны, и нам пришлось согласиться. Значит, мы больше не сможем продавать пленников купцам из Сурожа, добирающимися к нам по Дону и Воронежу. Но никто не мешает нам торговать ими с другими купцами, приходящими по Итилю. Не выдают эти странные люди и тех, кто бежал от гнева каназора, если это не общие враги «русских» и мокша или не тати. А вот мы должны выдавать им тех, кто бежал от них. Но мы проиграли битву, они сильнее нас, а потому вправе такое требовать.

Каназор может попросить у Великого Князя Алексея Васильевича, а Великий Князь у каназора помощь военной силой, если на владения кого-нибудь из них нападут чужаки. И такую помощь надо дать, если тот или другой не состоит в союзе с этими чужаками. Но никакой помощи не будет, если Великий Князь или каназор сами решат напасть на кого-либо. Помощи не будет и союзникам, если те позарятся на земли мокши или Великого Княжества. И в ссоры между мокша и эрзя они не вмешиваются.

— Вы — народы-братья, а в ссору в чужой семье лучше не влезать, — объявил воевода Спиридон Иванович, который вместе с наместником Дмитрием Вадимовичем в Ряжске всеми делами занимается.

Торговать купцам обеих сторон на землях друг друга дозволяется свободно, оплатив лишь одинаковый для всех базарный сбор. А чтобы купцам удобнее было ездить друг к другу, «русские» в следующем году проложат прямую дорогу до города Мохша, в котором сидит мой отец. Если знать, что сюда, в Ряжск, уже рязанские «гости» собираются, то очень хорошо будет: и ряжские, и рязанские товары в одном месте найти легко. Вызывает сомнение только срок постройки дороги.

— На вас — строительство мостов, — объявил Дмитрий Вадимович. — Мы показываем и рассказываем, как строить, где строить, а ваши люди делают так, как мы указали.

Для чего чужакам эта дорога, выдал воевода:

— Ежели мы берёмся помогать вам биться с врагами, то нам и воинов своих нужно будет к вам быстро доставить, чтобы супостаты не успели бед натворить.

Это так. Вот только и если мокша начнёт бузить против «русских», то они быстро тех воев к нам отправят. Палка тут о двух концах. Вон, булгары жалуются, что из Дикого Поля, с земель башкортских, приходят к ним некие мунгалы, с башкортами уже который год бьющиеся. Всё больше и больше приходит. Может, рубежи булгарские проверяют на прочность, а может, просто блуждают, не зная, где чьи земли.

Ряд от народа мокша подписали мы втроём: я, моя сестра Нарчат и Сарысь. От «русских» — воевода, наместник Дмитрий Вадимович и ещё один наместник, Максим Андреевич. Дмитрий Вадимович, оказывается, их Великим Князем поставлен править только городом, то Максим Андреевич, имеющий иноземный титул «граф», всеми землями, подчинёнными Великому Князю. На то время, пока тот сам не явится из заморских краёв править ими.

Строгий человек, этот Максим Андреевич. Я не говорю про его одежды, по которым сразу видно, что он очень знатного рода, а даже взгляда этого крепкого человека, в отличие от воеводы и второго наместника, бреющего бороду и усы, достаточно, чтобы мороз по коже пошёл. Вон, воевода перед ним как тянется, а Дмитрий Вадимович робеет. Приехал он только для того, чтобы подпись поставить под уже готовым рядом, написанным на невероятно белой бумаге (ох, и хороши у русских писцы! Буковку от такой же буковки отличить невозможно, строчки ряда так ровненько написаны, словно их по струнке тянули). Подпись поставить да печатку червлёную со словами «Великий Князь Русский Алексей Васильевич» и орлом о двух головах, смотрящих на разные стороны, приложил.

Такие же орлы, как сказал, граф, будут на монетах, которые станут чеканить здесь, в Ряжске. Медных, из похожего на золото сплава и серебряных. Серебряные — равные по стоимости ногате, одной двадцатой доле гривны. Только зваться они будут иначе — рубль, рубленная, мол, на доли гривна. Те, что на золото походят (но не золотые, как «граф» сразу известил, чтобы мы знали) и медные, будут иметь на обороте не орла, а воина с копьём, поражающего змея. Потому и зваться будут «копейки»: одна, две и пять — медные, десять, двадцать и пятьдесят — как бы золотые. А в одном рубле — сто копеек.

