Александр Филичкин – Переговорная капсула (издание второе, исправленное) (страница 1)
Переговорная капсула (издание второе, исправленное)
Глава 1. Переговорная капсула
«Красный директор»
В 1977-м году, Руслан Андреевич Нестеров успешно окончил Куйбышевский политехнический институт. К удивлению большинства одногруппников, в его потёртой зачётке не оказалось ни одного «трояка». Там находились оценки только «хорошо» и «отлично».
Мало того, целых пять лет, молодой человек проявлял большую активность в общественной жизни. Уже к третьему курсу он стал секретарём комсомольской организации своего факультета.
Нужно напомнить читателям, что в те времена, в Советском Союзе существовала на редкость разумная практика трудоустройства выпускников высших и средних образовательных учреждений. Каждый учащийся, получивший диплом, был обязан пойти на работу на то предприятие, или в то заведение, куда его направлял деканат.
В те давние годы наша держава занимала значительно большую площадь, чем на сегодняшний день. Она простиралась с востока на запад от острова имени мореплавателя Макара Ратманова, что расположен на холодной Чукотке, до Балтийской косы, далеко протянувшейся в Калининградской губернии в Балтийское море. Ну, а с севера к югу страна вольно раскинулась от Земли Франца-Иосифа, в Архангельской области, до тихого города Кушка в жаркой Туркмении.
Прибыв на место, что обозначено в его документах, молодой человек занимал штатную должность по профилю своего обучения. Он получал положенный государством оклад и свободную койку в заводском общежитии.
Кроме того, за ним закреплялся особенный статус «молодого специалиста». То есть, в течение нескольких лет, его нельзя было уволить ни при каких обстоятельствах. Только учись дорогой.
Всё это называлось тогда «распределением» и продолжалось целых три года. Лишь после этого, инженер или техник мог свободно сменить место работы. Тех, кто не хотел, поехать по указанию своей альма-матер, лишали диплома. После чего, такой бедолага не мог куда-то устроиться по данной специальности.
Так же, как все студенты страны, Руслан Андреевич Нестеров был распределён на работу. После чего, он оказался на одном из заводов, что находился в Верхнем Поволжье.
Весь Советский Союз доподлинно знал, что там выпускался неплохой внедорожник, которым оснащалась вся армия, «родная» милиция и прочие «государевы» службы. Однако, мало кто слышал о том, что на той же площадке производились и очень надёжные ракетно-зенитные комплексы.
Явившись на место, Руслан Андреевич прибыл в отдел по трудоустройству. Он посидел в тесной приёмной минут десять-пятнадцать, вошёл в кабинет начальника службы и предъявил свой синий диплом. В нём, как мы чётко помним, были только оценки четыре и пять.
Кадрик увидел, что к ним прикатил довольно приятный отличник учёбы. Чиновник немного подумал и зачислил его в проектно-конструкторское бюро предприятия. Так наш герой начал трудиться рядовым инженером за обычным проектным столом.
Тогда ещё в мире не было персональных компьютеров, как в настоящее время. Имелись только огромные «электронные вычислительные машины» размером с приличную комнату. Специальных программ ещё не создали, и чертить приходилось с помощью карандаша, линейки и ластика. Чертежи создавались на листах плотной бумаги, под названием ватман, прикреплённых к широкой доске.
Активная юность Руслана сыграла свою важную роль. Удивительно скоро, молодой человек стал секретарём ВЛКСМ небольшого КБ. Затем, он поднялся чуть выше и вошёл в комитет комсомола большого завода.
Он вступил в коммунистическую партию СССР и стал очень стремительно продвигаться всё выше и выше, как по служебной, так и по партийной стезе. Сначала он стал руководителем группы конструкторского бюро, а следом, за этим, начальником технической службы.
Потом, занял должность парторга и, одновременно с этим, кресло главного инженера всего предприятия. Затем, к радости всего коллектива, превратился в директора.
Все эти славные годы, он был настоящим радетелем за интересы местных трудяг. Всегда и во всём, Руслан выступал на их стороне. Старался улучшить условия трудной работы на шумном конвейере и хоть как-то облегчить тяжёлую жизнь обычных людей. Выбивал из горкома общаги, квартиры и места в детских садах.
К восьмидесятым годах двадцатого века, всё вокруг изменилось. Начальство советских заводов и фабрик начало вдруг отрываться от остального народа. У них появились прекрасные автомобили, шикарные комнаты отдыха, сауны и отдельные домики на территории заводских туристических баз. Об огромных квартирах и говорить не приходиться. Жильё они получили значительно раньше и совершенно бесплатно. За всё это платила родная страна.
