Александр Головко – На Кавказе меня встречал Лермонтов (страница 2)
Нас пытаются ограбить, унизить, уничтожить физически, а теперь еще и взломать изнутри, переформатировать наш генетический код, отлучить от предков, от их вековой мудрости, которые завещали нам жить по совести и согласно заповедям божиим.
Теперь Запад, учтя то, что не удалось осуществить свои замыслы на полях битв, действует куда тоньше: с помощью it-технологий, беззастенчиво внедряя свои «ценности». Слава богу, они трудно приживаются в нашем обществе, особенно в глубинке.
В этой новой парадигме старшее поколение порой бывает в растерянности, не всегда понимает «птичьего» языка «партнёров» в разных сферах современной жизни.
Ладно бы это оставалось в технологиях, но оно проникает в спорт и в искусство, в промышленность и сельское хозяйство.
Всюду звучат эти новомодные иностранные словечки, лезут изо всех щелей, появляются даже в сферах, где совсем вроде не обязательны и подаются, как высший шик.
Внедряемые термины зачастую не оправданы, ведь в русском языке есть достаточно слов и понятий, способных легко заменить многие иностранные, как в быту, так и в спорте, политике и многих других сферах. Однако заменяют с усердием как раз своё, национальное, колоритное на безликое иностранное.
За примерами далеко ходить не надо: всюду вывески, названия, так называемые баннеры, как правило, на английском языке.
Ныне существует повальная мода на англоязычные песни. Есть опасение, что среди нынешнего поколения вообще исчезнет потребность в наших мелодичных, душевных русских и советских песнях. Проснёмся однажды и не поймём – в какой стране мы живём…
Даже в детских передачах, что ни номер – то английское название. Танцы со скакалкой – скиппинг, уличный танец – поппинг и т. д.
Многое хлынуло к нам оттуда, после того, как рухнул занавес запрета. И теперь мы все чаще слышим сожаление по тем девственным временам, когда говорили, писали, пели на своем родном, а иностранное тоже принимали, но не таким валом, скорее, как экзотику. Настоящее искусство не знает границ. С каким удовольствием мы слушали, пели французские, итальянские, да и английские песни, но все это было высшего качества и не в таком количестве.
Возможно, многие англоязычные термины кажутся удобными – коротко, звучно, на что русские люди падки, словно папуасы на яркие фантики. Но для массового зрителя, пожилого поколения, заслуженно выступающего как патриоты своего, исконного, часто это звучит непонятно, порой раздражающе и комично.
И пусть молодым наше ворчание кажется «ретроградством», занудным ворчанием, но мы в итоге переживаем (и, как правило, не напрасно) за молодое поколение, чтобы оно не теряло своё лицо, национальную идентичность и самосознание.
Ещё недавно не только для старшего поколения было, как насмешка, звучание словечек «гаджет», «шопинг», «вау» и им подобных в массовом обиходе, теперь для многих это стало нормой, привычным явлением в нашей жизни.
Да, всё идёт с Запада, но никто нам не мешает перевести иные термины на свой язык, особенно когда звучат они так нелепо и двусмысленно.
Не пора ли начать регулировать эти процессы на государственном уровне, с привлечением специалистов языка – лингвистов, филологов.
Для населения можно вспомнить очень действенный опыт и практику наших недавних предшественников времён первых лет советской власти, когда проводили для взрослого населения нечто вроде ликбезов, и почти поголовно домохозяйки, крестьяне садились за парты.
Теперь это сделать гораздо проще, достаточно, организовать такие передачи на телевидении, радио.
На телевидении «кормят» примитивными шоу, пытаясь «образовывать» с помощью никчёмных игр типа «Сто к одному», «Пятеро на одного»…
А чему учат скандальные разборки «звёзд», делящих наследство, выясняющих родственные связи, хвалящиеся своими богатствами. Скандалы, драки, слабо запикиваемый мат.
И все это в лучшее время – вечером на миллионные аудитории…
С нами делятся чужим, сомнительным опытом, как объегорить ближнего, совершенно не сопоставляя возможности простых людей и «небожителей» с их миллиардами. Это ничему не учит, а только создаёт нездоровый интерес у многих, кто с таким вожделением смотрит эти шоу.
А что творится на уровне многочисленных современных «толстых, «чеховых», «пушкиных», «лермонтовых», возникших, благодаря непомерно выросшей доступности этих жанров, для всех желающих самовыразиться, на мой взгляд, неплохо бы снова ввести практику, как это было во времена СССР – выполнение редакторских и корректорских функций в издательствах, чтобы хоть как-то отсекался многомиллионный словесный мусор.
