Александр Фролов – Игра и жизнь. Вся ли жизнь – игра? (страница 1)
Игра и жизнь
Вся ли жизнь – игра?
Александр Фролов
Александр Доронин
© Александр Фролов, 2023
© Александр Доронин, 2023
ISBN 978-5-0060-9092-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
От авторов
Игра… Это волшебное слово сопровождает нас с самого раннего детства и до самых последних дней жизни, что бы ни сделало эти дни последними. Отсюда следует важность игры для любого человека. Только вот беда. Как обычно, большинство людей так и не удосуживаются сказать, что же такое игра. Потому часто путают игру с отнюдь не игрой, за что получают совсем не то, что хотели. В таком популярном источнике информации как Википедия предлагается следующее определение игры. «Игра – форма деятельности в условных ситуациях, направленная на воссоздание и усвоение общественного опыта, фиксированного в социально закрепленных способах осуществления предметных действий, в предметах науки и культуры». С этим трудно согласиться – прямо гимн какой-то практическому типу мышления со всеми вытекающими последствиями. Да и что имеется в виду под «предметными действиями» – тоже не очень-то понятно. Поэтому люди любят подискутировать на тему: «Что же такое игра?». Чаще всего – без особого успеха.
Что мы знаем об игре? То, что говорят. А говорят о том, какие бывают игры, но не о том, откуда они берутся, зачем, какова их реальная сущность и как к ним относиться, как с ними обращаться. При этом попытки классификации игры оставляют желать лучшего. «Пиковая дама» Пушкина, «Игры, в которые играют люди» и «Люди, которые играют в игры» Эрика Берна, «Хомо луденс» Йохана Хейзинги – несть числа художественным и нехудожественным произведениям, посвящённым игре и играющим. Практически всегда игра подразумевается выходящей в реальность. Особенно – в наше время, когда виртуальная реальность запросто отождествляется с такой привычной, иногда милой, иногда больно кусающейся реальностью. Ключевым моментом при этом является представление о вероятностном характере процесса этой игры с реальностью, о роли удачи и связанном с ней «выигрышном оптимизме». Но, как бы то ни было, игра – одна из важнейших (а может быть, важнейшая?) составляющих жизни человека. И потому «надо жить играючи». Как пел Чёрный Кот из мультфильма «Голубой щенок»: «надо жить умеючи, надо жить играючи, в общем, надо, братцы, жить припеваючи».
Где начинается и где кончается игра, где границы игры и её задач? Всегда ли игра является таковой на самом деле? И ещё много других вопросов возникает при столкновении с игрой и её исполнителями. Не ответив на эти вопросы, можно серьёзно вляпаться в неприятную или даже опасную ситуацию. Поэтому давайте выясним про игру всё, что только можно. И что нельзя – тоже. Это позволит пользоваться игрой в полной мере в тех случаях, для которых игру придумала Её Величество Эволюция.
Сущность игры
Чего только не нагорожено про игру! Наверное, самыми ценными являются представления об игре как деятельности, характерной и для человека, и для высших животных. И тут не возразишь «Философской энциклопедии». Но вот одно «но». Предполагается, что игра характеризуется переживанием удовольствия от самой деятельности. На самом же деле логика здесь такова. Человека подталкивает к деятельности интерес. «Большой психологический словарь» говорит, что интерес – это состояние человека, обусловленное возникновением потребности и мотивирующее этого человека в отношении познавательной деятельности. А развёртывается эта деятельность преимущественно во внутреннем мире человека. Человек стремится удовлетворить потребность, следовательно – удовлетворить интерес. Удовлетворение – процесс или результат исполнения желаний, отражающих интерес. И когда это получается – человек испытывает переживание, которое разумно назвать удовлетворённостью. В итоге у него может возникнуть устойчивое эмоциональное отношение к конкретному результату познавательной деятельности – а это уже чувство, которое столь же разумно назвать удовольствием. Так что удовольствие возникает не от процесса игры, а всё же от её результатов в целом или от результатов отдельных этапов этого процесса. А что такое игра, чем бы она ни характеризовалась – так и осталось «за скобками».
Туда же и «Большой энциклопедический словарь»: «…вид непродуктивной деятельности, мотив которой заключается не в её результатах, а в самом процессе». Про процесс мы уже поговорили, а вот насчёт непродуктивности – игра может оказаться ой, какой продуктивной. И не всегда к удовольствию.
Ну, и далее, как обычно: «игра ребёнка», «психологическая игра», «штабная игра», «спортивная игра»… Без рассмотрения сущности самой игры в общем виде. Давайте введём определение понятия «игра» в соответствии с технологией, описанной в книге «Понятийность» данной научно-популярной серии.
