Александр Горбунов – Лобановский (страница 122)
Лобановскому пеняли: разработанные им модели тренировочного процесса мешают развитию индивидуальных качеств, тормозят прогресс игрока, лишают футболиста возможности раскрыть свой талант в полной мере. «Нет, — твёрдо отвечал он. — Всё наоборот: модели, если им неукоснительно следовать, помогают, как ничто иное, развитию индивидуальных способностей каждого игрока. Но существуют принципы коллективного ведения футбольной игры. Их ни в коем случае нельзя игнорировать, потому что в таком случае и командные действия, и лучшие проявления индивидуальных способностей превратятся в бессмыслицу. Один из важнейших принципов: непрекращающаяся борьба на футбольном поле. Если надо бороться, то всем без исключения следует делать именно это — бороться. А если кто-то иначе мыслит и не будет бороться, то это означает одно: в коллективе разные представления о способах достижения цели.
Без понимания требований современного футбола сделать конкурентоспособную команду невозможно. Игроки должны понимать, воспринимать и делать даже больше того, что им предлагает тренер, дабы быстрее прогрессировать».
Когда Лобановский говорил об эволюции футбола, то подчёркивал: изменения происходят также в сознании болельщиков, журналистов, специалистов: «Если раньше главенствовал тезис: “Выиграла команда — выиграли игроки, проиграла команда — проиграл тренер”, то сейчас всё изменилось. Есть тактика и есть её реализация. Тактику реализовывают игроки». «Если бы до наступления эры тотального футбола, — рассуждал Лобановский, — кто-то сказал футболистам и тренерам, что грядёт эпоха именно такого футбола, никто бы не поверил “пророку”, не воспринял бы это всерьёз. Но в том-то и прелесть футбола, что он развивается независимо, например, от мнения Вальдано. Или от мнения Лобановского. Или — Бескова. Это — процесс. Процесс развития. И никто не может его остановить. И в сегодняшнем футболе совершенно иные, в сравнении с прежними, критерии оценок работы футбольных специалистов».
Рассуждая о системе современного футбола, Лобановский напоминал: история развития игры свидетельствует о том, что без Бориса Андреевича Аркадьева, без Виктора Александровича Маслова, которые подвергались жесточайшей критике, но делали своё дело, отечественный футбол не прогрессировал бы.
Английский журналист Джонатан Уилсон называет трёх выдающихся советских тренеров. Это, во-первых, Борис Аркадьев. Именно он первым в мире стал играть по схеме с четырьмя защитниками, прививал ЦДКА стиль быстрых коротких передач. Аркадьевские идеи оказали огромное влияние на развитие всего советского футбола.
Во-вторых, считает Уилсон, потрясающим тренером был Виктор Александрович Маслов. Схема 4—4—2 стала применяться Масловым и сэром Альфом Рамсеем в одно и то же время. По мнению Уилсона, прессинг в футболе изобрёл и первым стал применять Маслов в киевском «Динамо», и этот момент может считаться моментом рождения современного футбола со всеми вытекающими — из прессинга — последствиями.
«Команда великого русского тренера Виктора Маслова, — пишет Уилсон, — активно атаковала владеющего мячом соперника, и система была настолько хороша, что позволяла ликвидировать разрывы, которые в других обстоятельствах противник мог бы использовать. Этот метод получил дальнейшее распространение в киевском “Динамо” великого Валерия Лобановского и в “Аяксе” Ринуса Михелса. Стиль “Аякса” органично прививался футболистам, игравшим вместе с юных лет. Лобановский, первым начавший использовать в футболе компьютерные технологии, насаждал тем временем своё видение игры в “Динамо”. Этот стиль достиг апогея в “Милане” Арриго Сакки, выигравшем Кубок чемпионов в 1989 и 1990 годах, — клубе, завоевавшем главный европейский трофей два года подряд».
И, наконец, Лобановский, который вывел тот же прессинг на совершенно новый уровень, максимально используя в футболе достижения науки. Он создавал продуманные до мелочей тренировочные программы, тестировал игроков, анализировал игры — словом, делал всё то, что сейчас в футболе считается аксиомой. «Но Лобановский, — говорит Джонатан Уилсон, — опередил время».
Арриго Сакки в 1988 году был восхищен прессингом, продемонстрированным сборной СССР на чемпионате мира в ФРГ. Лобановский тогда, будучи убеждён, что уровень функциональной готовности всех игроков позволяет его команде активно прессинговать на протяжении почти всего матча, поразил футбольную Италию. Сакки, взявший для «Милана» на вооружение основные методы ведения коллективного отбора мяча, приёмы эти тренировавший и применявший их на практике, сравнивает прессинг той сборной Лобановского с прессингом «Барселоны» при Гвардиоле и находит схожесть между этими командами. «Мы в “Милане”, — говорит он, — также придавали большое значение прессингу. Начинали оказывать давление на соперника уже на его половине поля... Прессинг утомляет противника, выбивает его из колеи и заставляет делать то, к чему стремишься ты. И даже в том случае, когда мячом владеет соперник».
