Александр Евдокимов – От татей к ворам. История организованной преступности в России (страница 34)

Многие воры лишь на время задерживались в Ростове. Этот город становился для них надежным укрытием или новым этапом в криминальной карьере. Пробыв нужный период времени, они отправлялись «в турне» по другим городам или уезжали на заработки за рубеж. К слову сказать, воровской транзит из Ростова в Одессу и обратно уже был налажен. Порой воровские шайки жили на 2 города, в каждом из них имея круг преступных интересов. Для воров, имевших прописку в обеих криминальных столицах, идея Ростова-папы и Одессы-мамы обладала уже конкретным содержанием. Чем же так приглянулось ворам одесское направление?

Будучи портовым городом, Одесса выполняла роль перевалочного пункта для грузовых и людских потоков. Ключевое расположение города привело к высокой концентрации предприятий торговли, складов, морского и железнодорожного транспорта. Если в 1862 году грузооборот порта составил 37 млн. рублей, то к 1903 году он вырос до гигантских 174 млн. Обилие товаров, в том числе зарубежного производства, привлекало большое количество воров и разбойников. Здесь они могли найти быструю наживу и добыть себе постоянное прокормление.

Помимо выгодного местоположения, Одесса отличалась пестрым этническим составом. В городе проживали евреи, молдаване, армяне, русские, украинцы, греки и другие народы. Сюда с ближних и дальних земель стекалось активное население в поисках работы и достатка. Недаром Одессу называли «черноморским Вавилоном». В такой атмосфере регулярно возникали конфликты, которые приводили к вспышкам насилия, проявлениям зависти, желаниям одних отнять нажитое у других. Наиболее крупные еврейские погромы произошли в октябре 1905 года, они сопровождались массовыми убийствами, грабежом еврейских квартир и магазинов.

Помимо стихийных погромов, в Одессе постоянно случались скоординированные вооруженные налеты. Родным домом для налетчиков стал бандитский городской район Молдаванка, где селились беднейшие слои населения, составлявшие основу для преступных собраний. В районе расплодились бандитские притоны, в которых укрывались разбойники и готовились преступные операции. Воры и налетчики приспособили Молдаванку под свои потребности. На местных торговых базарах сбывалось краденое добро. Здесь открылась «воровская школа», в которой бывалые воры-карманники передавали свое мастерство новичкам. Потом молодые воришки проходили экзамены на здешних рынках и улицах.

Криминальная слава Одессы росла на фоне имен обитавших там преступников. В разное время здесь промышляли Сонька Золотая Ручка, Григорий Котовский, Яков Блюмкин, Мишка Ястреб и другие уголовники. Особое место в списке известных преступных лидеров занимал уроженец Одессы Мишка Япончик. Он держал крупную банду налетчиков, которая совершала дерзкие нападения на городские учреждения и предприятия, грабила и убивала своих жертв и соперников. Считается, что Япончик стал прообразом Бени Крика — персонажа «Одесских рассказов» И. Э. Бабеля. В рассказах писатель ярко и живо описал быт и нравы Молдаванки — родины короля преступного мира.

Еще долго преступные банды не оставляли в покое город и его жителей. Советская власть поначалу сотрудничала с криминальными авторитетами и использовала их для борьбы со сторонниками царского режима. Яркими примерами такого сотрудничества были истории Котовского и Блюмкина. Первый стал командиром Красной армии и героем Гражданской войны, а второй служил в советских органах государственной безопасности. Однако, укрепившись на местах, советские власти развернули непримиримую борьбу с одесскими бандитами. Противоборство шло с переменным успехом. Криминогенная обстановка в Одессе особенно ухудшилась после окончания Великой Отечественной войны. Правительство было вынуждено отправить на юг главного советского полководца, маршала Г. К. Жукова. Под его началом в ходе операции «Маскарад» бывшие фронтовики вылавливали и отстреливали бандитов и воров. Только под натиском военной силы одесские улицы были очищены от преступных элементов.

Среди воровского мира Москва была известна не только криминальными районами с трущобами, трактирами и воровскими притонами. В древней столице появилась преступность иного плана: интеллектуальная, высокопрофессиональная, но в то же время дерзкая и напористая. Главной особенностью преступников стала их принадлежность к высшим сословиям российского общества. Будучи отпрысками дворян, купцов и фабрикантов, они втирались в доверие к состоятельным купцам и фабрикантам и, получив от них желаемое, бесследно исчезали [8].

