Александр Евдокимов – Бунтари и мятежники. Политические дела из истории России (страница 3)
Казалось бы, за убийство князя также стоило ожидать назначения виры. Тем не менее, подобная норма в Русской Правде просто отсутствовала. Русская Правда вообще не содержала никаких положений о преступлениях против власти и государства. Представляется логичным, что при отсутствии специального княжеского установления применению подлежал более древний обычай кровной мести. И действительно, можно найти немало летописных свидетельств о кровной мести среди русских князей. Так, Владимир Святославич мстил Ярополку за смерть брата Олега. Ярослав после смерти братьев Бориса и Глеба выступил с войском против другого своего брата Святополка. Ослепленный князь Василько Ростиславич мстил за свое увечье князьям Святополку и Давыду.
По всей видимости, казнь убийц Андрея Боголюбского также была в русле правового обычая. Правом кровной мести обладали родственники погибшего князя, в том числе его младший брат Всеволод Большое Гнездо. Он и воспользовался этим правом, казнив заговорщиков. Такой исход вполне соответствовал действовавшим в то время правовым уложениям.
Примечательно, что в обратной ситуации, если бы агрессором выступил князь, потерпевшей стороне причитался бы только штраф, а кровная месть оставалась бы под запретом. К примеру, в случае уже упомянутого убийства Юрием Долгоруким боярина Кучки родственники последнего вправе были рассчитывать исключительно на уплату виры в размере 80 гривен.
ДЕЛО ВТОРОЕ
Степан Разин: бунт и самозванство в расколотой Руси
Восстание под предводительством донского казака Степана Тимофеевича Разина неспроста называют в литературе крестьянской войной. Среди повстанцев можно было встретить в основном представителей низших слоев населения: крестьян, посадских, служивых людей, казаков. К ним присоединились коренные народы Поволжья: татары, чуваши, марийцы, мордва. Поддержка самых многочисленных слоев населения обеспечила значительный рост числа сторонников восстания и придала бунту совершенно иной статус: теперь восставшие могли провозглашать лозунги и ставить цели от имени большей части населения охваченных войной территорий. Начавшись как заурядный казачий поход, мятеж Разина превратился в масштабное движение против произвола властей и несправедливости в обществе.
Массовое волнение стало ответом на окончательное закрепление крепостного права в Соборном уложении 1649 года. Главный свод законов страны формально подтвердил уже существовавший запрет на переход крестьян от одного помещика к другому. Кроме того, Уложение отменило «урочные лета», в течение которых землевладельцы могли требовать возврата беглых крестьян, — теперь помещики не были ограничены во времени при поиске и поимке беглецов. По отношению к своим крестьянам помещики наделялись полицейскими, судебными и фискальными полномочиями. Они осуществляли над крепостными меры полицейского надзора, вершили суд, собирали и передавали в казну крестьянские подати. Проводимая политика закрепощения ухудшила положение крестьянства и усилила их отток на окраинные «казацкие» рубежи.
В 1650-х годах напряжение в обществе нагнетала и церковная реформа патриарха Никона, приведшая в конце концов к расколу христианской общины страны и гонениям на приверженцев старой веры. Масла в огонь подлила неудачная денежная реформа, в результате которой из-за неконтролируемого выпуска медных монет деньги обесценились, товарно-денежный обмен сократился, нехватка продовольствия привела к голоду и по стране прокатились «бунташные» волны, достигшие пика в 1662 году во время событий Медного бунта в Москве.
Церковная и денежная реформы проходили на фоне затяжной русско-польской войны 1654–1667 годов, отнявшей у страны множество человеческих и материальных ресурсов. Среди казачества также росло недовольство, вызванное попытками властей полностью подчинить казаков царской воле и подогреваемое изнутри сообщества постепенным обнищанием широких слоев бедного казачества. В этом котле, плотно наполненном множеством гремучих ингредиентов, и вызрел взрывоопасный итог под названием «крестьянская война».
Предвестником набегов разинских отрядов стал поход донских казаков на Москву под предводительством атамана Василия Уса в 1666 году. Первоначально с небольшим отрядом обедневших казаков Василий Ус отправился на север, чтобы просить государя принять их на службу и платить жалованье. Остановившись у Воронежа, казаки отправили в Москву делегацию с прошением. Челобитная их, впрочем, была отклонена по той причине, что русско-польская война подходила к концу и новые войска более не требовались. Отряд двинулся дальше и дошел до Тулы. В него постепенно вливались местные мужики, поодиночке и группами, и вскоре численность отряда достигла нескольких тысяч.
