Александр Галич – Галич Александр (страница 66)

И, упав на колени: «Боже мой! — Произносит бессвязно он, — Молю, Всевышний, Тебя, Творца, На помощь вышли Скорей гонца! О, дай мне, дай же Не кровь — вино!.. Забыл, как дальше… Но всё равно! Не ставь отточий Конца пути, Прости мне, Отче! Спаси!.. Прости…» Вечер, поезд, огоньки, Дальняя дорога… Дай-ка, братец, мне трески И водочки немного. Басан, басан, басана[5], Басаната, басаната… Что с вином, что без вина — Мне на сердце косовато. Я седой не по годам И с ногою высохшей. Ты слыхал про Магадан? Не слыхал?! Так выслушай. А случилось дело так: Как-то ночью странною Заявился к нам в барак Кум со всей охраною. Я подумал, что — конец. Распрощался матерно… Малосольный огурец Кум жевал внимательно. Скажет слово — и поест, Морда вся в апатии. «Был, — сказал он, — говны, съезд Славной нашей партии. Про Китай и про Лаос Говорились прения, Но особо встал вопрос Про Отца и Гения». Кум докушал огурец И закончил с мукою: «Оказался наш Отец Не отцом, а сукою…» Полный, братцы, ататуй! Панихида с танцами! И приказано статуй За ночь снять на станции. Ты представь — метёт метель, Темень, стужа адская, А на Нём — одна шинель, Грубая, солдатская. И стоит Он напролом, И летит, как конница!.. Я сапог Его — кайлом, А сапог не колется… Огляделся я вокруг — Дай-ка, мол, помешкаю! У статуя губы вдруг Тронулись усмешкою… Помню, глуп я был и мал, Слышал от родителя,