Александр Герасимов – Море, поющее о вечности (страница 64)

— Но они уже заметили нас, и пока не спешат хвататься за оружие… Одних порубим сразу, а остальные уже не будут опасны! — осклабился молодой воин.

«Да тут любой, кто имеет голову на плечах, насторожится. Почему чужаки не суетятся, готовясь к обороне? Тебя это не беспокоит, Упий, ослиная ты рожа?»

Борму очень хотелось сказать что-нибудь подобное, но он удержал рвущиеся с языка слова. Вместо этого лишь отдал приказ:

— Здесь я командую. Придержите вашу жажду битвы! Сначала разузнаем, кто эти люди и что они забыли на нашей земле.

Его соратники хотели перебить пришельцев и разграбить корабль. Желал бы Борм сделать то же самое? Разумеется: чужакам не было места на этих землях, да и поправить дела удачным грабежом не помешает. Однако предводитель заранее старался угадывать все трудности и обходить их стороной.

Пусть безрассудные командиры и блистали в битвах, пользуясь почетом, однако платили за это короткой жизнью. Борм же втайне надеялся когда-нибудь сложить оружие и обнимать по вечерам у очага смеющихся внучат.

Отряд приблизился к горстке моряков. Навстречу вышел крепкий и красивый юноша — чутье Борма безошибочно распознало в нем командира. Мариандины продолжали двигаться вперед, и тут незнакомец жестом приказал остановиться.

«Неплохо, — оценил Борм. — Он сразу дал понять, что нас здесь не боятся. Правильный поступок с его стороны».

Борм придержал коня, его соратники сделали то же самое. Прежде чем заговорить, предводитель мариандинов бросил быстрый взгляд на судно перед ним и едва не содрогнулся. Слишком уж велик был корабль. Казалось невероятным, что такой гигант мог бороздить открытое море, не разломившись пополам. Ему, очевидно, требовалась большая команда.

Намного больше, чем его собственный отряд.

Усилием воли он заставил себя отвлечься от громадного судна. И задал пришельцу вопрос на своем родном языке:

— Зачем вы здесь и откуда приплыли?

Борм сделал это нарочно, чтобы подчеркнуть: здесь хозяйничали мариандины. Гость покачал головой и ответил:

— Я не могу разобрать, что ты сказал. А ты понимаешь меня?

Борм мысленно похвалил себя за верный ход. Теперь он мог блеснуть знаниями языка, будучи заодно уверенным, что его соратники ничего не поймут. Но прежде чем ему удалось воспользоваться своим преимуществом, жаждущий драки Упий влез в разговор:

— Эй, чужак, твои паршивые слова не ясны никому. Отвечай как положено!

— Упий, — не оборачиваясь, процедил Борм, — если еще хоть раз откроешь рот без моего разрешения, я вытащу кишки из твоего тела. А что останется, привяжу к лошади и пущу ее скакать до самого дома. Уж мой-то язык тебе понятен, надеюсь?

Даже самым ретивым из молодых мариандинов было ясно: когда их предводитель говорил таким тоном, от любых замечаний лучше воздержаться. Упий скрипнул зубами, но промолчал. Борм вновь обратил внимание на пришельца и ответил на слегка корявом, но все же понятном для того наречии:

— Я могу говорить по-твоему. Но не спеши — пусть твоя речь будет ясной.

— А твои люди понимают наш язык? — спросил чужеземец, окидывая взглядом отряд конных мариандинов. — Судя по лицам, вряд ли.

— Здесь я единственный, с кем ты можешь пообщаться, — многозначительно ухмыльнулся Борм.

Слова были безобидными, но в них таилась угроза. Один намекал второму, что лишь он является щитом, ограждающим мореплавателей от нападения на стоянку. Борм мысленно похвалил себя за удачный ход. Однако в глазах чужака не появилось тревоги. Напротив, он добродушно улыбнулся, будто показывая, что раскусил замысел собеседника.

— Тогда, быть может, представишься? Хорошо бы гостям знать имя хозяина, чтобы быть учтивыми.

— Мое имя Борм, и я веду этот отряд. Как ты заметил, здесь распоряжаются мариандины. Тебе стоит тоже назваться… и сделать это побыстрее. Увы, мои люди настроены весьма враждебно.

— Должно быть, трудно справляться с такими молодцами, — покачал головой собеседник. — Перед тобой Ясон, царевич Иолка. Я веду этих моряков в Колхиду.

— И в самом деле царевич? Впервые говорю с таким знатным человеком. Извини уж, кланяться не буду.

— Тогда перейдем к насущной проблеме. Для насилия должен быть значимый повод. Имеется ли он у тебя?

Взгляд Ясона вмиг стал колючим, а голос понизился. Казалось, этот человек испытывал Борма на прочность. Хотя мариандин сидел на коне и смотрел на пешего чужестранца свысока, у него появилось странное чувство тревоги где-то в области лопаток. Заныл и бок, по которому вчера пришелся удар палкой. Очевидно, юноша с корабля был опасен.

