Александр Горбачев – Не надо стесняться. История постсоветской поп-музыки в 169 песнях. 1991–2021 (страница 87)
Весной 2003 года Валерия вернулась на сцену после болезненного развода с мужем-продюсером Александром Шульгиным: их брак разрушился после многих лет домашнего насилия, их контракт был расторгнут по суду. И тогда, и сейчас это была вполне уникальная для российской эстрады история – в том числе и по своим последствиям: мужчина проиграл и через некоторое время сошел со сцены, а Валерия осталась. Ее новым продюсером, а потом и мужем стал Иосиф Пригожин – ученик Юрия Айзеншписа, который действовал схожими с наставником методами: не писал песен сам, но успешно находил их для своих артистов. Важной инновацией Пригожина стало то, что он сделал поп-звезду еще и из самого себя – через постоянное присутствие в СМИ, через нарочито провокационные комментарии и обмен любезностями с коллегами, а также через политические заявления и инициативы: в феврале 2020 года продюсер даже обещал создать партию «Сильные женщины» – во главе, разумеется, с Валерией.
Что до творчества, то во второй части карьеры певицы было многое – вплоть до попытки прорыва на западный рынок в середине 2000-х, но пожалуй, именно написанные Виктором Дробышем «Часики» максимально емко характеризуют ее творчество после перезапуска карьеры. Валерия нового века уже не занимается просвещением и не задает планку – теперь она скорее образцовая артистка «Песни года»; воплощение поп-формата как формы понятной, эффектной и хорошо продаваемой.
Алла Перфилова (Валерия)
певица
«Часики» начались с того, что Виктор Дробыш наиграл мне по телефону мелодию припева. Он тогда часто ездил из Москвы в Финляндию и обратно – и вот уже в следующий визит у него появился припев, а поэтесса Лена Стюф написала потрясающие стихи истосковавшейся от одиночества женщины. Они облечены в легковесную форму – но на самом деле это очень серьезная песня, из нее совершенно спокойно мог получиться серьезный романс или баллада. И это можно сказать про все ее тексты для альбома «Страна любви» – они пронизаны смыслом и чувствами. Наверное, поэтому альбом и получился таким сильным. Вообще, во время работы над этой пластинкой мы были как одержимые. Все горели идеями, была атмосфера творческой влюбленности друг в друга. Это не только про наши отношения с Иосифом – потому что в тот момент их, можно сказать, еще и не было. Это было общее состояние какого-то кайфа. Молния попала в нас всех и зарядила сумасшедшей энергией.
Песни альбома «Страна любви» всецело отражали мое состояние на тот момент времени. Они были по большей части позитивны – даже в лирических моментах с грустинкой все равно это были очень светлые песни. Я думаю, что «Часики», да и другие хиты с этой пластинки, по-прежнему популярны и актуальны не только из-за прекрасных мелодий и крутых аранжировок, но и потому что они были спеты мною в определенный момент времени. Мою историю – все, что со мной происходило в тот период, – знала вся страна, эти песни совпали со мной. Все-таки очень важно, чтобы совпадал и музыкальный материал, и текст, и личная история. И мы совпали с «Часиками», совпали с песней «Была любовь» – текст для нее написал Анатолий Лопатин, который меня спросил: «Вот расскажи, о чем ты хочешь, чтобы был текст?» В демо она существовала на английском. Когда я ее услышала, то так взбудоражилась, это было что-то невозможное… Я очень хотела эту песню. Ну и говорю: «Ну как о чем: была любовь, прошла». Они с Виктором [Дробышем] берут и практически эти самые слова кладут в размер песни – а на следующий день Анатолий приносит текст в идеально подходящей форме. И с этой песней мое возвращение и состоялось – на Премии «Муз-ТВ» вместе со мной ее пел весь Олимпийский, и это, конечно, было круто. И «Часики» следом сделали свое дело.
Что касается британской истории – это, конечно, был совсем другой опыт, чем с «The Taiga Symphony»: все происходило на качественно новом уровне. Альбом создавался большой командой, базировавшейся в Лондоне; она занималась всем промо для продвижения пластинки. Было множество интервью и фотосессий – это была масштабная рекламная кампания. Когда я приезжала в Лондон, моей целью было в самые короткие сроки реализовать все поставленные задачи, чтобы скорее вернуться в Москву – потому что дома меня ждали дети. Я не могла возить их с собой, потому что они ходили в школу; у них была своя жизнь, я не могла ее ломать.