Направленная в Москву очередная казацкая делегация вернулась ни с чем, как и первая. Тем временем властям удалось подтянуть к Туле значительные силы под предводительством царского воеводы князя Ю. Н. Барятинского. Ус и его сподвижники не стали искушать судьбу, разделились на три отряда и вернулись обратно на донские просторы. Спустя несколько лет основные силы примкнули к отрядам Разина, а Василий Ус стал одним из ближайших его сподвижников.
Разин к тому времени уже был видным казачьим атаманом, под чьим началом казаки и калмыки совершили поход на крымских татар. Военная активность и удача снискали ему славу успешного и щедрого предводителя. На фоне растущих налогов, обнищания населения и разразившегося голода на казачий Дон стремился нескончаемый поток людей, которые силой оружия хотели обрести достаток за счет своих бывших хозяев — бояр и помещиков. Рано или поздно такое скопление недовольных должно было привести к вылазкам с Дона ради грабежа состоятельных господ.
В 1667 году, в преддверии похода на Москву, отряд в несколько сотен казаков под командованием Разина вышел с Дона и почти на два года блокировал Волгу, одну из главных транспортных артерий Русского государства. Они преследовали разбойничьи цели — разжиться «зипунами» (то есть добычей) от проплывавших по Волге торговых караванов. Поход «за зипунами» продолжился рейдом вдоль берегов Каспийского моря и нападением на иранские города Баку, Дербент и Решт.
К этому периоду относится знаменитая легенда об утоплении Разиным захваченной в плен персидской княжны. Легенда приобрела широкую известность в конце XIX века благодаря песне на слова Д. Н. Садовникова «Из-за острова на стрежень…»:
«Гневно кровью налилися
Атамановы глаза,
Брови черные нависли,
Собирается гроза.
«Эх, кормилица родная,
Волга, матушка-река!
Не видала ты подарков
Oт донского казака!
Чтобы не было зазорно
Перед вольными людьми,
Перед вольною рекою, —
На, кормилица, возьми!»
Мощным взмахом поднимает
Полоненную княжну
И, не глядя, прочь кидает
В набежавшую волну….»
В 1669 году разинцы вернулись на Дон с огромной добычей и стали готовиться к большому походу на московских воевод и бояр. Уже в мае следующего года казаки подступили к Царицыну и взяли его в осаду. Воспользовавшись бунтом сочувствующих им горожан, казаки ворвались в город и нейтрализовали оборонявшийся гарнизон стрельцов. Следующей жертвой восставших стала Астрахань. Падению города поспособствовала опробованная уже тактика: мятежно настроенная часть горожан в ответственный момент подняла в городе бунт и облегчила казакам его захват.
По возвращении в Царицын на казачьем кругу было принято решение идти наконец на Москву, дабы «освободить страну и царя от влияния ненавистных бояр».
Восставшие без боя взяли Саратов и Самару и подошли к Симбирску. На пути к Москве в ряды разинского войска вступало немало крестьян и посадских людей. Стремясь еще сильнее пополнить свое войско, Разин распространял по пути следования «прелестные грамоты» — письма, призывающие переходить на сторону восставших. Вот одна из них:
«Пишет вам Степан Тимофеевичь всей черни. Хто хочет Богу да государю послужити, да и великому войску, да и Степану Тимофеевичу, и я выслал казаков, и вам заодно бы изменников вывадить и мирских кравапивцов вывадить. И мои казаки како промысь станут чинить, и вам бы итить к ним в совет, и кабальныя и апалныя шли бы в полк к моим казакам.»
Подобные грамоты адресовались и местному коренному населению — татарам, чувашам, мордве. Это позволило привлечь в отряды множество местных жителей и серьезно увеличить численность бунтовщиков. Разинское движение привело к тому, что в различных областях Поволжья вспыхнули восстания. Крестьяне и посадские люди грабили и жгли имущество господ, ликвидировали институты центральной власти и устанавливали свои порядки. Борьба против боярства стала народным ответом на закрепощение и всеобщее обеднение населения.
Для придания легитимности вооруженной борьбе предводители восстания применили метод, активно использовавшийся в период Смуты. Во время похода на Москву Разин объявил о том, что в его рядах находится чудом спасшийся наследник престола — Алексей, сын царя Алексея Михайловича. Царевич Алексей умер в возрасте неполных 16 лет за полгода до начала восстания, в январе 1670 года. Однако его воскрешение в рядах мятежников и использование имени царевича в лозунгах и призывах позволило оправдать ведение войны благими целями: исправить несправедливость и восстановить царевича Алексея в правах престолонаследия. Образ царевича, лишенного права наследовать престол, служил мощным стимулом и яркой идеей, привлекавшей на сторону бунтовщиков дополнительные народные силы.