Александр Евдокимов – От татей к ворам. История организованной преступности в России (страница 19)

Казачье сословие было неоднородным. По большей части казаки являлись служилыми людьми и выполняли возложенные на них государственные задачи по охране границ и участию в военных действиях. Между тем некоторая часть казаков не признавала над собой царской власти. Таких людей даже в спокойное время было достаточно, а во время роста народных волнений их количество кратно увеличивалось. Среди таких казаков возникали хаотичные объединения с единственной целью — нападение и захват наживы. Они собирались в крупные ватаги, чтобы грабить караваны купцов, торговые суда и присваивать добычу. Их называли ворами, разбойниками, но чаще воровскими казаками. Власти предпринимали попытки ликвидировать воровские шайки, но их действия зачастую не имели успеха. В тех отдаленных областях, где промышляли разбойничьи банды, попросту отсутствовало достаточное количество стрельцов и иных служилых людей, которые бы могли им противостоять. При таком слабом государственном контроле воровские казаки чувствовали себя свободно, чем сильно досаждали своим жертвам и местным властям.

Излюбленным местом нападений воровских казаков стала Волга. Главная русская река служила удобным транзитным путем для торговых судов в богатую Персию и обратно. Казаки появились здесь в XVI веке и почти сразу стали грабить проплывавшие мимо торговые караваны. Одной из удобных для грабежей местностей стала излучина Волги в районе устья реки Самары и Жигулевских гор. Вдалеке от сторожевых городков здесь, на Самарской луке, во второй половине XVI века казаки устанавливали походные лагеря, устраивали засады и предпринимали воровские вылазки. Система рек и протоков позволяла казакам внезапно нападать на шедшие по Волге иностранные или русские суда и бесследно скрываться от погони. Самарская лука связана с именами известных атаманов: Иваном Кольцовым, Матвеем Мещеряком и Богданом Барбошей. Кольцов и Барбоша оказались фигурантами нашумевшего в свое время дела, ставшего причиной для оправданий русского царя перед ногайским ханом.

В августе 1581 года ногайское посольство во главе с князем Урусом и следовавшие с ним персидские и бухарские купцы подошли к переправе у острова Сосновый. Ногайцев сопровождал русский посол Василий Пелепелицын, который оставил описание случившихся тогда событий. По его словам, ногайский караван подошел «под Сосновый остров на Волгу, на перевоз, и на перевозех и на Волге казаки Иван Кольцов, да Богдан Барбоша, да Никита Пан, да Савва Волдыря с товарищи почали нагайских послов и тезиков перевозить по прежнему обычаю». Казаки предложили сначала перевезти на другой берег половину каравана и часть ногайского конвоя. Ничего не подозревавшие послы согласились. Как только зарубежная делегация оказалась разделенной на двух берегах, казаки напали из засад и разбили ногайский конвой наголову. Через несколько дней на том же самом перевозе казаки подстерегли ногайский отряд, возвращавшийся с добычей из похода на Темников и Алатырь. Богатую добычу казаки присвоили, а пленных отправили в Москву на справедливый суд царя.

Иван Грозный остался недовольным разбойничьими проделками казаков, к тому же оставленный казаками в живых ногайский посол Урус требовал принятия жестких мер. Пленных ногайцев велено было отпустить на родину, а сопровождавших их казаков — повесить. Главарей нападения, атаманов Кольцова и Барбошу, царь распорядился найти и казнить, а их имущество раздать верным государю казакам. Опасаясь расправы, атаманы сбежали на реку Яик (Урал), где на большом круге приняли решение присоединиться к отряду Ермака Тимофеевича и отправиться на покорение Сибири. Богдан Барбоша и его товарищи отказались от участия в походе. Они, окончательно обосновавшись на новом месте, выстроили укрепленный Яицкий городок, в то время как Кольцов и Мещеряк, последовавшие за Ермаком в Сибирь, поначалу имели успех и вернули благосклонность царя, но первый пал жертвой хитрости татарского мурзы, второй же вернулся из Сибири, но через несколько лет то ли был арестован и казнен, то ли погиб в сражении. Волжская вольница была постепенно прибрана к рукам центральной власти, и воровские казаки все чаще стали обращать внимание на богатые соседние государства для захвата военной добычи.

Расположение казачьих войск вдоль южной границы России определило основные направления их военных интересов. Они неоднократно предпринимали грабительские походы на Персию, Турцию, Крым и другие южные территории. К примеру, донские и запорожские казаки в XVII веке регулярно выходили в Азовское и Черное моря и нападали на города, военные и торговые корабли Крымского ханства и Османской империи. Так, в 1622 году казаки совершили морской поход к берегам турецкого Трапезунда. Не сумев взять город, они разграбили городские окрестности, пройдя по ним огнем и мечом. Примечательно, что такой дерзкий поход случился в условиях, когда Московское государство и Турция находились в мирных отношениях. Царю Михаилу Федоровичу и его послам стоило приложить немало усилий, чтобы загладить этот инцидент перед турецким султаном.

