Александр Горбов – Дядя самых честных правил. Книга 5 (страница 6)
– Будем, Прохор, мастерить стальную руку.
– Хорошо-то как, – кузнец заулыбался, – люблю сложную работу. А то стройка уже в печёнках сидит. Сил моих больше нет с артельщиками ругаться.
– Плохо работают?
– Почему плохо? Толково работают. Токмо, ежели не ругаться на них, то уважать не будут. Цену в следующий раз заломят. Нет, Константин Платонович, совсем нельзя без матерного слова.
Мне оставалось только ухмыльнуться и махнуть рукой. Пусть ругается, если ему так хочется.
Изготовить стальные кости для механической руки нам удалось всего за три дня. Я не гнался за полным подобием настоящих костей. Упрощал форму, где только можно, сложные части заготовок изготавливал магией: струны раскалённого эфира отлично режут горячую сталь, а шарниры вытачиваются их вращением. Будущие «мускулы» Прохор вырезал из полосок стали и довёл напильником до нужных размеров. Осталось только собрать всё вместе и вдохнуть подобие жизни с помощью магии.
На четвёртый день, когда я начал «маркировать» детали Знаками, в мастерскую явился Киж. Долго наблюдал за моей работой, а потом полез с вопросами, страшно беспокоясь за судьбу будущей конечности.
– Константин Платонович, а здесь что будет? Это последние фаланги? Может быть, их сделать…
– Дмитрий Иванович, будь добр, замолчи, пожалуйста. И вообще, уйди отсюда. Я тебя позову, как будет готово.
Киж обиженно засопел, сжал губы, но даже и не подумал отойти. Надо отдать ему должное – всё оставшееся время он дисциплинированно молчал. Смотрел, хмурился, кусал губы, но ни разу не высказался.
Настройка «мышц», подгонка костей, сборка, встраивание двух «секретов», настройка «элемента питания» из связки трёх Печатей и тестовый прогон изделия. Разборка, точная подстройка, шлифовка, воронение с помощью магии и «едкой сажи». И наконец, финишная сборка. Рука из тёмного металла смотрелась одновременно жутко и футуристично.
– Уже можно?
Киж подался вперёд, расширенными глазами уставясь на изделие.
– Рано, Дмитрий Иванович, ещё рано.
Оставалось последнее магическое действие – протяжка эфирной «нервной системы». Пальцы не только должны сжиматься по команде, но и обеспечивать чувствительность. Чтобы Киж мог и ломать кирпичи железными пальцами, и схватить бабочку, не повредив нежные крылья.
Знаки, Знаки, Знаки. Большие, с помощью small wand'а, и множество крохотных needle wand'ом.
– Дмитрий Иванович, иди сюда. Закатай рукав и дай руку.
Мертвец сунул мне культю, замотанную платком. Я сдёрнул тряпку, протёр обрубок руки и начал наносить на него главную связку. Всё остальное, что было сделано до этого, не стоило и десятой доли трудов по сравнению с ней. Требовалось обеспечить крепление протеза без ремней, подцепиться к мёртвым нервам и настроить интерфейс вида «мёртвая плоть – магомеханика», проверить прохождение импульсов…
– А-а-а-ахахаха!
– Дмитрий Иванович, не дёргайся.
– Щекотно очень, – Киж утёр слёзы, – прям, сил нет.
– Терпи, сейчас другие рецепторы проверю.
Следующий час я тестировал жар, холод, боль и всё прочее. Под конец экзекуции Киж дёргал щекой и нервно косился на меня.
– Может, ну её? – мертвец глянул на протез, как на ядовитую змею. – Фехтовать я и левой могу выучиться.
– Столько сил потратили, и впустую? Нет уж, будь добр, примерь.
Механическая рука мгновенно прилипла к культе мертвеца, будто всегда росла оттуда.
– А как…
Стальные пальцы сжались. Раскрошив край верстака. Киж поднял новую руку перед собой и с благоговением посмотрел на неё. Пошевелил, скрутил фигу, показал неприличный жест и пробарабанил пальцами по бедному верстаку ритм походного марша.
– Константин Платонович! Вы… Вы! Вы кудесник! Я даже представить не мог… Чувствую! Будто настоящая рука. Даже как ветер дует.
– Не кудесник, – я усмехнулся, – а бакалавр деланной магии. Проверь «секреты».
Киж сжал пальцы в кулак и щёлкнул суставом большого пальца. Между костяшками указательного и среднего пальца выскочил короткий гранёный стилет.
– Чудно, чудно. Другой!
Мертвец спрятал жало, вытянул руку и согнул ладонь к земле. Запястье щёлкнуло, и из него выдвинулось короткое толстое дуло – модернизированный дуэльный «громобой». С пяти шагов такая игрушка может остановить некрупного медведя, карликового бегемота или упитанного опричника.
– Константин Платонович, вы…
– Оставь, Дмитрий Иванович. Лучше сходи на опушку и потренируйся попадать из него. Там перезарядка почти минута, учти.