Как это ни странно, Руслан Андреевич не поддался той общей тенденции и на подобные мелочи не обращал никакого внимания. Его кабинет не видел ремонта уже три пятилетки и выглядел настолько обшарпанным, что всем посетителям становилось в нём неудобно. В раздевалках рабочих было намного уютней, чем в том большом корпусе, где упорно трудилась администрация всего предприятия.
Все, от уборщицы до секретаря обкома компартии области, считали Руслана Андреевича по-настоящему «красным директором». Все видели в нём того человека, который «грудью стоит за советскую власть». Мужчина не думает о собственной выгоде, а постоянно заботится о производстве и благе трудящихся масс.
Так продолжалось до наступления девяностых годов. Затем, к власти прорвался «вечно нажравшийся Борька беспалый и его камарилья». Они быстро присвоили всю общенародную собственность СССР, который разрушила верхушка компартии под управлением американской разведки.
Стараясь не допустить беспорядков в стране, Верховный Совет позволил «приватизацию средств производства трудовым коллективам». После чего, ярко-рыжий Чубайс подготовил указ президента, что позволял, легко обойти данный закон.
Директора предприятий использовали его с большим удовольствием и объявляли банкротами «свои» заводы и фабрики. Затем, «нужные» правительству люди, почти за бесценок скупали их все на корню.
К удивлению поволжского города, то же самое сделал и всеми любимый, уважаемый «красный директор» Руслан Алексеевич. То ли, он долгие годы лишь притворялся хорошим начальником, который во всём был ревнителем прав трудового народа?
То ли, решил, раз руководство державы хапает всё, что возможно, то и ему, это сделать не грех? То ли на это, мужчину подвигли угрозы чиновников или бандитов, желавших урвать себе жирный кусок? Как бы то ни было, но он ни в чём не отстал от других проходимцев, и сегодня сидящих на больших должностях.
Самое главное, выяснилось немного позднее. Как оказалось, все оборотные средства большого завода давно перечислены на счёт старшего сына директора. Именно этот молодой человек стал вдруг владельцем всего предприятия.
Узнав подобные новости, рабочие тотчас возроптали. Они написали во все городские инстанции и даже хотели, начать забастовку. Однако, власть предержащие в городе, им всё хорошо объяснили.
По всему выходило, «приХватизация» проведена по всей букве закона. Поэтому, если людишки не желают лишиться свободы, то пусть немедля заткнуться. Иначе их всех возьмут на учёт, как бунтарей и смутьянов.
Тех, кто продолжал выступать, тотчас перебросили на более низкую должность. Особенно рьяных, уволили без выходного пособия, а кое-кого просто засунули в милицейскую камеру на пару-тройку недель. На этом шумиха закончилось.
К этому времени, все остальные заводы в округе благополучно закрылись. Владельцы всех предприятий продали станки и конвейеры в металлолом в соседний Китай и в Европу, а обнищавшие вдруг работяги, слонялись по городу целыми толпами.
Глядя на это, разгорячённые люди быстро смирились. Они поскрипели зубами от злости и постепенно вернулись к конвейеру. Только теперь, они все «пахали на дядю», а не на родную державу, как было месяц назад.
В великой России прошло тридцать лет. Руслан Андреевич Нестеров оставил завод на старого друга, которому он доверял, как кровному брату. Сам перебрался в столицу страны и построил себе огромный дворец в Подмосковье.
Мужчина обставил все помещения мебелью в стиле одного из Людовиков, то ли четырнадцатого, то ли пятнадцатого, и обитал теперь там, словно кум королю. Вернее сказать, как ближневосточный сатрап. Разве что, не порол батогами безропотных слуг и служанок.
Он всё собирался, оставить свой бизнес и жить, как настоящий старосветский помещик. То есть, спокойно кататься на простеньком джипе «Mitsubishi Pajero Sport» последней модели и ездить на нём по лесам и полям большого именья. Там, где не очень давно, трудился колхоз приличных размеров.
Ещё он хотел, собирать там грибы, ягоды и душистые травы для заварки целебных и вкусных чаёв. Плюс ко всему, ходить на охоту на зайцев и птиц в его личных дубравах, ловить рыбу в реке и озёрах, которых на его территории имелось чуть больше десятка.
К сожалению, вельможному барину не позволяли, этого делать всё время. Иногда, приходилось, бросать все дела, садиться в дорогой лимузин и ехать в большой шумный город, заполненный копотью, пылью и ядовитой бензиновой гарью.
Там он подолгу сидел в модном офисе какой-нибудь крупной промышленной фирмы и тесно общался с «акулами российского бизнеса». Он торговался и спорил по поводу очередного контракта на гигантскую сумму.