Этимологически слово «игра» происходит от старославянского «игрь, играти». Филологи усматривают здесь индоевропейский корень со значением «колебаться, двигаться». Современный анализ показывает, что колебания как математический аппарат используются для описания поисковых процессов. Так что с определённой натяжкой эту этимологическую базу можно рассматривать как намёк на поисковую природу игры, к чему мы ещё вернёмся. Исходно же данное слово означало «пение с пляской», что тоже немаловажно. Известно, что эти виды деятельности связаны с
Что же мы имитируем игрой? Все – и люди, и высшие животные – в игре имитируют целенаправленную деятельность. Чего стоят хотя бы игры котят, да и взрослых кошек: «лови, хватай, удерживай». Да и штабные офицеры в соответствующих играх очень целенаправленно моделируют действия, обеспечивающие победу над противником. Только штабные офицеры, будучи людьми, да ещё и ответственными, эту целенаправленность к тому же и осознают. В итоге для человека речь идёт об имитации
Но зачем нужна имитация? Почему нельзя просто взять, да и осуществить эту самую целенаправленную осознанную деятельность и получить результат? Да вдруг он окажется не таким, какой нужен! Из-за неумения, неопытности, незнания, нехватки информации, не… Причин и возможностей ошибок при стремлении к получению результата – море! Тогда за деятельность придётся отвечать, так и не получив желаемого или кажущегося желаемым. Этого очень не хочется. Имитация же допускает принципиальную безответственность за ошибку в реальном значимом результате имитируемой деятельности. Ну, по крайней мере,
Если мы всё это соберём в единую «сборку», как описано в книге «Понятийность», то получим:
Адекватность и актуальность этого определения можно проиллюстрировать следующим случаем. Отец с очень развитым и деятельным сыном шестилетнего возраста пришёл ловить удочкой рыбу на берег огромной и вполне дикой южной реки. Рыбы там – пруд пруди. Только сама на берег не выпрыгивает! У отца удочка и у сына – тоже. Сын видел, как ловят удочкой рыбу, готовил вместе с отцом к ловле свою удочку и мечтал о рыбалке. Мечта сбылась. Отец выбрал сыну место на берегу рядом с собой, такое, на котором рыба клюёт раз за минуту. Помог насадить на крючок червяка, вместе забросили наживку в воду, посмотрели, как хорошо смотрится поплавок, и отец занялся своей удочкой. Вскоре, повернувшись к сыну посмотреть, не клюёт ли у него рыба, он с изумлением увидел, что тщательно налаженная удочка сына лежит на берегу, а он сидит с погружённым в воду концом сломанного наподобие удочки стеблем камыша. Сидит, сосредоточенно глядя на эту «снасть», словно старается не пропустить поклёвки. В чём дело?
Есть реальная задача – поймать реальную рыбу. Есть рыба в реке. Есть надёжная реальная снасть. Это порождает ответственность за поимку рыбы – ну, как в таких условиях её не поймать?! А вот так и не поймать: опыта-то нет! А вдруг всё же не клюнет? А вдруг не вытащить? А вдруг сорвётся? Ведь даже у папы с его опытом бывали такие «проколы». И все, в первую очередь – папа, увидят, какой я неумелый и неловкий. Да и самому это не очень-то приятно. Но с удочкой, как папа, посидеть хочется. Так давай-ка я сделаю такую удочку, что она будет совсем как удочка, но неудач с рыбами не будет. И половлю рыбу
Разумеется, теперь и здесь всё это изложено «взрослыми» словами, и было обсуждено с тем самым сыном, уже профессором, помнящим ситуацию детства. Ребёнок, конечно, даже не думал такими словами, но переживал именно это.
С точки зрения взрослого у детей игра является имитацией только потому, что взрослые сами вносят дополнения в условия игры. Для мозга же ребёнка нет никакой имитации. В определённый период времени жизни человека созревают нервные структуры, активность которых является поисковой. Такая активность – эволюционно сложившееся фундаментальное свойство нервной системы. Природа «предусмотрела» это свойство для адаптационной «подгонки» состояния нервной системы к условиям тела и среды. Мозг не имитирует, он живёт и работает. В ходе игровых действий мозг формирует картины мира данного уровня. Затем эти картины корректируются на основании сигналов, поступающих в мозг при исполнении двигательных навыков. Механизм подражания подразумевает исполнение движения в безопасных условиях, но мозг не сразу знает, что условия безопасны. Для детей безопасность условий задают родители. С каждым приближением к самостоятельности они снижают уровень и объём страховки, приближая игровую ситуацию к реальности. А для детей она всегда настоящая. Отличие человека от животных в том, что человеческие родители вводят в предметный мир.