Александр Горбунов – Лобановский (страница 107)
«Нельзя говорить, что наши соперники по группе находились не на том будто бы уровне, забывая о “Динамо”, — реагировал Лобановский. — Давно заметил, что каждое наше поражение смакуется в газетах так, словно люди, занимающиеся, по их мнению, футбольной критикой, получают от процесса невероятное удовлетворение. Наши же победы преподносят под соусом “такой уж слабый соперник попался”. Этим людям футбол и смотреть не обязательно. 4:0 над “Барселоной” не устроили “знатоков”. Они написали, что “стоит киевлянам столкнуться с командой, которая играет тактически, как они, но с более высоким уровнем исполнителей, и они будут иметь серьёзные проблемы”. А далее перечисляются травмированные и дисквалифицированные игроки команды-соперника. Как будто у нас таковых нет! Чего больше в таких суждениях — невежества или желания досадить — судить не берусь».
То, что киевское «Динамо» обыгрывало при Лобановском только «слабаков», — не новость. Он над попытками принизить успех его команды поначалу смеялся. Потом старался не обращать на них никакого внимания. В конце жизни они стали его заметно огорчать.
Повелось так с первых дней пребывания в киевском «Динамо». Обыграли в финале Кубка СССР «Зарю» в (974 году — повезло, потому что «Заря» могла забить гол в конце основного времени при счёте 0:0, но не забила, а в дополнительное время предстала предельно уставшей.
«Зенит» был обыгран в Киеве с крупным счётом при высококлассной игре — так это «Зенит» пешком проходил весь матч.
На высоком уровне провели встречу с «Араратом» — «Арарат» не в форме.
Стали чемпионами? А взгляните на турнирный расклад и поймёте, что соперники «Динамо», «перебив» друг друга, сыграли в его пользу.
ПСВ прошли в 1975-м в полуфинале Кубка кубков? Да если бы голландцы при счёте 0:3 в киевском матче забили хотя бы один гол в динамовские ворота, они бы не пустили киевлян в финал.
Как только не пытались унизить Лобановского, довести до уровня плинтуса его профессиональные наработки, приписывая ему то, что и близко в природе не существовало.
«Науки в его “спортивной кибернетике” не больше, чем в трудах Трофима Лысенко или психотерапии Анатолия Кашпировского, — писал, например, Юрий Борисёнок в московском политическом еженедельнике «Профиль». — ...Он программировал команду на победу, как заводят часы на полвосьмого... Как-то промолвил по поводу так называемых договорных матчей: “Покупать — покупал, продавать — никогда!”». Автор походя приписал Лобановскому фразу, авторство которой на самом деле принадлежит тренировавшему днепропетровский «Днепр» Геннадию Жиздику. И звучала она иначе: «Купить мы можем, продать — нет».
В то время, когда весь футбольный мир с исключительной тщательностью и вниманием к каждой детали подходил к изучению новых методов ведения тренировочного процесса в киевском «Динамо», дома утверждали: «Систему Лобановского 1973—1990 годов можно смело называть тоталитарным футболом: такие эксперименты можно было проводить только с советскими людьми при советской власти». Или: «Личность для Лобановского — мусор... Он категорически не воспринял индивидуализм».
Это Лобановский-то не воспринимал индивидуальные проявления игроков? Он, наоборот, поощрял эти проявления, шедшие на пользу коллективной игре, украшавшие её и помогавшие приносить результат. В его командах — не в чьих-либо других — воспитаны сразу три обладателя «Золотого мяча», три лучших футболиста Европы — Блохин, Беланов и Шевченко (пусть и получил Андрей «Мяч», уже играя в составе «Милана», но всё равно при этом воздавал должное Лобановскому и сразу же привёз приз к памятнику Учителю).
«Никакой он (Лобановский), конечно, не “тренер-титан” и не “тренер столетия”, а обычный специалист, можно сказать, средней руки, — гнул свою линию Аркадий Галинский. — Можно сказать, он был гораздо хуже находившихся под его эгидой футболистов. При том созвездии игроков, которыми он ежесезонно располагал, выигрыш восьми чемпионатов страны — это мизер... Всё, что делалось в киевском “Динамо” в области тренировки, понижало индивидуальное мастерство игроков».
Уже в мае 1997 года, через пять месяцев после начала работы Лобановского с «Динамо», его, словно по команде «фас!», стали в Киеве обвинять в неумении готовить команду к решающим матчам. «Неужели, — вопрошал спортивный обозреватель телеканала УТ-1 Сергей Клопов, — кроме киевских динамовцев, функциональная подготовка которых оставляет желать лучшего, у нас нет других игроков?..» «Динамо» на тот момент лидировало в чемпионате Украины, опережая «Шахтёр» на 12 очков.