Существует мнение, что язык – живой организм и сам себя очищает, адаптирует, «русифицирует» иностранные слова.
Не спорю, где-то он и обогащает наш словарь, словно одомашнивая вновь забредших «диких животных».
Но течёт и течёт этот поток, последнее время, заполняя всё пространство, наши мозги. И мы теряем язык предков, становимся Иванами, не помнящими родства…
К позитивным моментам сегодня следует отнести то, что в регионах все же проводится спонтанная и зачастую невидимая работа энтузиастов. В какой-то мере там повышается образовательный уровень хотя бы тех, кто почувствовал в себе призвание писать. И тех, кто не перестал читать, и прививает это своим детям.
Энтузиасты – руководители литературных объединений, как правило, педагоги, люди с творческой жилкой. Те, кто не мог по разным причинам в своё время реализоваться в дремавшей в них творческой способности. Выйдя на пенсию, эта потребность вдруг стала заявлять о себе с неумолимой силой.
Наверняка для этих людей уже многое упущено… Но бывает, открывается талант, что «не задушишь, не убьёшь».
В этом ничего плохого нет, время само расставляет все точки над i. Кто-то из них оставит яркий след, а кто-то уйдет тихо в Лету.
Но всё равно, если такое случается, человек в возрасте, словно ребёнок, вновь пытается найти себя, набивает шишки, стараясь высказать наболевшее. Ведь у каждого жизнь неповторима, уникальна, что плохого в том, что это пополнит человеческую копилку знаний и опыта.
Ему бы помочь, может, что и получится… А нет, тоже неплохо, гораздо лучше, чем сидеть на лавочке и перемывать косточки соседям.
Некоторые идут дальше, осознав ответственность рождаемого слова, обращаются в частном порядке к лингвистам, филологам, пытаясь повысить уровень познаний в этой области, догнать уходящий поезд…
В любом случае делается полезная работа, как для самого новоиспечённого автора, так и для окружающих.
По своему опыту знаю, что члены литобъединений не просто делятся своими виршами, но и изучают методику стихосложения, обращаются к классикам отечественной словесности.
Поднаторев, выступают с авторскими произведениями среди коллег, несут своё слово в массы через газеты, журналы, российские и международные альманахи.
И пусть не всё у них гениально, но находятся и свои почитатели, поклонники.
Я за то, чтобы всего было больше, ведь вкусы у людей разные.
Сколько талантливых людей, молодёжи в разных регионах теперь вовлекаются в эту среду. Многие повысят тем самым свой культурный уровень, грамотность и это тоже неплохо. Среди них появляются все больше ценителей Слова, как и людей, знающих и ценящих богатство других языков нашей многонациональной страны.
С отменой тотальной цензуры у талантливых и самобытных авторов теперь появилась возможность участвовать в различных мероприятиях, фестивалях российского, регионального, краевого уровней.
Посмотрите, сколько на просторах интернета литературных сайтов! Для бесчисленных издательств это – хлеб насущный. Вот тут бы и заняться повышением уровня Слова, обучать или отсекать не совсем достойное.
Для тех, кто помнит «застойные» времена, порой возникает вопрос: куда делась «руководящая и направляющая сила» некогда мощного, всеохватывающего Союза писателей?
Союз измельчал, фактически самоустранился, снисходительно посматривая на всё со стороны, порой брезгливо дистанцируясь от непонятного стремления пенсионеров к приобщению к Слову, и дистанцируют себя, как господин от парии.
Члены Союза писателей России, называя себя профессионалами, в просветительской и общественной деятельности теперь почти не заметны.
Пространство наводнили любители, многочисленные авторы, которые «варятся» в собственном соку, а коммерческая составляющая решает всё или почти всё, не гнушаясь выпуском на-гора слабого контента в виде книг, альманахов, песен, картин. Лишь бы платили и чем больше, тем лучше, неважно, что выйдет такая книжица, увидят ее немногие. Авторы полюбуются на свое печатное слово, покажут сборник родным, знакомым, а потом положат его на полку и вся недолга.
Во времена СССР литературными организациями руководили опытные мастера сл
Не всё было тогда идеально, я далёк от призыва слепо копировать прошлый опыт, но многое полезное из тех времён не вредно бы взять на вооружение сегодня.
Те, кто в теме, тот поймёт, о чём я говорю. Это не только гарантированные льготы писателям того времени: квартиры, ежемесячные зарплаты, поездки в командировки, возможность в пять лет издания авторской книги… Прежде всего, это высочайшая планка продукции, если так можно выразиться, отбор, редактура писательского материала, отчего и уровень русского, советского Слова был признан во всём мире.