Но это было безумно интересно, потому что я встретила огромное количество замечательных людей, познакомилась с местной тусовкой, появлялась с Робином Гиббом на его мероприятиях. Это тоже был важный момент – мы записали кавер-версию песни Bee Gees «Stayin’ Alive», передали Робину через его менеджера, он послушал и говорит: «Классная версия, мне очень нравится! Если хотите – выпускайте, я могу добавить буквально несколько бэков. Но вообще, не хочу мешать, потому что там уже всего хватает». Кроме того мы ездили в тур по Великобритании с группой Simply Red, отыграли с ними 13 концертов. Я будто бы снова стала новичком, как в первый раз выходила на сцену. Мне приходилось доказывать с нуля, что я что-то могу. Это тоже очень бодрило.
Я не разделяю мнение, что в 1990-е моя музыка была эстетской: просто в тот момент не получались хиты, поэтому моя музыка охватывала ограниченную аудиторию. Но желание записать что-то такое, что пела бы вся страна, конечно же, было. За четыре альбома у меня было всего несколько более-менее хитовых песен; соответственно, я мало ездила на гастроли. Возможно, из-за этого у многих отпечаталось в сознании, что я была такой якобы «элитарной» певицей. Но вот все песни из альбома «Глаза цвета неба» – это популярная, добротная музыка, элитного там вообще ничего не было. Знаете, люди восприимчивы к клише: с чем человек появляется в поле зрения, тем и запоминается. У меня и позже выходили классные неформатные песни, они просто совсем не замечены. Например, «Меняемся игрушками» авторства Любаши – мы сделали мегааранжировку! До сих пор мои дети говорят: «Это наша любимая песня». Послушайте.
На самом деле если я что-то пою, то делаю это абсолютно искренне. Всегда. Я была абсолютно искренняя в «Часиках». Сегодня я искренняя в исполнении песни «Самолет», хотя с ней не сразу все срослось. В моем репертуаре песни самые разные – и по сложности, и по жанрам, по восприятию слушателей, – но это все равно я, это продолжение внутреннего поиска. Я совершенно не хочу ностальгировать по прошлому, говорить: «Вот было в наше время…» Вообще нет! Сегодня есть интересная музыка и очень талантливые люди – другое дело, что на слушателей выплескивается огромное количество музыкального мусора. Производство музыки стало гораздо дешевле: если раньше была пара профессиональных студий на всю Москву и попасть туда было дорого и практически невозможно, то сегодня кто угодно на коленках может сделать удобоваримый материал; ну и мусора, естественно, стало больше. В своеобразное время живем – но тоже интересное, мне нравится в нем существовать. Понимаю, что у каждого времени есть свои герои – но пока есть востребованность, пока я буду нужна, я буду выходить на сцену.
Иосиф Пригожин
продюсер
На YouTube можно найти видео, как вы в 1991 году в телепередаче «Марафон-15» исполняете свою песню «Время любви». Когда вы поняли, что ваша судьба – заниматься продюсированием, а не петь?
В силу определенных обстоятельств я начал работать с 12 лет. Я мечтал быть артистом, но не было возможности должным образом получить знания. Помните «Иронию судьбы»: «Я не люблю самодеятельность»? Вот я ненавижу самодеятельность. Я люблю профессионалов в области музыки, искусства и кино. Я обнаружил людей гораздо талантливее себя в творческом плане. Давайте называть вещи своими именами: понял, что ощутимо не дотягиваю до уровня Николая Носкова или Валерии. Они обладают фантастическими музыкальными способностями, теоретическими и практическими знаниями. Они рождены быть артистами. Я с детства был организатором – и у меня намного лучше получалось заботиться о ком-то, для кого-то просить. А прийти и попросить для себя я почему-то не могу. Поэтому я понял, что лучше буду служить творческим людям.
При этом вы очень публичный человек – продюсеры, которые служат творческим людям, не всегда так себя ведут.
Ну, знаете, не у всех жена – певица Валерия. Нагиев однажды пошутил, что артистка Валерия раскрутила продюсера Иосифа Пригожина. Кто бы ни был мужем артистки такого калибра, он стал бы известным – даже если бы не был продюсером. Не хочу себя обесценивать, говорить, что я недостоин, – нет, я достоин и известности, и похвалы. Я не отказывался от того, чтобы быть известным.
Почему? Объясню. Куда артистов ни целуй – везде задница. Когда артист становится знаменитым и богатым, с ним приходится знакомиться заново; многие менеджеры после этого остаются за бортом. Поэтому я решил быть капитаном команды тех исполнителей, с которыми работаю. Чтобы люди знали, кто является гарантом качества; у кого спички, которые зажигают эту свечу популярности. Из продюсеров первой звездой, по сути, стал Юрий Айзеншпис. Он вышел из тени – и стал примером для подражания. Я благодарен ему – он навсегда останется в моей памяти как мой учитель и отец в области шоу-бизнеса.