«Шахтёр» 15 ноября 2000 года сыграл вничью в Симферополе с «Таврией». В киевских и донецких газетах — обычные заголовки, предпосланные отчётам о матче. Но стоило только потерять очки киевскому «Динамо», как тут же — «шапки», заголовки с фамилией: «Осечка Лобановского», «Лобановский теряет очки», «Провал команды Лобановского»...
Лобановский пытался убедить себя в том, что стрелы язвительные выпущены были в него давно, а в новый киевский период это не стрелы, а «маленькие укусы». «Вы знаете, — говорил он на своей последней большой пресс-конференции 14 марта 2002 года, за два месяца до смерти, — сколько было выпущено стрел в своё время... Столько, что больше просто уже невозможно выпустить. Поэтому я нормально отношусь к этим вещам. Главное, чтобы стрелы не были направлены на футбол, — вот это самое страшное. А то, что критикуют, — так это нормально, критика должна быть всегда. Неинтересно было бы жить на свете, если бы не критиковали. Будет даже неинтересно работать.
Разумно критиковать, конечно, нужно, а когда разумная критика превращается в дилетантское критиканство, то это, конечно, неприятно. А в общем и целом я к этому подготовлен давно. Я не “железный”, но умею пропустить это через себя». Если бы...
На публике Лобановский держался, как всегда. Выглядел уверенным, строгим, чётким в суждениях. Знал цену слова. Круг с двумя станциями — «восхваление до небес» и «втаптывание в грязь» — за десятилетия тренерской карьеры проходил не раз и давно перестал удивляться тому, что на станциях этих заправляли одни и те же люди. Но и опыт десятилетий не помогал, когда в наспех сварганенных текстах в газетах и воробьями выпущенных телекомментаторами словах обнаруживал не злобу или стремление уязвить, а махровый дилетантизм. Публичная глупость расстраивала Лобановского, приводила его в состояние растерянности. Массовая вопиющая некомпетентность прессы — из постоянно угнетавших Лобановского обстоятельств. Футбольная безграмотность, исключительная поверхностность восприятия происходившего на поле, апломб, усугубленный относительной известностью (мелькание на телеэкране, регулярное появление фамилии на страницах популярных изданий), — база для «серьёзных» выводов людей, поражавших Лобановского катастрофической неосведомлённостью.
Лобановский не сомневался: даже если бы он все тренировки делал открытыми для прессы, уровень её оставался бы прежним. Знать околофутбольную жизнь — по слухам, по догадкам, по обрывкам разговоров, по частичной информации, просочившейся из команды, — совсем не означает знать сам футбол. Это всё равно что повторять попугаем бесконечные актёрские байки, не видя спектаклей, не бывая на репетициях, не вникая в режиссёрский замысел, не читая, в конце концов, пьесы, и настаивать при этом на умении профессионально воспринимать театр и на праве публиковать не только рецензии, но и исследования о путях развития театра.
«Поразительно, на мой взгляд, — размышлял Лобановский, — следующее обстоятельство. Мы готовимся к матчу, входящему в сложную систему нашего пребывания в футболе. Тренируемся. Обсуждаем, как нам лучше построить игру в тактическом плане. При этом мы обладаем большим объёмом информации — по своим игрокам, по игрокам противостоящей нам команды, по массе других определяющих факторов. Проводим матч. Выигрываем его, играем вничью или проигрываем — не суть важно. Не в этом дело. И матч этот, навязывая своё мнение публике и специалистам, игру по каким-то причинам не видевшим, оценивают в массе своей дилетанты. Потрясающее несоответствие!
Они, не зная, как работала команда, чем вызваны те или иные перестановки, советуют производить замены на свой вкус, объясняют нам, как следует тренировать команду. Когда знакомлюсь с нелепыми и претенциозными рассуждениями так называемых футбольных журналистов, возникает желание дать один простой совет: возьмите команду, если вы всё так хорошо знаете, начните со второй лиги. И далее — вверх по ступенькам.
Говорят, что уровню развития футбола не соответствует судейство. Да, это так. Оно заметно отстаёт. Но ещё заметнее не соответствует и отстаёт, по-моему, пресса. Легче простого — сложить бессмысленный, если судить строго профессионально, текст на бумаге или наговорить его с экрана и ни за что при этом не отвечать. За слова свои, написанные или произнесённые, — не отвечать. Констатация результата, даже облачённая в красиво составленные предложения, убивающие пустотой, только констатацией и остаётся. Для этого достаточно двух строчек от информационных агентств».
Он не знал, что предпринять, сосредотачивался на прочитанном и услышанном, иногда зацикливался на этом, да так, что ни о чём ином в течение вечера говорить порой не мог. Отвечать или не отвечать? Нет, конечно, советовали друзья. Не обращай внимания, перестань читать газеты и отключай звук при телетрансляциях.