Александр Гедеон – Антимаг. Владыка. Том 2 (страница 14)
Малая жертва, призванная остановить ужасы гражданской войны в будущем.
Но принцип меньшего зла, понятный разуму, редко убеждает сердце. И сейчас, глядя как чёрные туши с голодным рёвом рвут людей на куски, упоённо купаясь в горячей крови, Лёха ощутил острый укол вины.
Мятежники, ожидавшие прорыв, быстро ощетинились смертоносной сталью и угощали незваных гостей боевой магией, а вот имперское войско в первые секунды оказалось дезориентировано.
Люди, шокированные новостями о Древней, драконе и природе императора, пребывали в замешательстве. Кто-то пытался отвести своих воинов прочь от массового прорыва демонов. Кто-то с криками о предателях и демонических выродках убивал Тигров, что пытались спасти положение, закрывая многочисленные Разломы. Кто-то из гвардейцев привычно защищал членов правящего клана, так что людскую кровь проливали не только демоны.
В воздухе по обе стороны реки засверкало магическое крошево, будто великан опрокинул сундук с драгоценными камнями. Лёха уже видел работу «Звёздного неба» в исполнении Дану – заклинание блокировало подавляющее ментальное воздействие Разломов. Благодаря этому дезориентированные было гвардейцы и клановые бойцы куда скорей пришли в себя и сумели дать отпор демонам.
Тут и там над полем боя возвышались громадные туши гидр, козлоногов, Визгунов и никогда не виденных Стрижом тварей. В строе мятежников, совсем недалеко, показалась продолговатая туша гигантской многоножки, к которой тут же спикировал дракон. Могучий ящер схватил тяжело бронированного демона лапами и разорвал на две части до того, как тот успел свернуться в прочнейший шар.
К счастью, крылатых демонов было немного. Дракон хватал их прямо на лету, и, почти не жуя, заглатывал питательное мясо. Нескольких гарпий, решивших перекусить пассажирами колесницы, прикончили Лёха с Мией. Рядом эльфийские бойцы брали на копья нечто паукообразное, но размером с упитанного слона. Тварь работала гигантскими жвалами, раскусывая бронированных противников пополам, но быстро пала под натиском магов.
Адреналин вскипал в крови, требуя присоединиться к битве, но у Стрижа была другая задача. Защита Лауры. Так что ему оставалось лишь бессильно скрипеть зубами, видя, как гибнут куда менее защищённые соратники.
Но, несмотря на потери, войско мятежников уверенно и слаженно расправлялось с демонами.
У имперцев дела обстояли похуже: оказались нарушены цепочки командования. Многие офицеры погибли в первые секунды боя, нанизанные Ариманом на ледяные шипы, кто-то пал, едва открылись Разломы, а кто-то и бежал, объятый ужасом.
Сложнее всего дела обстояли с флангов, занятых клановыми батальонами. Пока одни сражались с демонами, другие под шумок решали собственные задачи. Пауки, резонно опасавшиеся жестокой мести эльфов, бежали, оставив позиции. С ними Лёха заметил и несколько мундиров цветов императорского клана.
Тигров можно было понять. Многие были шокированы истиной природой Аримана и осознанием того, что в их жилах течёт порченная демонами кровь. Осознали они и незавидное будущее, что может ждать лишённых власти потомков демона.
Но были и другие. Помня свой долг, они сперва закрывали Разломы, а затем и вступали в битву с демонами. И нередко умирали, преданные собственными союзниками. Кто-то наносил подлый удар из суеверного ужаса, кто-то сводил старые счёты, а кто-то жаждал выслужиться перед новой властью, помогая уничтожать старую. И неважно, кто именно займёт трон – все понимали, что время Тигров прошло.
В результате этого хаоса на многих участках вместо слаженной работы отрядов Лёха наблюдал «собачью свалку», в которой оставшиеся без командиров бойцы просто бились за выживание.
Этим и воспользовался Даран.
Мятежники под его командованием двигались к реке, чтобы поддержать имперское войско с фланга. Друиды и инженерное подразделение магов Грифонов уже наводили переправы через промёрзшую реку. Никто не желал передвигаться в доспехах по скользкому льду, проверять его на прочность и ожидать, что кто-нибудь в самый неудачный момент растопит его огненным щитом.
Земля пришла в движение, образовав быстро твердеющие мосты, через которые, как на учениях, и переправлялись мятежники.
Манёвр был продуманным и циничным. Даран не просто пытался объединить войско, перехватив и завязав на себя оборвавшуюся командную цепочку, но и позиционировал своих бойцов так, чтобы между ними и Ариманом оставались имперцы.
Никто не мог спрогнозировать, на что способен демон-император, а мятежникам требовалось сохранить боеспособность и жизни самых лояльных бойцов.
Гвардейцы приняли помощь с ликованием и, получив единое управление и возможность перегруппироваться, начали активно теснить демонов, уничтожая одного за другим.
