Александр Гальченко – Возвращение Колдуна (страница 41)

– Нет… – протянул кто-то из пары сотен воинов, находившихся в этом зале.

Вдруг в комнату вбежал воин, ростом он был совсем небольшим, наверное, по грудь предводителю, что правда в ширь он был как три Зария. Причём был он не толстым, а просто широким и мясистым. Его запросто можно было бы представлять публике в каком ни будь цирке уродцев, и его огромный, выпуклый, лоб только благоволил этому.

– Звал, З-зарий? – слегка заикаясь спросил он.

– Звал. Илия, через час, все от кого хоть немного несёт хмелем должны спать. Кто будет возражать должны получить по морде, да покрепче.

– Это мо-можно.

– Бочки с медовухой и вином закрыть, поставить стражу, кто полезет казнить на месте, если потребуется.

– Зарий. – прозвучал голос молодого парнишки, вошедшего в зал. – Мы нашли озеро, вода не застоявшаяся, чистая. Тебе стоит взглянуть.

Воевода оглядел лица провинившихся и недовольно поморщившись произнёс:

– Вот и выход нашёлся.

***

Кисть неуверенно оставляла мазки на холсте, движимая рукой молодого художника. Картина была практически закончена, но он не хотел завершать её. Парень всё время посматривал на безмятежную гладь озера и вздрагивал каждый раз, когда на ней появлялась малейшая тревога, и каждый раз он разочарованно вздыхал, не находя взором в воде такой желанный лик незнакомки. Через пару часов неэффективной работы, парень бросил свои мучения и уселся на берегу облокотившись на колени и сжимая ладонями голову. Лёгкая волна, появившаяся на воде, привлекла его внимание и сердце его застучало с двойной силой. Карие, прекрасные глаза глядели на него из толщи воды. Сказать, что он был рад, это не сказать ничего. Его переполняли эмоции, радость, восторг и страх. Да именно страх не давал ему пошевелиться, он попросту боялся испугать ту, чей покой он нарушает своим присутствием вот уже сколько дней. Тёмные волосы девушки колыхались в воде подчиняясь волнению воды и художник, не придумав ничего другого, расплылся в улыбке. Девушка ответила сразу же, её губы оголили ровные белые зубы, и она приподняла ладонь, словно приветствуя незнакомца. Парень поднял руку в ответ, но девушка тут же скрылась из виду лишь махнув широким, серо-зелёным хвостом. Разочарованию художника не было предела, также не было предела и его счастью, когда она вынырнула из воды, шагах в десяти от берега. Она прикрыла лицо ладонью, не желая показывать гостю как вода покидает её тело, после чего опустила руку и с интересом наблюдала за ним. Она глядела на него, а он не мог оторвать взгляд от неё. Мокрые волосы пытались скрыть аккуратную, небольшую грудь, но у них плохо получалось. Художник сумел разглядеть на груди небольшой шрам, а русалка, увидев куда направлен взор парня, захихикала.

– Как зовут тебя? – облизывая губы, спросил художник.

– Хи-хи. – вновь вырвалось у неё. – Марина.

Ответив на вопрос, она выгнулась назад и, ударив хвостом об воду, скрылась в толще вод, оставив лишь брызги и волны на поверхности.

– Марина… – тихо-тихо протянул парень, не способный оторвать свой взор от озера.

***

Алексий, Ливадий и Яшка преодолели не малое расстояние, вечер приближался, и они ждали его с нетерпением. День выдался жарким, напитанная влагой земля парила весь день, мучая путников духотой. Когда же послышался шум воды, издаваемый стремительным течением, Яков многозначительно произнёс:

– Наконец-то.

Путники ускорились и скоро оказались на берегу широкой реки. Около воды находились заросли каких-то кустарников, именно оттуда снялась стая диких голубей, заслышав приближение чужаков. Спешившись, всадники дали животным вдоволь напиться, сами не забыв умыться в прохладной воде, набираясь свежести и сил для дальнейшего путешествия.

– В паре троп отсюда, – обратился старик к королю. – должен быть неплохой мост, там и пересечём реку.

Тропой Ливадий называл меру измерения длинны, весьма размытая единица, равная расстоянию, которое можно преодолеть на лошади в течении получаса.

– Почему не здесь? – поинтересовался Яков. – Вода приятная, течение не такое и быстрое, мы без труда доберёмся до того берега в плавь.

– Там нет нужной нам дороги. – ответил маг раздражённо. Он быстро выходил из себя если кто-то, кому не дозволено, пытался спорить с его решениями. – Если мы переправимся здесь, то придется делать крюк. Я хочу поспеть к трактиру до наступления темноты.

– Зачем?

– Что за вопрос? – удивился Ливадий ещё больше поддаваясь эмоциям. – Мы заночуем там.

– Зачем? – вновь повторил вопрос воин. – Алексий, вот скажи, неужели мы вышли на прогулку? Почему мы ещё не загнали дюжину лошадей, почему мы тратим время на ночлег? Плетёмся так, словно…

– Мы слышали это всё. – перебил король. – Я понимаю твоё волнение и ценю его. Не буду объяснять, так как это сложно понять, пойми, так нужно.