Показал он те монеты. Не скажи он сразу, что это не золото, я бы не поверил. Золото, конечно, много тяжелей, чем металл, в этих монетах, да ведь разве много людей в руках золото держали? Это на обороте орлы и воины с копьём, а ещё буквы по кругу: «Великое Княжество Русское». А на лицевой стороне — знаки особые, означающие число. Написанные и так, как эти чужаки числа обозначают, и как «настоящие» русские их пишут. И надписи «копеек». Дивной работы монеты, формы правильной, без изъянов и сами, и все надписи, и рисунки, а по ребру у тех монет рубчики накатаны, чтобы сразу видно стало, ежели кто решил край отрезать. Такие и князю или каназору не стыдно в ларец с богатствами положить, а богатой невесте на мониста пустить. Особенно те, что на золото похожи.

Серебро сейчас — очень большая редкость. Только, как мне кажется, ряжцам не грозит то, что их серебряные монеты пропадут. Часть своих товаров, как они говорят, они собираются продавать только за серебро. И товары те настолько хороши, что их будут за серебро покупать, и возвращая им их монету, и их других земель привозя. Одни вина заморские, из винной ягоды, растущей в тёплых полуденных краях, сброженные, чего стоят. Или ткани нарядные, цветами разрисованные или просто в яркие цвета окрашенные, чего стоят. А ножи, как они говорят, не ржавеющие никогда? Я такой специально окропил кровью подстреленного зайца, чтобы это проверить: от крови несмытой железо быстро ржаветь начинает. А эти ножи не хотят!

Да, после заключения ряда послали они подарки моему отцу, каназору Пурешу, в знак дружбы. И мы, мокшанские воины, как бывшие в плену у «русских», так и сопровождавшие сюда, в Ряжск, женщин, присланных, чтобы нас выкупить, повезём эти дары домой.

Мы повезём, а сестра моя ещё на целых четыре года тут останется…

Фрагмент 14

25

Деев

Железнодорожное движение от «дыры» к Ряжску открыли в середине июля, на два месяца раньше изначально намеченного срока. Главным камнем преткновения в запуске этой «магистрали» был мост через Ранову, очень непростой объект, поскольку должен совмещать в себе и железнодорожный переход через реку, и автомобильный. Благо, железнодорожная ветка у нас одноколейная: за три года эксплуатации очень активной эксплуатации, на которые мы рассчитываем, большей пропускной способности и не требуется, а потом интенсивность и вовсе резко снизится. Вон, к арсеналу в Шелемишевских хуторах от магистральных путей такая же подведена, и её хватает, чтобы и хранящиеся в нём боеприпасы вывозить, и все необходимые в Ряжске и для переоборудования хранилища материалы доставлять.

А вы думали, что с нас президент снял задачу, под «легендой» которой действует проект «Саженец»? Как бы не так! Грабить страну он не позволит, всё, что положено, изволь сделать. И по затраченным бюджетным средствам изволь отчитаться до копеечки.

На что мы тогда развернули такое масштабное строительство, требующее огромных вложений? Да на средства того самого фонда, о котором он говорил во время нашей встречи, с которой всё и началось. Как ему удалось, сконцентрировать в этом фонде сотни миллионов долларов «добровольных пожертвований» от самых богатых людей страны, это уже не моя забота. Я лично свою долю внёс без всякого принуждения. Просто посчитал, сколько мне и моей семье нужно на достойное существование в течение пары десятков лет, а остальное перечислил в этот фонд. Плюс кредитные средства, залогом которых стали акции и активы принадлежащих мне компаний. После моего «бесследного исчезновения» они просто поменяют хозяев, а кредиторы останутся, минимум, не в убытках.

Ну, да речь не об этом. И даже не о том, что после окончательного переселения в прошлое я стану самым крупным «акционером» этого проекта. Моя должность и сейчас уже называется «наместник», а после этого я стану совершенно реальным главой правительства самого промышленно развитого государства планеты. Речь о том, что всё пока идёт по плану или даже с опережением намеченных сроков.