Александр Герасимов – Море, поющее о вечности (страница 66)
Это казалось удивительным. Возможно ли, что на заре времен выходцы из страны фараонов пустились в долгий путь и осели за множество земель от дома, чтобы впоследствии назваться колхами? Смешались ли они с предками нынешних фессалийцев, троянцев и других народов, перенимая их язык и манеры? Ясон не знал ответа. Но, глядя на фасисских солдат, он понял одно: эти смуглые люди с крепкими телами действительно имели нечто общее с таинственными жителями долины Нила.
Теперь Ясон стоял перед троном царя, гадая, возникнут ли у них трудности в общении. Конечно, он взял с собой Орфея, Нестора, Киоса и Палемония — людей, способных кое-как изъясняться на множестве наречий. Но говор колхов все же сильно отличался от привычного. Следовало быть осторожным — любое недопонимание могло привезти к стычке.
Пока Ясон размышлял, стоило ли ему начать первым или предоставить это право Орфею, заговорил сам властелин Колхиды:
— Добро пожаловать в Фасис, чужеземцы!
— Тебе знаком наш язык, царь? — не удержался от возгласа удивленный вожак аргонавтов. Затем он осознал, что выглядит невежей, и отвесил глубокий поклон. — Прошу меня извинить, владыка Колхиды. Я лишь радуюсь, что незнание речи не станет для нас препятствием.
— Одежды твоих соратников дали мне подсказку, — Ээт позволил себе улыбку. — Хотя ваш народ и считает эту землю «краем ойкумены», не стоит полагать, что колхи грубы и несведущи.
— Я должен был ожидать чего-то подобного от человека, который твердой рукой правит гордыми племенами. Слухи о тебе пересекли моря, царь Ээт.
— Лесть хороша в меру. Но мне приятно думать, что ты говоришь искренне, — властелин Фасиса постучал пальцами по подлокотнику трона, будто предлагая перейти к насущным делам. — Так зачем вы пожаловали в Колхиду?
Ясон ответил, не колеблясь:
— Для торговли и переговоров.
— Торговля, значит? На ней стоят все великие царства, — Ээт кивнул, однако на его лице мелькнуло сомнение. — Но что же здесь способно заинтересовать твой народ, проживающий так далеко? Не поверю, что вы плыли в Колхиду наугад, рискуя жизнями и кораблем.
— Нас интересовал драгоценный металл, который ценится везде, где ступала нога человека. Я говорю о золоте, царь Ээт.
— О золоте!.. — мужчина на троне приподнял брови, удивленный услышанным.
— И особенно об украшениях, что создают колхидские умельцы. В наших краях неспособны на столь тонкую работу, — Ясон рассказал о заколке, которую ему показывал Пелий.
— Вот как. Я даже припоминаю людей, что когда-то были здесь и уехали не с пустыми руками, — Ээт наморщил лоб, а затем откинулся на троне. Казалось, некая мысль пришла ему в голову:
— Пусть так. Но что можете предложить мне вы?
— Доспехи и оружие. Насколько я могу судить, они лучше местных… — начал Ясон, но царь прервал его.
— Это лишнее. Мы обходимся тем, что есть. Мятежи в моих землях почти подавлены, а войско вооружено достаточно хорошо.
— В таком случае, чистая бронза без лишних примесей? Или, быть может, дорогие благовония, которые заставят трепетать сердце женщин?
На лице Ээта проступило подобие интереса, но слабого. Ясон кивнул Киосу, и тот продолжил за него:
— А что насчет тканей и редких красок для них? Иолк — портовый город, через него проходит множество товаров. С нами прибыл и Нестор, царевич из Пилоса. Возможно, ему тоже удастся предложить товары, которые заинтересуют народ Колхиды.
— Обойдемся без спешки, — властелин Фасиса не желал быстро поддаваться на уговоры и предложения. — Хоть колхи не так сильны и богаты, как ваши царства, но мы независимы от чужаков. К тому же у вас лишь один корабль, пусть и громадный. Даже если вы привезли несколько бочек вина, немного дорогих тканей и сладких ароматов, вряд ли их хватит для обмена, который окупит долгое плавание. Значит, это лишь разведка, и сейчас вам толком нечего показать.
— Это правда, — Ясон решил не спорить. — Было бы глупо снаряжать десяток торговых судов, не имея представления, чем заинтересуются жители далеких земель. Так ведь можно и разориться.
— Морская торговля привлекательна, не скрою. Но знайте, что в Колхиде не слишком любят горделивых чужеземцев из-за моря! Мы предпочитаем горы и равнины. Хетты, ассирийцы и прочие жители большой земли обмениваются с нами товарами, когда это выгодно обеим сторонам. Но вы, мужи из далеких земель, ничего не знаете о колхах и их соседях. Я уже убедился, что куда лучше осведомлен о ваших нравах и вкусах, чем вы — о моих.