– Долго? Ну да, – затряс Яшка лысой головой. – у нас ведь совсем нет времени поговорить.

Воин молча влез в седло и сердито глядел на старика, пытающегося вернуться на лошадь.

– Тебя подсадить? – спросил Яшка явно издеваясь.

Ливадий поднял недовольные глаза и в этот же момент, белое пятно появилось на лысине воина.

– Да чтоб тебя! – громко произнёс Яков подняв взор на кружащего в небе голубя. Потом он посмотрел на мага. – До добра тебя не доведут, Ливадий, твои шутки.

– Я здесь явно не причём. – улыбнулся тот и оседлал животное.

Всадники двигались вдоль реки, друг за другом по узкой, хорошо вытоптанной тропинке. Берег сильно поднялся и теперь они были в трёх-четырех метрах над уровнем воды. Вдруг, случилось то, что заставило их всех, одновременно остановиться. Вся троица увидела лодку, деревянную рыбацкую лодку, медленно плывущую по течению. Сама лодка не представляла никакого интереса, мало ли какой рыбак, зазевавшись, забыл закрепить цепь, ил попросту не уследил, отойдя по нужде. Путники застыли от того что они увидели внутри. Это было тело, тело уже не юной, но молодой девушки. Её посиневшая кожа веяла холодом, заставляя путников вздрогнуть, несмотря на жару. Яшка поморщился, но не отрывал взгляд. Кто она? Какова её судьба? Что за случай унёс этот прекрасный цветок, заставляя его вянуть. Сотни мыслей пробежали в голове у воина, он был уверен, что и его спутников терзают те же мысли. Все они стояли не подвижно, провожая взглядом лодку, уносимую течением, уносящую прочь это холодное тело.

– Плохой знак, – прервал тишину Ливадий. – очень плохой. Алёша подумай, может повернём пока не поздно?

– В дорогу. – ответил Алексий и пнул животное под бока.

Примерно через час с небольшим, они преодолели реку по широкому мосту, выложенному из толстых брёвен. Когда позади остались ещё пару часов, путники добрались до небольшой деревни. Несмотря на не поздний вечер, улицы были пусты. Те немногие жители которых довелось увидеть, спешным шагом направлялись к своим жилищам, захлопывали ставни и замыкали двери.

– Мрачновато. – оглядываясь по сторонам, произнёс Алексий.

– Да. – согласился Яшка. – Словно вымерли все. Здесь явно что-то не так.

– Ну ответы мы получим совсем скоро. – важно проговорил Ливадий и кивком указал на, средних размеров, здание в конце улицы. – Таверна, там всегда можно получить ответы.

***

Ренестон открыл глаза, оглядел пустую комнату и поднялся с кровати. Он пошевелил руками, пытаясь понять степень повреждений, полученных в схватке с зверем. Обе руки слушались и покорно выполняли поставленные задачи. На удивление, плечо, пробитое стрелой, практически не болело, чего нельзя было сказать о груди и рёбрах. В месте удара, под кожей, огромным пятном запеклась кровь, окрасив тело бородача в бордово синий цвет.

– Ты чего встал? – прозвучал голос Марии, вошедшей в комнату. – Ложись, тебе нужно отдыхать.

– Есть хочу. Долго я спал?

– Всю ночь и весь день. Ты бы проснулся раньше, но Пашка напоил тебя сон-чаем.

– Пашка… Как он? Что произошло?

– Сейчас. – ответила девушка и скрылась из виду.

Через пару минут она принесла и поставила на стол угощенья, мясо, картофель, свежий хлеб и отвар каких-то, ведомых, наверное, только ей, трав, наполнивший комнату приятным ароматом.

– Поешь. – проговорила девушка и уселась на лавку у стола. – Все уже поужинали. Миша на улице, Пашка убежал проведать Ричарда, он очнулся, но ему досталось многим больше. Они скоро придут.

Рене сел за стол, отломил кусок хлеба и откусив кусок от огромной ноги индейки вновь спросил:

– Что произошло?

Через четверть часа бородач насытился, Мария к тому времени описала ему события, свидетелем которых он увы не стал. В комнату вошли маг и мертвец. Надпив отвар, воин открыл для себя неприятную правду, запах от него был в сотни раз лучше, чем его вкус. Он поставил чашку на стол, но девушка настоятельно велела ему допить содержимое кружки.

– Ты как? – виновато спросил Павел, робко глядя на синяки воина.

– Нормально. Не вини себя.

– Да я… – начал было маг, но тот его перебил:

– Вижу, что грызёшь себя. Твоей вины здесь нет, сами не знали с чем столкнулись. Если кто и виноват, так это я. Он сразу мне не понравился. А я вместо того чтоб задуматься, пошёл спать, вот и поделом. А вам спасибо. – обратился он к Михе и Машке. – Оба удивили. Страшно и представить… Что было бы, окажись мы здесь одни, с Пашкой…

Воин поднялся, взял со стула рубаху и ловко одев её, не показав окружающим ни одним мускулом на лице, что эти движения вызывают сильную, колющую боль, принялся застёгивать пуговицы.