С немногочисленными летающими тварями над их головами справлялись эльфы и репликанты в эгидах. Действительной нужны в их вмешательстве не было, но репутацию крылатых налётчиков требовалось обелить, продемонстрировав, как те самоотверженно бьются для защиты людей.
И в центре этого хаоса Дану сражалась с Ариманом.
В своё время демона вселили в тело человеческого мага, так что его арсенал был куда обширней, чем у сородичей. И у него хватало могущественных артефактов, что он накопил за века. Но и мощь Дану, вкупе с опытом не одной сотни лет, впечатляла. Древняя выделывала на драконе фигуры высшего пилотажа, осыпая демона магией из особо убойных артефактов.
В разноцветье всполохов огня, света, холодных вспышек ледяных игл и странных чернильно-тёмных плетей, сложно было что-то разобрать. Да Лёха и не пытался. Это был тот самый случай, когда излишне инициативный союзник бывает вреднее противника.
Те немногие смельчаки, что самонадеянно влезли в эту дуэль, уже окрасили заиндевевшую землю своей кровью.
Единственное, вмешательство, что позволили себе пустотники, – это попытку обездвижить Аримана с помощью Птицелова. Арес подлетел на максимально возможное расстояние, прицелился и яркий голубой луч на пару секунд связал его и демона.
Бесполезно.
Ариман лишь недовольно рыкнул и отправил в назойливого стрелка облако бритвенно-острых ледяных игл. Не надеясь на иммунитет к магии, репликант прикрылся крыльями и закрутился, словно причудливое стальное веретено. Зло свистящие иглы бессильно разбились об эльфийский сплав, рассыпавшись сверкающим облаком осколков.
Лаура следила за битвой, закусив губу и нервно сжав борт колесницы. С каждой минутой в её глазах читалось всё больше радости. Успевших прорваться из Разломов демонов практически истребили, и битва кипела лишь вокруг Аримана. А силы того, казалось, иссякли. Один за другим упали на землю исчерпавшие заряд антимагические наручи. Рядом валялись уже бесполезные, выпитые до дна боевые артефакты. Земля вокруг демона выгорела и местами оплавилась, а его атаки стали реже и, кажется, слабее.
Из чего бы император ни черпал свою силу, резерв стремительное истощался.
– Неужели, это всё? – с робкой улыбкой спросила Лаура.
Как же она ошибалась…
Слабость демона заметила не только она. Гвардейцы и клановые маги тоже отметили снижение интенсивности атак Аримана и начали стягивать вокруг него кольцо.
Наверное, каждому хотелось стать тем, кто убьёт демона-императора и войдёт в историю. Ради подобной славы можно было и жизнью рискнуть.
Дану, не желавшая задеть союзников, вынуждена была ограничивать мощь своих атак, дав Ариману небольшую передышку.
И тот сполна ею воспользовался.
Дождавшись, пока желавшие прославиться в веках глупцы подойдут поближе, император открыл пасть и издал чудовищный вой.
От него Лёху отделяло больше двухсот метров, но даже он почувствовал ошеломление и слабость в теле. Те, кто стояли в эпицентре, кулями попадали наземь, не успев защититься.
Способность, которую применял «Визгун», в исполнении Аримана вырубила едва не половину армии. Даже боевые кони, привычные ко всему, потеряли рассудок, сбросили всадников и помчались прочь, топча людей на своём пути.
А в следующую секунду Стрижа швырнуло на землю, словно при чудовищной перегрузке. Дыхание перехватило, сознание знакомо поплыло, накатила такая чудовищная слабость, что, собрав все силы и опираясь крыльями, Лёха сумел лишь встать на колени. С трудом проталкивая воздух в лёгкие, он огляделся.
Вокруг творился ад.
Грохот битвы, грандиозная симфония войны вдруг оборвалась. Не было больше звона стали, жадного гула огненных заклинаний, хищного свиста стрел и болтов. Даже рвущие душу крики раненых и умирающих оборвались, словно кто-то дёрнул рубильник.
Люди, что находились ближе всех к Ариману, лежали неподвижно. Невозможно было даже понять живы они или нет. Чем дальше от эпицентра, тем чаще можно было заметить движение. Кто-то шевелился, кто-то судорожно хватался за грудь, ловя ртом воздух. Ещё дальше кто-то даже пытался ползти, стремясь хоть так убраться подальше от этого жуткого монстра.
Ариман пил души одновременно тысяч людей.
Дышать становилось всё тяжелее, словно через горло невидимая рука вытаскивала нечто незримое, но при этом плотное. В мозгу медленно ворочалась мысль о том, как бесславно закончилась вторая жизнь.
Среди беспомощных обездвиженных людей бродили последние выжившие демоны, радостно разрывая и пожирая не способных сопротивляться жертв.