Фабио Капелло, выдающийся итальянский тренер, с улыбкой вспоминал, как в феврале 1988 года он, молодой тогда специалист, работавший с одним из молодёжных составов «Милана», занимал в Чокко место либо на возвышении, либо на крыше административного корпуса и с блокнотом в руках наблюдал за тренировками сборной СССР, которую к чемпионату Европы готовил Лобановский.
«Я не пропустил ни одного занятия советской команды, — говорит Капелло. — Да и не мог пропустить, потому что мне посчастливилось наблюдать за работой тренера, заставившего коллег иначе взглянуть на возможности командной игры. Лобановский расширил их. В часы тренировок советской сборной мне удавалось переносить с разрешения руководителей свои тренировки, и я нисколько об этом не жалел».
Неправда, однако, будто Капелло конспектировал лекции Лобановского на тренерских курсах в академии в Коверчано и учился по ним. Капелло не был ни на одной лекции, прочитанной Лобановским, и даже не был знаком с советским тренером. Иное дело, Капелло не раз и не два видел матчи команд Лобановского и тренировки киевского «Динамо» и сборной СССР и считает, что они были для него познавательными даже тогда, когда он сам уже работал тренером. А вот Ренцо Уливьери знал Лобановского и общался с ним, когда тренер читал лекции в Коверчано. «Но чувствовалось, — вспоминает Уливьери, — что Лобановский многого недоговаривал, не хотел до конца раскрывать свои секреты».
Кто-то выдумал, будто все итальянские тренеры, приступившие к практической работе во второй половине 70-х и в 80-е годы, являются учениками Лобановского. Миф, да и только! Речь должна вестись не об «учительстве» и «ученичестве», а о том лишь, что все действительно великие итальянские специалисты (Капелло, Марчелло Липпи, Арриго Сакки, Карло Анчелотти) спокойно, без боязни быть уличёнными в чём-то предосудительном, признавались, что всегда внимательно наблюдали за играми (а при случае и за тренировками) команд Лобановского и просмотр этих матчей и занятий заметно пополнял багаж их тренерских знаний.
Липпи, к слову, в отличие от Капелло, лекции Лобановского в академии Коверчано слушал. Когда Липпи привёз 12 ноября 2002 года «Ювентус» в Киев на матч Лиги чемпионов с «Динамо» — через полгода после кончины Лобановского, — на предматчевой пресс-конференции он сказал: «Прежде чем говорить о футболе, мне хотелось бы вспомнить о человеке, которого уже нет с нами, — это Валерий Лобановский. Когда я последний раз был в Киеве, “Динамо” тренировал ещё этот человек, и сегодня мне хотелось бы вспомнить о нём, вспомнить только добрым словом об этом великом человеке, об этой крупной фигуре в футболе. Он многому всех нас научил. Футбольный мир всегда будет помнить о нём. Хоть и с опозданием, но мне хотелось бы почтить его память».
Сакки с присущей ему дотошностью изучал методическую продукцию различных футбольных школ, в том числе предлагавшуюся киевским «Динамо». Сакки — один из тех выдающихся футбольных тренеров (Жозе Моуриньо в этом же ряду), кому так и не посчастливилось, несмотря на непередаваемую любовь к игре, стать профессиональным футболистом. Карьера игрока у него не задалась. Любовь же к футболу сохранилась: Сакки прекратил учёбу на бухгалтерских курсах, остался без диплома и целиком погрузился в изучение тренерского дела. К нему скептически относились сумевшие поиграть на высоком уровне коллеги. Сакки отвечал им фразой, приписываемой Лобановскому: «Для того чтобы стать большим тренером, нужно убить в себе игрока». (Сам Сакки убеждён, что в футболе «пришло время для тренеров, которые не достигали игроцких вершин»; «Не обязательно быть лошадью, — говорит он, — чтобы потом стать наездником».)
Блестящий журналист, лучший, наверное, в России знаток итальянского футбола Алексей Логинов считает, что очень чётко просматриваются идеи Лобановского в таких аспектах футбола Сакки, как «отношение к звёздам, стремление к универсализации, внимание к мелочам». Итальянский специалист, как и Лобановский, требовал (и не на словах, а в тренировочном процессе и в матчах), чтобы футболисты владели навыками игры на разных позициях. Сакки не воспринимал наличие в команде так называемых «плеймейкеров», как и Лобановский, не воспринимавший само понятие — «диспетчер». «Для современной команды, — говорил он (и не на стыке веков, а гораздо раньше — в середине 70-х годов), — весьма накладно держать на поле так называемого диспетчера». Бальзам на душу Лобановского — слова Сакки: «Диспетчер, на мой взгляд, это тот игрок, у которого в данный конкретный момент находится мяч».