Александр Горбов – Человек государев 5 (страница 2)
— В той норе, во тьме печальной,
Гроб качается хрустальный
На цепях между столбов.
Не видать ничьих следов
Вкруг того пустого места,
В том гробу твоя невеста!
Я закашлялся.
— Это ты в каком смысле?
«Не читал, да? Отлично подходят к этому месту».
Ошарашенный таким зрелищем, я ходил между хрустальных «гробов», глядя на лежащих в них девушек. Их было много, несколько десятков. Все молодые, в самом расцвете красоты.
— Зачем он их здесь хранит? Да ещё в таком виде.
«Откуда я знаю? Коллекцию, может, собирает. Потом долгими зимними ночами ползает, любуется».
В одном из дальних хрустальных саркофагов я нашёл Елизавету. Лицо у девушки было спокойное-спокойное, будто никакой Полоз её не крал, и она просто прилегла отдохнуть после трудного дня.
— И как мне её вытаскивать?
«Я тебе стихи для чего читал? Эх ты, не знаешь классику. Поцеловать её надо!»
— Эээ…
«Соберись, Миша. Открывай хрустальный гроб и целуй. Никакого подтекста здесь нет — обычный ключ для прерывания магического стазиса. На тебя это не накладывает никаких обязательств, да и она не будет помнить, как её будили».
— Да я не об этом! Как оно открывается?
«Вон там сбоку возьмись и сдвигай. Ага, вот так! Молодец, возьми с полки пирожок».
Хрустальная крышка беззвучно съехала в сторону и спряталась в нижней части саркофага. Я осторожно коснулся руки Елизаветы. Тёплая!
«А ты чего ожидал? Я же сказал — обычный стазис. Целуй давай!»
Я наклонился и осторожно коснулся губ девушки. В тот же момент она вздрогнула и сделала вдох.
«Отлично! Теперь надо чуть-чуть подождать, пока она очнётся».
Захребетник осмотрел зал моими глазами и мысленно поморщился.
«Нехорошо остальных здесь оставлять».
— И что прикажешь? Мне их всех целовать, что ли?
«Вы посмотрите на него, какая цаца! Девушек ему целовать не нравится. Сам всё сделаю!»
Он отобрал у меня управление, буркнул, чтобы я не подглядывал, и «закрыл рукой» мне глаза.
— Чтобы не смущался, — усмехнулся он, — когда я их целовать буду.
На моё возмущение он лишь отмахнулся и попросил не мешать. Мне осталось только «сидеть взаперти» и слушать, как он открывает крышки хрустальных саркофагов.
— Вроде всё. — Голос у Захребетника был страшно довольный. — Теперь можно эвакуировать похищенных на поверхность.
«Слушай, а не боишься, что Полоз сейчас сюда заявится?»
— Придёт — разберёмся. Но вряд ли он появится, если до сих пор ничего не почуял. Это же самое сердце его владений, он даже представить себе не может, что кто-то сюда явился без приглашения. Всё, пора тебе работать: бери девиц и выводи их к людям.
Он резко вернул мне зрение и управление. Все хрустальные саркофаги стояли открытыми, девицы в них ещё не успели проснуться, но некоторые из них громко сопели, а парочка даже слегка похрапывала.
Я вернулся к саркофагу с Елизаветой. Княжна уже начала шевелиться и даже сделала попытку сесть. Пришлось мне немного помочь ей, чтобы ускорить процесс.
— Елизавета Фёдоровна, как вы себя чувствуете?
Девушка меня будто не услышала. Сидела на месте и смотрела перед собой отсутствующим взглядом.
«Нормально с ней всё, не переживай. Нужно время, чтобы она пришла в себя».
— Вставайте, Елизавета Фёдоровна.
Взяв её за руку, я помог княжне вылезти из хрустального саркофага. Она медленно выполняла мои команды, словно продолжая спать на ходу.
«Так даже лучше. Проще будет этих девиц вывести на поверхность. Давай, поторапливайся, а то и правда Полоз явится».
Заторможенных девиц я по очереди вытаскивал из саркофагов и собирал в одну кучу. Одни были одеты в нарядные сарафаны, другие в крестьянские платья, третьи — как богатые горожанки, только наряженные по давно ушедшей моде. Попалась даже одна красавица с набеленным лицом в парике и одежде времён государя Петра Алексеевича.
«Хе-хе, — Захребетник рассмеялся. — Это Полоз у кого такую мадам украл? У заезжего из Петербурга чиновника?»
— Что с ними делать теперь? У них, наверное, и родных уже не осталось.
«Пусть с этим Горное ведомство разбирается, а мы свою работу должны выполнить. Поторопись, надо их выводить побыстрее».
Честно говоря, задача показалась мне нереализуемой. Как вести через подземелье кучу девиц, находящихся в сумеречном состоянии сознания? А у меня даже верёвки нет, чтобы они все за неё взялись. Пришлось выстроить их цепочкой и заставить взяться за руки. На всякий случай, чтобы никто не потерялся, я срезал у одной девицы ленты с головного убора и перевязал им запястья.
Первой в этом импровизированном «поезде» я поставил Елизавету. Взял её ладонь, оглянулся, что все на своих местах, и, как паровоз, потянул состав вперёд.
«Прямо двигай, — подсказал Захребетник. — Я скажу, когда поворот будет».
— Там дыра уже закрылась, наверное.
«Ничего, я другим путём вас выведу, ещё лучше будет. Вперёд!»
Глава 2
Гости в ночи
Минут через десять, как мы ушли из золотой пещеры, где-то вдалеке послышался низкий рокот, и камень под ногами чувствительно вздрогнул.
«О! Полоз домой идёт, — Захребетник рассмеялся. — Сейчас будет ему сюрприз».
— И чему ты радуешься? Он же за нами погонится!
«Спокойствие, Миша, только спокойствие. Твои следы он не почует, я уже позаботился. Кстати, сейчас направо».
Захребетник вёл нас какими-то странными туннелями и коридорами. Мне даже казалось, что он сам их прокладывает через толщу земли. Уж больно они ровные были и непохожие на природные пещеры. А может, их Полоз наделал устроив рядом со своим обиталищем запутанный лабиринт.
— Далеко ещё?
«Без понятия, — Захребетник мысленно пожал плечами. — Подземелья — не мой профиль».
— Может, ещё скажешь, что заблудился?
«Вот ещё! Нормально всё будет. Обещал, значит, выведу. Ты лучше за девицами следи, чтобы по пути не разбежались. А то отстанет одна — и бегай, ищи её».
Вот уж действительно головная боль — следить за почти тремя десятками девиц в сумеречном состоянии разума. Периодически мне приходилось останавливать наш «караван», возвращаться к его концу и проверять, что в хвосте никто не расцепился и все на месте. А попытки были! Дважды парочка бывших пленниц расцепляла руки и едва не рвала ленточки, которыми я их связал. В общем, приходилось быть вроде няньки, вышедшей на прогулку с толпой детей.
«Направо, — в очередной раз скомандовал Захребетник. — И осторожнее, там потолок низкий».
Кусок коридора, где мне пришлось пригнуться чуть ли не пополам, был всего шагов двадцать в длину. Но проходили мы его едва ли не полчаса. Вот уж я намучался, пока пропихнул всю толпу! После таких «развлечений» мелькала мысль, что можно было и не забирать у Полоза все его игрушки. Одной Елизаветы мне вполне было бы достаточно.
«Экий ты нервный, — посмеивался Захребетник. — Получил столько красавиц, а ещё и недовольный».
— Вот сейчас как отдам тебе управление, и сам с ними мучайся.