— Насилие без нужды претит и мне, — заявил он. — Однако твое положение не слишком выгодно для угроз. Если я найду причину для нападения, разве ты в силах противопоставить что-то отряду вооруженных всадников?

— А ты приглядись получше к кораблю, — посоветовал ему юноша.

Борм поднял взгляд и прищурился. Ему показалось, что он заметил какое-то шевеление близ искусно выточенной фигуры богини на носу судна. Или это был плод его воображения? Он моргнул, глянул еще раз, но корабль на сей раз хранил спокойствие.

— Позволь пояснить. У нас на борту есть несколько великолепных лучников. Они только и ждут сигнала на языке, которого твои люди все равно не поймут. И я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы случайно его не обронить в разговоре! К тому же вы подобрались слишком близко и встали полукругом. Неподвижные всадники на таком расстоянии — мишень, о которой можно только мечтать. Ты меня понимаешь, ведь так?.. Я не слишком быстро говорю? — с наигранной заботой в голосе спросил Ясон.

Борма передернуло, но он молча кивнул. Не дожидаясь, пока мариандин что-то ответит, чужеземец продолжил:

— В чужих краях мы оставляем часть команды на корабле и дежурим посменно. Я приказал своим людям затаиться, но будь уверен: они настороже. Кроме этого, второй отряд послан на разведку вдоль побережья. Когда они вернутся, им не понравится увиденное… Все моряки в моей команде вооружены, а их численность превосходит вашу. Борм из мариандинов, ты выбрал не лучшую цель для угроз. Умный человек должен был сразу понять: такому кораблю требуется большая и сильная команда… Видимо, ты глупец. Или думаешь, я шучу?

Остальные всадники не издавали ни звука, но Борм чувствовал, как они настороженно переглядывались за его спиной, начиная нервничать и не понимая из разговора ни слова. Напряжение нарастало, а ситуация складывалась не в пользу мариандинов. Он глубоко вздохнул и ответил:

— Нет. Уверен, ты говоришь серьезно. И размеры твоего корабля сразу навели меня на мысль о неладном. Но разве у командира есть другой выход? Тебе стоит войти в мое положение.

— Не знаю, о чем ты говоришь, мариандин. Но тебе пора бы принять решение. Мне надоело стоять тут на ветру и говорить о чепухе, — тон Ясона изменился, в нем появилась угроза. Ход беседы переломился окончательно — теперь ее правила устанавливал чужак.

Что ж, пришло время делать выбор. Борм решился на шаг, который вряд ли одобрили бы его соплеменники. Он спешился — всадники зашептались, но никто не остановил предводителя. Сделав несколько шагов навстречу царевичу, мариандин заговорил примирительно:

— Не нужно угроз. Я вижу, что у тебя острый ум, Ясон из Иолка. Поэтому позволь мне объясниться. Когда ведешь людей с горячими головами и поворачиваешь обратно, отказываясь от добычи у всех на глазах — что ждет такого командира? Не лучше ли сразу ему принять смерть от врага, чем погибнуть от рук соратников или быть с позором изгнанным из племени?

— Это не лишено смысла, — подтвердил Ясон с усмешкой.

— Поверь, чужак, я бы предпочел избежать бойни, в которой мы с тобой наверняка сложим головы. Проехать мимо я не мог, но и ввязываться в драку не хочу. Мы должны найти решение, которое устроит обе стороны.

Его собеседник с задумчивым видом потер подбородок. Слова предводителя мариандинов явно пришлись ему по душе. Борм следил за Ясоном с тревогой — теперь все зависело от решения эллина.

— Что у тебя на шее? — внезапно спросил юноша.

— А, это… — Борм потянул за тонкий кожаный шнур и вытащил на свет голубой камень, в котором была проделана небольшая дыра. Ясон шагнул ближе и принялся внимательно его разглядывать.

— У нас встречаются такие камни, — пояснил мариандин. — Этот я снял с тела убитого бебрика. Буду откровенным: ценность этой безделушки мне неведома. Может, ты сумеешь ее распознать.

Он протянул вперед руку с незамысловатым украшением, и Ясон коснулся его пальцами. Видя, что чужеземец заинтересовался, Борм добавил:

— Мариандины редко имеют дело с драгоценностями и не слишком их почитают. Мы много передвигаемся и живем в постоянных усобицах между племенами, а потому любим простые вещи, которые можно съесть или использовать для обогрева. Однако ты, я гляжу, относишься к подобным штучкам всерьез. Возможно, мы сумеем договориться?

— Да, такой камень показывал мне дядя в Иолке и утверждал, что он привезен из дальних земель. Знаешь, Борм, в наших краях велик спрос на ткани цвета прибрежных вод. Их покупают богачи для своих женщин. Украшения им под стать будут высоко цениться! Тебе повезло сегодня. Кажется, наше сражение откладывается.

Юноша выпустил украшение из своих пальцев — оно закачалось на шнурке. Мариандин спросил:

— Каково же твое предложение?