Александр Голодный – Подрывник будущего. «Русские бессмертны!» (страница 46)
– Страп, все! Я перехватила управление. Страп, не спеши!
Осознавая, замедляю бег. Власта стоит на капоте машины и машет рукой. Меня качает все больше и больше, наконец не выдерживаю и приседаю на минутку. Только перевести дыхание…
– Животное, очнись! Страппи, дурак чертов, приди в себя! Я приказываю: встать!
Я бы лежал и дальше, но полный жестокой властности голос долбит в мозг, неотвратимо выдергивая из блаженного забытья.
Забытья?.. Кажется, я вырубился. Нет, не кажется. Пошатываясь, встаю на карачки.
– Да-а!!
Кажется, голос в наушнике получил эхо…
– Страп, иди ко мне. Ты меня видишь? Иди ко мне, мальчик.
Такое от нее я услышал в первый раз.
– Шагай, шагай, вот так… Ты меня видишь?
Вспомнив, дую в микрофон.
«Да».
– Молодец, иди, иди.
Сознание понемногу светлеет, слабость отступает. Но как хочется пить!
– Парни, он не мог травануться?
– Нет, мэм, сомневаюсь. Больше похоже на тепловой удар. Чертова жара, а парень два часа в этой резине…
– Мать!.. Надо же было так увлечься!
Я уже почти дошел, осталось десять шагов.
– Стой! Подожди немного, сейчас Ромеро обработает тебя.
Солдат в прорезиненном плаще, перчатках и противогазе разматывает шланг. Летящая из раструба пена щедро залепляет стекло маски, прохладная струя ощутимо бьет по костюму.
– Сними рюкзак и ружье, положи на землю. Повернись. Вытяни в стороны руки, растопырь пальцы. Теперь подними левую ногу. Так. Опусти. Теперь правую. Стоять! Потерпи еще минутку, парень.
Стекло светлеет, кажется, что стало легче, и резина заметно похолодела.
– Мэм, как поступить с добычей?
– Позже, пусть он немного отдохнет и придет в себя. Ты внимательно осмотрел костюм?
– Да, мэм. Все в порядке, я уверен. Он дельный парень.
– Страппи, сними обруч с камерой, положи на землю. Теперь аккуратно стяни капюшон назад. Так. Наклонись, возьми маску за щеки и сними.
Выполняю. Ворвавшийся в легкие свежий воздух показался холодным, ровно дующий ветерок немедленно освежает пылающее лицо. По ходу, меня опять шатнуло. Теперь голос Власты слышен не только в наушнике:
– Держись! Потерпи еще чуть-чуть. Видишь слева мокрое пятно у открытого ящика?
«Да».
– Иди туда и садись прямо на него, в сырость. Противогаз брось в ящик.
Блин, какое это удовольствие – сидеть в тенечке и сосать из трубочки воду! Прикончил уже вторую флягу, а жажда ослабела не намного. В штанинах и рукавах ощутимо хлюпает. Вот это пропотел! Засунувший мне в рот трубку капрал терпеливо ждет, держа сосуд в руке. Мне касаться фляжки запретили.
– Мэм, может, ему витаминизированного соку?..
– Конечно, капрал, давайте.
О-о, это вообще блаженство!
– Страп, тупой урод, почему ты не дал мне знать?!
Пытаюсь встать, тут же останавливаемый хлестким:
– Сидеть!
– Мэм, позволю себе заметить…
Вильямс с досадой перебивает подчиненного:
– Да я все понимаю, капрал!..
Посидев полчаса и выжрав верных пару литров воды, чувствую: полегчало. Встаю, киваю два раза.
– Отлично! Ты себя нормально чувствуешь?
«Да».
Ловлю новую маску в упаковке:
– Надевай.
Сложив добычу в заполненный до середины пенящейся жидкостью бочонок, отправляюсь во второй мародерский поход. Человек действительно животное и быстро привыкает ко всему, даже грабить ставшие могилами квартиры. В этот раз улов гораздо меньше, но вернулся к машине не с пустыми руками. Джип стоит, укрытый маскировочной сетью. Меня, дистанционно перезапустив контрольный планшет, Власта отправляет в ближайший подъезд – пролет спутника. Пройдя вглубь, замечаю открытую дверь подвала. Интересно. Осторожно спускаюсь по выщербленным ступеням, с каждым шагом становится все темнее.
– Страп, куда тебя тащит?
Дую в микрофон. Она понимает:
– Решил исследовать?
«Да».
– Сильно не увлекайся. Камера не рассчитана на плохое освещение, я уже ничего не вижу.
«Да».
Рассказ о подземной базе партизан соответствует истине. Вот их высохшие мумии на полу, рядом очень неплохо, на первый взгляд, сохранившееся оружие. Глаза быстро привыкли к сумраку, поэтому я замечаю кое-что еще. Пол покрыт странной белесой пылью, и каждый шаг поднимает полупрозрачные растекающиеся облака, почти доходящие до колен. Отрава! Та самая боевая химия. Желание слазить в кобуру погибшего бойца пропадает мгновенно. Осторожно, стараясь не поднимать волну, выбираюсь наверх.
– Есть что нормальное?
«Нет».
– Тогда постой там еще десять минут.
Несколько раз задавался вопросом – кто поведет машину назад, если я там загнусь? Ответ получен: Власта.
Капитан уверенно рулит, поглядывая на меня, обессиленно развалившегося на соседнем сиденье.
Джип заезжает прямо в жилой городок, капрал с рядовым шустро утягивают бочонок и обработанное, замотанное в полиэтилен ружье в дом Вильямс. Машина ставится на отдельную огороженную площадку в парке.
– Все, парни, на сегодня свободны.
– Да, мэм. Хорошего вечера.
– И вам, бойцы. Страп, ты идешь со мной.
Неужели она сегодня еще хочет?..
Нет, все оказалось не так. Мы просто вместе плотно поужинали, вымылись по очереди в душе и завалились спать, закинув в стиралку пропитанную потом и пылью форму. Я – отдельно, на диванчике. Еще прибежавший по вызову Чиф принес мои бритву и зубную щетку.
Мародерка продолжалась еще два дня. Больше таких богатых, как первая, квартир не попадалось, но и с пустыми руками я не возвращался ни разу. Самую большую и страшную добычу принес подвал похожего на Дом культуры здания. Здесь находилось бомбоубежище. Полное скелетов женщин и детей убежище. Не знаю, как я выдержал. Ужас когда-то творившегося там кошмара подействовал и на наемников – радостных воплей при очередной находке уже не раздавалось. Содержимое сумочек, колечки и сережки погибших женщин, золотые коронки на зубах… этот небольшой груз свинцовой плитой давил душу, заставляя сполна испытать муки совести. Какая все-таки я мразь!