Киж не заставил себя долго упрашивать и умчался бабахать. Прохор проводил его задумчивым взглядом и покачал головой.
– Ты ж смотри, а. Как настоящая прям. И не обожжёшься, и молотком по пальцам не больно. Константин Платонович, может, и мне такую пришить, а?
– Заказы на протезы больше не принимаются. Передохнём, и займёмся чем-нибудь покрупнее.
– Лошадьми?
– Лучше, Прохор, и больше. Гораздо больше.
Глава 5 – Деньги, деньги
– Большое… – Прохор почесал в затылке. – Для большого железа надо много, а у нас шаром покати. На одну лошадку хватит, а для второй только ноги получатся.
Видя, что я нахмурился, кузнец тут же поспешил меня успокоить:
– Ежели надо, так я весточку Ивану Щербатову пошлю, он мигом привезёт.
– Щербатов? Кто такой?
– Купец из Меленок.
– Это Ванька Щербатый, что ли?
– Он, Константин Платонович. Деньги, что вы ему заплатили, он в дело пустил, лавку открыл. Потом в Муроме расторговался. Лошадок, что барыни сделали, он помог продать. Хваткий, чертяка, подмётки на ходу рвёт. Уже во вторую гильдию вступать хочет. Только добро от вас помнит, всегда поклоны передаёт и железо привозит честь по чести.
Я покачал головой. Офеня не упустил своего шанса и стремительно делал бизнес. Надо будет мягко подтолкнуть его на мою орбиту. Что я, хуже Голицыных? Свои купцы, которым я обеспечиваю охрану и продвижение, всегда пригодятся.
– Хорошо. Срочно отправь ему послание – металл нужен быстро. И много, пусть везёт всё, что есть.
– Сделаю, барин. Только вы уж скажите Лаврентию Палычу, чтобы денег дал. А то на железо, говорит, указаний тратить не было. Мол, запас ржаветь будет. Словами ругался… Щас вспомню, погодьте. А вот – плохой, прости господи, пассив называл.
– Скажу, Прохор, обязательно скажу.
Из мастерских в усадьбу я возвращался со страстным желанием посетить одного фальшивого лепрекона и надрать ему длинные уши. Указаний, значит, не было? Сейчас я отдам ему «указания», так что сидеть потом не сможет. И про «кассовый разрыв» спрошу по всей строгости. Чувствую я, что кое-кто, не будем тыкать пальцем, накрутил с моими деньгами аферу и надо всыпать ему горяченьких.
Лаврентий Палыч совершенно не ожидал моего визита. Он сидел за столиком с пузатым самоваром с чашкой в одной руке и баранкой в другой.
– Константин Платонович?! Какая приятная неожиданность! Будете чай? Да, конечно, будете, чего я спрашиваю. Присаживайтесь, присаживайтесь, пожалуйста!
Он отставил чашку, вскочил и принялся суетиться вокруг меня, не выпуская надкусанную баранку.
– А я вот. Притомился за работой. Дай, думаю, самовар поставлю. Баранки, опять же, свежайшие, Настасья только утром принесла. Вы как раз вовремя подошли. Вам побольше? Да, естественно, чего я спрашиваю!
Передо мной появилась огромная «сиротская» чашка. Лаврентий Палыч налил её до краёв, пододвинул ко мне сахарницу, уселся напротив и забубнил:
– Я как раз хотел с вами поговорить, Константин Платонович. Ваш Дмитрий Иванович на днях принёс мне целую кипу векселей. Говорит, получил их вместе с вами и попросил реализовать. Я всё понимаю, по-разному бывает, но умоляю – не берите больше такие бумаги! Векселя, тем более именные, очень сложно превратить в деньги. Я же не специалист по выбиванию долгов. Приходится их отдавать тем, кто этим занимается. А там скидку надо давать в половину стоимости, представляете? Одно разорение с этими векселями. К тому же эти люди, что берут векселя, не самые благородные личности. Вы, наверное, знаете Гришку Хомутова из Мурома? Очень неприятный молодой человек, но по векселям надо к нему идти. Я бы век с ним не связывался, но другие варианты надо в Москве искать, а там у меня знакомств меньше. Я вас прошу – берите в следующий раз живыми деньгами, пусть и со скидкой.
– Лаврентий Палыч, за векселя благодарю, но я к вам не по этому вопросу.
– Да? А по какому? На стройку и ремонт я средства выделил, на школу в бюджет заложил, – наморщив лоб, «лепрекон» почесал подбородок. – Нужны деньги на мелкие траты?
– Начнём с простого. Лаврентий Палыч, почему не обеспечили закупку металла?
– Как не обеспечил? – Он аж подпрыгнул на своём месте. – Извольте, третьего месяца закуплен пуд, со скидкой. И до этого тоже было. Если подождёте пару минут, я найду записи.
– Почему так мало?
– Константин Платонович, дорогой мой, ну зачем брать лишнее? Железо лежит без дела, ржавеет. Вам Прохор пожаловался? Я ему сразу сказал – закупки проводить только под конкретные нужды. Нечего…