В различное время преступный клуб состоял из разношерстных участников. Можно увидеть 3 разновременных состава «червонных валетов». Первая группа преступников собиралась в Москве в доме Любимова на Тверской улице, предпочитая делать вылазки из первопрестольной в другие крупные города. Второй состав преступников сформировался из арестантов Бутырской тюрьмы и занимался главным образом подделкой банковских билетов. Впоследствии вышедшие на свободу арестанты объединили усилия с некоторыми представителями первого состава и образовали третий вариант преступного клуба. «Валеты» занимались воровством, мошенничеством, подлогом документов, выманиванием денег и других ценностей. В ход шли различные ухищрения, которые позволяли достичь желаемого результата: обман, спаивание жертвы, угрозы, побои.

Доподлинно известно, что среди «достижений» преступного клуба значились: 31 подлог документов, 42 мошенничества, из которых 22 эпизода были заранее тщательно подготовлены, 4 кражи, по одному случаю растраты, грабежа, кощунства [9] и убийства, а также создание 4 шаек для совершения преступлений. По официальным данным, жертвами преступной группы стали 49 человек. В преступную деятельность клуба были вовлечены 48 «валетов». Они с присущей им энергией и напором совершали преступления, которые поражали современников авантюрной смелостью и бравадой. Их поведение было настолько эксцентричным, что шокировало их жертв и свидетелей преступлений. В одном из преступлений отметилась будущая легенда преступного мира — Софья Блювштейн, известная как Сонька Золотая Ручка.

Первой известной аферой стала актерская выходка князя Долгорукова. В 1867 году князь правдоподобно представлялся богатым фабрикантом и племянником генерал-губернатора Москвы В. А. Долгорукова, хотя на деле был лишь его однофамильцем. Расчет на магическое действие имени московского главы оказался верен: до поры до времени никто не удосужился проверить его родственные связи. Пользуясь моментом, князь активно брал взаймы, покупал лошадей, меха, ценное оружие на условиях последующей оплаты. Но данные им обещания не исполнялись. Деньги своим кредиторам он предпочитал не возвращать. Вскоре обман раскрыли, и дело передали в суд. Долгорукова лишили княжеского титула и дворянских прав, что не помешало ему в дальнейшем продолжать называть себя князем и участвовать в мошенничествах «червонных валетов».

Преступники еще не раз проявляли свои недюжинные актерские способности. Примерно в то же время, что и похождения Долгорукова, «валет» Эрганьянц явился к состоятельному семейству Массари с заманчивым предложением. Он заявил, что является распорядителем духовного завещания генеральской вдовы Левашовой. Перед смертью она якобы доверила ему продать свое поместье в Лебедянском уезде за 120 тысяч рублей, и, если Эрганьянцу удастся продать имение за более высокую цену, последнему достанется вырученная разница. Но этому мешала одна проблема. По его словам, наследники умершей вдовы оспорили завещание и начали судебную тяжбу. «Валет» предложил сделку: Массари финансируют судебные расходы и в случае успеха получат задаром левашовское имение. Все доходы от этой операции они разделят между собой. Массари не долго думали и согласились.

Эрганьянц методично выуживал у спонсоров деньги на ведение придуманных им судебных процессов. В определенный момент сын Массари узнал о хитрости Эрганьянца и вместо того, чтобы выдать его властям, стал сообщником. На основании генеральной доверенности от старухи-матери он заключал предварительные сделки с родовым имением в Нижегородской губернии, получал деньги, но внезапно отказывался от сделок и деньги не возвращал. Надувательство сына и его подельника поставило финансовые дела пожилой Массари в бедственное положение. Ее имение было арестовано в счет погашения многочисленных долгов предприимчивых мошенников.

В первом составе «клуба червонных валетов» наиболее активно себя показывали Шпейер и братья Давидовские. В 1871 году они познакомились с молодым купцом Еремеевым и стали заманивать его на многочисленные попойки. После таких увеселений купец уже не помнил всех подробностей случившегося. Между тем, находясь в сильном алкогольном опьянении, он успел выписать несколько векселей на крупные суммы и выдать доверенность на право распоряжения его капиталами. Здоровье Еремеева оказалось сильно подорванным, он страдал белой горячкой и вскоре умер, а его накопления растащили практичные «валеты».

В следующей авантюре Шпейер и Давидовский снова обратились к излюбленной тактике — пустить пыль в глаза показным богатством. Привлекательной наживкой стал обедневший дворянин Протопопов. «Валеты» хорошо его одели, придумали ему легенду о внушительном состоянии, поселили в дорогую гостиницу, возили на роскошных каретах. Они свели его с торговцем лошадьми Поповым для покупки первоклассных рысаков. Наведя справки о состоятельном покупателе, Попов остался удовлетворенным положительными отзывами и согласился на продажу с отсрочкой платежа. В тот же день мошенники перепродали лошадей другому покупателю, который, впрочем, отказался платить. Конфликт между Поповым, «валетами» и новым покупателем разрешился после вмешательства властей. Лошадей все же удалось вернуть обманутому торговцу.