Александр Голодный – Без права на жизнь (страница 35)
— Плотник, позови Нюхача и Борова.
— Да, сэр Кент.
Пока ждём, оцениваю свое состояние. Скула опухла, рубашке конец, рука ободрана, выступила кровь. Крыс, поганец, с трудом сдерживает пидорскую улыбочку. Ну-ну, сейчас поулыбаешься.
— Сэр Кент?
— Нюхач, Лом обвиняет Теха в воровстве. Проверь вещи шныря.
Входим в ангар.
— Законник Нюхач, вот мой шкафчик, вот моя постель. Вон ведра с моей замоченной одеждой. Сэр Кент, вы не позволите присесть, у меня голова кружится?
— Присядь.
Изображаю падение на стул. Да, приятно смотреть на работу профессионала. Нюхач ловко пропальпировал постель, сейчас аккуратно раскладывает вещи из шкафчика. Что это у крысеныша харечка вытянулась? Или потерял что? Ничего, сейчас тебе добрый дяденька Нюхач всё найдет.
— Что из вещей пропало, Лом?
— Это не у меня, Кент. Вон, Вялый с Кожаном пусть бакланят.
— Часы крутые под рыжье, фигня, как у боровских, только не фурычит.
— Что значит «фигня», Кожан?
— Ну, это, сэр Кент, типа, жмешь там, утки, в натуре. Боров, ну, ты всё утро сегодня гонял!
— Лысого гоняют. Игра электронная, сэр Кент. А ты что прижух, Вялый? Ну, мля?
— Телефон. Покоцаный слегонца.
— Те-ле-фон? А кто отмазывался вчера, что проигрыш отдавать нечем? Ответа не слышу, урод?
— Боров, помолчи. Нюхач?
— Часы одни, вот.
— Это мои, сэр Кент, я с ними в шныри пришел. Черп, Плотник могут подтвердить.
— Подтверждаю, сэр Кент.
— И я их, когда вещи Теха, ну, когда он Зомбаком был, шмонал, видел реально. Тоже подтверждаю.
— Хорошо. Лом, кто тебе сказал, что вещи взял шнырь Тех?
Так, до Лома дошло. С косяком тебя, сволочь. Смотрит на Кожана. Ощутимо сбледнув с лица, бандюк зачастил:
— Крыс, Крыс, в натуре, базарил, что добро у Теха снычено!
— Сэр Кент, я…
— Молчать. Плотник, где шкафчик и кровать Крыса?
— Вот, сэр Кент.
— Нюхач.
Появляется мобильник. Крыс, не веря, смотрит круглыми от ужаса глазами. Совсем не жалко подлюку. Часы и игра.
— Сэр Ке…
— Молчать.
— Кранты тебе, крыса.
— Боров, стой.
— Крыс, вещи взял ты?
— Они были у…
— Вещи взял ты?!
— Я хотел…
— Нюхач, выведи.
— Пшел!
— Кожан, Вялый, вы оговорили шныря, который ходит подо мной.
— Это Кожан, сэр…
— Молчать! Я сказал: оба. Шнырь Тех, что ты хочешь за оговор?
— Я могу поставить жизнь, сэр Кент?
— Ты хочешь бой?
Кент держит паузу, с интересом смотрит на меня, на парочку ушлепков. А что это им так поплохело? всё по закону: Сержант хочет свежего мяса, давно уродов не валил. Я вам припомню первый день на свалке.
— Нет, Тех. Шнырям нельзя ставить жизнь и вызывать на бой.
— Жаль. Я бы реально забился.
Это благодетель Боров очень злобно смотрит на пролетевших.
— Сэр Кент, а доверить взять за оговор я могу?
— Это разрешено.
— Доверяю старшине Борову взять за меня за оговор.
— Моя доля, кореш?
— Любая. На твоё усмотрение, старшина.
— Ха!
— Вялый, Кожан, идите. Срок расчета — до семи вечера.
Помертвевшие придурки отчалили. Ладно, с дубинки вы соскочили, но Боров из вас потроха вытащит, вон, лицо мстительное, как у пирата.
— Лом, ты второй раз избивал МОЕГО шныря.
— Да он сам, в натуре…
— Он сам бился лицом и разодрал руку? Молчать. Если ещё раз я увижу такое… Этот случай для тебя станет последним. Свободен. Боров, тоже.
Вышли. Кент изучает меня, верный Тень стоит за плечом хозяина.
— Тех, ты не хочешь мне ничего рассказать? Про то, где Крыс положил краденое, например.
Оп-па! Да, мозги у Кента работают.
— Он их подложил в мои вещи.
— Как ты узнал?