Ясон хотел было осторожно возразить, но Ээт повысил голос, завершая свою мысль:
— Буду откровенен. Здесь вам окажут добрый прием и вы сможете как следует отдохнуть. Но придется как следует постараться, чтобы соблазнить меня сделками. Подумайте над этим, пока находитесь в Фасисе. Мы не простаки, готовые кидаться на диковины и отдавать взамен что угодно.
— Быть может, ты все же глянешь на то, что мы привезли из Иолка, царь?
— Ну разумеется, в этом вам не будет отказано, — Ээт вздохнул. — А пока давайте оставим этот разговор до следующего раза. Я бы с интересом послушал новости из-за моря.
— С большим удовольствием, — царевич коротко поклонился, аргонавты повторили за ним. Ясон собирался уже заговорить о чем-то ином, как вдруг стоящая рядом с троном девушка подала голос:
— Вы так сильно любите золото, чужеземные гости?
Ее речь была понятной аргонавтам, хотя произношение заметно отличалось от привычного. Ясон с удивлением глянул на нее.
— Госпожа, я не знаю твоего имени.
— Я Медея, дочь царя. А ты Ясон из Иолка — теперь мы знакомы. Могу повторить свой вопрос, если нужно, — она улыбалась, но лишь кончиками губ. Ээт ничего не сказал, но бросил на нее хмурый взгляд. От внимания Ясона это не ускользнуло.
«Быть может, впредь мне следует говорить именно с ней…»
— Есть ли на свете хоть один человек, кто признается в обратном, госпожа? Золото покоряет сердца женщин, становится причиной раздоров между царями. За него воюют, его прославляют в песнях… И, если бы не оно, мы не предприняли бы столь длинный и полный опасностей поход.
— Какая незначительная причина!
В глазах Медеи промелькнуло то ли презрение, то ли плохо подавленное разочарование. Уязвленный Ясон едва удержался от того, чтобы воскликнуть: «Нет, это ложь! Если бы я сумел отобрать свой трон у дяди, то и не помышлял о ваших неприветливых краях…»
Но подобные слова прозвучали бы жалко. Царевич решил внимательно следить за тем, что говорит в присутствии загадочной девушки. Однако его колебания не укрылись от Медеи, которая вопросительно изогнула бровь.
— Госпожа, — своевременно выступил вперед Орфей, — у нашего предводителя хватало причин для того, чтобы оставить родной Иолк. Не все они затрагивают Фасис. Поэтому мы надеемся на ваше понимание, — он миролюбиво улыбнулся.
Царь Ээт кивнул, соглашаясь. Но Медея не обратила на певца ровным счетом никакого внимания. Она продолжала рассматривать Ясона, и когда заговорила вновь, то вернулась к первоначальной теме:
— Золото лишь металл. И далеко не самый лучший. Он плохо пригоден для нужд землепашца или рыбака; тонкости и изящества серебра ему тоже недостает. Но знаешь, для чего золото подходит лучше всего? Оно запирает рты, сердца и уши надежнее любых засовов. В этом его единственный смысл. Вот предел возможностей желтого металла!
Она подняла руки и откинула с плеч копну длинных волос, а после закончила:
— Низменное останется таковым, даже если придать ему прекрасную форму. То же самое можно сказать и о людях, не находишь?
— Медея! Ты позволяешь себе слишком многое, — резко заметил царь Ээт. При этом он перешел на родной язык.
— А мне кажется, наш гость заинтересовался, — усмехнулась девушка. Ясон действительно смотрел на нее во все глаза. Но он был не одинок: царевна Фасиса безраздельно завладела вниманием аргонавтов.
— Твои слова, царевна, звучат, словно ты готова попирать сандалиями все золото мира, — заявил Киос. На Медею он посматривал с насмешкой, словно понимал, что она нарочно играла словами.
— Хорошо подмечено. Что ж, наша земля действительно богата этим металлом. И мастеров, способных с ним работать, в Фасисе хватает. Может, именно поэтому я не способна оценить его прелести слишком высоко. Вот, хочешь?
Она с удивительным изяществом преодолела расстояние от трона до гостей, на ходу снимая со лба золотую нить. Стоящие поблизости аргонавты ощутили необычный аромат, исходящий от молодой девы. Это были не легкие благовония, что были популярны у женщин южных земель, а терпкий, сладковатый запах, нежный и тяжелый одновременно.
Медея протянула ладонь с украшением Киосу. Торговец принялся сосредоточенно ее разглядывать.
— Какая тонкая работа. И этот камень… Прекрасно!
Ясон встрепенулся. Приглядевшись, он заметил крохотный, правильной формы голубой камешек, сверкающий на ладони Киоса. Точно такой же, но более крупный, ему показывал Пелий, а мариандин Борм отдал в ходе переговоров. Второй камень так и остался на «Арго» среди вещей Ясона.
— Дочь, ты слишком много позволяешь себе этим вечером. Попрощайся с гостями и отправляйся к себе. Немедленно! — Ээт сложил руки на груди и поджал губы, что говорило о крайнем недовольстве. Ясон не понял родной речи колха, однако от владеющих языком аргонавтов эти слова не ускользнули. Более того, каждый ощутил в них нерешительность.