Александр Голодный – Без права на жизнь (страница 73)

— Но если ты хоть одному человеку проболтаешься…

— Нет, Маргарет, никогда!

— Я лично отрежу тебе язык.

Очень внушительное окончание фразы. Почему-то я верю, как, впрочем, и Елена.

— Серж, ты поедешь со мной.

— Мисс Маргарет!

— Маргарет!

— Не волнуйтесь, он будет вас навещать в Сити. Такого человека (не иначе, вспомнив вчерашнее, Маргарет вздрагивает) даже для меня слишком много.

— Кэт, ведь все песни написал он?

Это не вопрос, это утверждение. Катя опускает голову.

— Хелен, он один отремонтировал дом?

— Наверное… Я не спрашивала!

— Конечно, в твоем уме не помещалось, что он один сделал то, что не могла сделать толпа техов и рабочих.

— Образ Черного теха… Ты очень умен, Серж.

— Я не хотел снова попасть в медико-биологические лаборатории. Маржа, именно по этой причине мне нельзя пересекать городскую черту.

— Не беспокойся. Ни один человек не посмеет тронуть работника департамента ресурсного управления.

— Боже, Маргарет! Ты хочешь?..

— Да. Должность младшего специалиста ему подойдет. В твоем отделе, Хелен.

По вспышке ауры и легкому румянцу Елены безошибочно вижу, о чем она сейчас подумала. Судя по снисходительной усмешке, Маргарет тоже видит её насквозь. Да, потрясающе умная женщина. Как я с ней буду управляться? Кстати, о моих делах. Интересно, ляжет ли запись о назначении на должность поверх записи о смерти? Лабораторная легла, но это одинаковый уровень, исходный адрес и тип комментария… А департамент — очень заманчиво. Там точно найду все сведения о Реджистансе.

Звонок от калитки.

— Это Ральф.

— Маржа, я открою ворота?

— Хорошо, Серж. Охранник даст тебе учетник, принеси сюда.

Открываю ворота. Охранник заканчивает говорить по мобильному телефону (Маргарет отдала приказы), аккуратно заезжает во двор. Учетник в футляре раза в два меньше знакомой мне модели.

Первой под прибор становится Елена. Маргарет выбирает в меню большого дисплея нужную строку. Знакомый пик. Ленка сияет.

— Сегодня отправлю твоё назначение со своего вычислителя, Хелен. Завтра можешь занимать кабинет.

— Маргарет, дорогая, спасибо! Я очень тебе благодарна!

— Серж?

Становлюсь. Мерзкий звук зуммера. Я уже слышал такой же. Черт, как плохо быть всегда правым! На дисплее горит: «Операция некорректна». Мощная штука, в разы круче нашего на свалке. Непонимающая Маргарет проверяет данные, снова жмет кнопку. Зуммер.

— Что-то не так с прибором…

— Всё так, Маржа. Просто ничего бесплатного в этом мире нет, у всего есть своя цена. Цена за чудо самая высокая.

Глядя в глаза Берг, переключаю сканер в режим «определение», прижимаю её пальчик к кнопке. Пик. Знакомая надпись: «Мертв».

Не перевариваю, когда женщина плачет. А когда сразу две рыдают на моей груди, тошно вдвойне. Напряжение последних суток выплеснулось в слезы Елены и Кэт. Суровая Маргарет закусила губу и держится из последних сил.

— Почему, почему, Серж? Это несправедливо!

Что тебе ответить, Катя? Жизнь вообще не очень справедлива.

— Серж, но ты ведь жив… Перестаньте реветь, наконец! Вы мне мешаете думать. Он же стоит перед вами, хватит его оплакивать.

Успокаиваю дам, наливаю воды. Маргарет сосредоточенно размышляет.

— Серж, ты не знаешь, что означают маркеры? Мне бы не хотелось наводить справки через служебную сеть.

— Первые шесть — биография человека, которого больше нет (Катя всхлипывает). Седьмая ― поступление в лабораторию, описание основной фазы эксперимента. Полное стирание личности, подготовка к записи нового сознания. Восьмая подтверждает смерть объекта и соответствует состоянию единого идентификатора. По всей видимости, тогда начались разногласия между группами ученых, потому что отметки о смерти проведены от различных учетников и в разное время. Девятая содержит данные о записи сознания по методу профессора Штейна и передаче объекта под контроль сотрудника КИБ № 0175. Твоего отца, Елена.

— Хелен, принеси эти документы.

— Да, Маргарет.

Елена выбегает. Сейчас увидим, как выдержит проверку аналитическим умом моя импровизация.

— Вот, Маргарет.

Сосредоточенное чтение, взгляд на фотографию. Уверен ― вопросов нет.

— Поразительная судьба, Серж. Я знаю о стёртых ― никто из них не пережил и года. Думаю, что ты с самого рождения был сенсом. Можно сказать, дремлющим сенсом. Эксперимент каким-то образом задействовал эту функцию, она включила все скрытые резервы организма, приняла записи сознания. Записей было несколько ― это понятно по количеству знаний и умений. Кстати, я знаю, что профессор Штейн превосходно музицировал.

— Бог мой! Маргарет, ты думаешь?..

— Я абсолютно уверена. От яйцеголовых научников ускользнула главная деталь ― эксперимент удался не потому, что Штейн был гением, а потому, что они записывали сенса, единственного человека, чей мозг способен был выдержать всё это.

Браво, Маржа! Лучшей легенды просто не придумать.

— Плохо, что знание прошлого не дает мне данных для планирования будущего.

— Маржа, а если рассуждать логически ― какая организация имеет достаточно полномочий для изменения статуса официально мертвого?

Короткий взгляд, одобрительный кивок:

— Я не сомневаюсь, что ты, Серж, не просто протирал бы штаны в департаменте. Жаль, очень жаль… Запись точно могут выполнить в лабораториях.

— Нет, Маржа. Туда я не вернусь ни за что.

— Я понимаю. К тому же, у меня нет достойных связей с научниками. А вот…

Маргарет прищуривается, улыбается. Вот так глянешь ― миленькая, даже красивая фигуристая брюнеточка. Но интеллект…

— КИБ! Вот организация, которая способна выполнить любую запись. И у меня были там знакомые.

— Маргарет! Ты про?..

Ленка ловит себя за язык. Уверен, что у Берг был любовник из Имперской Безопасности.

Жёсткий взгляд на блондинку и внимательный на меня подтверждают версию. Сижу с невозмутимым видом стёртого.

— Да, так и поступим. Серж?

— Да, Маржа?

— Запиши мой номер телефона. Если тебе будет что-то грозить… Нет, если тебе просто покажется, что есть хоть тень угрозы, звони.

Аппаратик в моей руке вызывает восхищение у Кати и снисходительную улыбку Берг.

— Позер. Умный, но позер, как и все мужчины.

Ленке, кстати, мой аппарат-раскладушка не знаком. Ну, и славно.