Набеги казачьих отрядов тем не менее продолжились и часто будоражили население крымского и турецкого побережий. Уже в 1623 году запорожская флотилия появилась в акватории османской столицы Константинополя, разграбив прилегающие селения. В следующем году казацкие струги вновь показались вблизи Константинополя. От неожиданности снова увидеть казаков под стенами их главного города турецкие власти сильно всполошились. Разорив пригороды, казаки так же стремительно исчезли с награбленной добычей. В 1625 году запорожские и донские казаки вновь атаковали Трапезунд и на этот раз в упорной борьбе завладели им. Только угроза приближающегося турецкого войска вынудила их покинуть завоеванные позиции. Генеральное сражение между казачьим флотом и османскими галерами произошло у западных берегов Черного моря при Карагмане. В напряженной схватке регулярный турецкий флот оказался сильнее. Казачий морской отряд был разбит, большое количество казаков попало в плен.

После этой неудачи казаки еще не раз предпринимали военные набеги на побережье Крыма и Турции. В надежде предотвратить казацкое своеволие царь Михаил Федорович неоднократно издавал указы о запрете казакам ходить «к султановым городам и селам войною». Меж тем Крымскому ханству и Турции удалось найти противоядие к казачьей угрозе. Турецкий флот действовал на опережение, не давая казакам свободно выходить в море и выгодно занимать свои позиции. Турки одержали несколько побед и в целом стали справляться с морскими рейдами казаков. Для запорожских казаков ситуация ухудшилась после решений польских властей отозвать привилегии запорожцев и ликвидировать гетманство. К концу 1630-х и в течение 1640-х гг. они прекратили морские походы и стали массово перебираться на Дон.

На Дону была своя сложность в совершении казачьих морских вылазок. Выход в море закрывала турецкая крепость Азов, которая находилась как раз в устье Дона и не позволяла казачьему флоту свободно пройти мимо нее. Это вынуждало казаков до поры до времени искать обходные пути, а также предпринимать безуспешные попытки взять город приступом. Хорошо укомплектованная крепость не сдавалась, пока казаки не решили основательно подойти к азовской проблеме. Донские и запорожские казаки блокировали город, и в результате двухмесячной осады, артиллерийского обстрела и подрыва оборонительной стены 18 (28) июня 1637 года крепость удалось взять. «Азовское сидение» казаков продолжалось несколько лет. В 1641 году султан снарядил многотысячное войско для возвращения Азова под турецкую власть, но изнурительная осада закончилась провалом. Казаки успешно отбивали атаки и стремительно нападали в ответ. Тем не менее потери оборонявшихся были велики, и, получив известие о приближении нового турецкого войска, казаки разрушили крепость до основания и отступили.

Противостояние казаков и турецких и крымско-татарских войск продолжилось во второй половине XVII века. В 1654 году после присоединения Левобережной Украины к Московскому государству Запорожская Сечь также перешла в подданство к русскому царю. Запорожские казаки вновь получили свободный выход в море и стали чаще участвовать в морских походах донских казаков. Этому способствовали активные действия врагов. В этом время турецкие войска усилили давление в северном Причерноморье. Они настойчиво пытались закрыть устье Дона для прохода казачьих флотилий. В результате Польско-турецкой войны 1672–1676 гг. Османская империя установила контроль над Подолией и Правобережной Украиной. Усиление турецкого влияния на этих территориях не могло не волновать московские власти. Царь Алексей Михайлович рассматривал казачество как важную военную силу для решения территориальных вопросов. Тогда же заграничные походы казаков перестали преследовать цель грабежа и получения наживы, а стали носить сугубо военный характер.

Другим частым направлением казачьих разбойничьих набегов была Персия. Вылазки на Каспийское море совершали казаки, обосновавшиеся в нижнем течении Волги, Яике (река Урал) и Тереке. Они пришли сюда с Дона с одним намерением: грабить проходящие по Каспию и Волге торговые суда и нападать на богатые персидские города и селения. В 1646 году ватаги воровских казаков разграбили персидские торговые суда близ Гиляна, продолжили грабежи неподалеку от Баку, где напали на суда фарабатского купца Аджи Бакея, захватили его в плен, присвоили деньги и товары на крупную сумму и затем еще получили выкуп за плененного купца. Астраханские власти объявили преступников в розыск, но решительные действия властей не усмирили казачью дерзость. Каспийские походы еще более участились после того, как турецкие войска закрыли для донских казаков возможность грабежей на Азовском и Черном морях. Активный приток с Дона исправно пополнял ряды воровских казаков на Волге и Яике.