Александр Эрот – Развращение жрицы. Только для взрослых 18+. (страница 3)

Потому что впервые за много лет она чувствовала что-то. Что угодно. Даже если это был холод. Даже если это была тьма. Даже если это было безумие.

Это было лучше, чем ничего. Лучше, чем прекрасная, безупречная пустота.

Она легла в кровать. Не надела ночную рубашку. Легла обнаженной. Как жертва. Как невеста. Как искательница.

Закрыла глаза.

Ждала.

За окном сгущались сумерки. Первые звезды зажглись над озером. Где-то вдали завыла собака – протяжно, тоскливо.

Анна улыбнулась в темноте.

Она была готова.

Первый след оставлен.

Теперь – путь.

Глава 2: Власть взгляда.

Вторая ночь началась не с темноты, а с ожидания.

Анна сидела на террасе, смотря, как солнце тонет в озере, окрашивая воду в цвета, которых не бывает на палитре – медно-красный, фиолетовый, цвет старого вина, цвет запекшейся крови. В руке она держала лепесток черной розы. Уже не холодный. Согретый ее пальцами. Но все такой же бархатистый. Все такой же обещающий.

Она ждала не со страхом. С нетерпением. Как ждут любовника. Как ждут откровения. Как ждут того, что изменит все.

Внутри нее что-то изменилось уже. Не только тело, помнящее холодные прикосновения. Не только кожа, носящая следы, видимые только ей. Что-то глубже. Что-то древнее. Как будто дверь, которую она держала закрытой всю жизнь, приоткрылась. И из-за нее повеяло ветром из другого времени. Из другого мира.

Она встала. Вошла в дом. Поднялась в спальню.

На этот раз она не легла в кровать. Села в кресло у окна. Обнаженная. Как в первый раз. Но теперь – сознательно. Намеренно. Как жрица, готовящаяся к ритуалу.

Она смотрела на озеро. На темную воду. На отражение первых звезд. И ждала.

Он пришел не так, как в прошлый раз.

Не внезапно. Не как шок. Как постепенное осознание.

Сначала – запах. Тот же, что на лепестке. Камень после дождя. Пещера. Земля, которая никогда не видела солнца.

Потом – звук. Не шаги. Шелест. Как будто кто-то проводит рукой по бархату. Или как будто сам бархат дышит.

Анна не повернулась. Продолжала смотреть в окно. Но видела отражение в стекле.

Он стоял позади нее. Ближе, чем в прошлый раз. Так близко, что его тень падала на ее плечи. На ее спину. На ее волосы, распущенные по плечам.

Она видела его в отражении. Все того же. Все такого же прекрасного. Все такого же печального.

"Елена", – сказала она. Не вопрос. Признание.

В отражении он наклонил голову. Как будто кивнул. Или как будто склонился под тяжестью этого имени.

Анна закрыла глаза.

И почувствовала его взгляд.

Это было не похоже ни на что.

В прошлый раз были прикосновения. Холодные пальцы. Холодные губы. Физическое вторжение, которое будило тело.

На этот раз было только это.

Взгляд.

Он смотрел на нее. И она чувствовала это каждой клеткой кожи. Каждой порой. Каждым нервным окончанием.

Это был не просто взгляд. Это было изучение. Медленное, тщательное, безжалостное изучение.

Он смотрел на ее лицо. И она чувствовала, как его взгляд скользит по лбу. По бровям. По векам. По ресницам. Останавливается на губах. На подбородке. На линии челюсти.

Он смотрел на ее шею. И она чувствовала, как его взгляд проходит по яремной впадине. По ключицам. По основанию горла, где в прошлый раз были его губы.

Он смотрел на ее грудь. И она чувствовала, как его взгляд касается каждого соска. Каждой родинки. Каждой складки кожи.

Он смотрел на ее живот. На бедра. На колени. На лодыжки. На ступни.

Он смотрел на все. И она чувствовала все.

Это было как быть обнаженной не просто физически. Быть обнаженной до костей. До души. До самой сути.

И самое странное – ей это нравилось.

Нравилось чувствовать себя увиденной. По-настоящему увиденной. Не той Анной, которую знал муж. Не той Анной, которую знали коллеги. Не той Анной, которую она сама себе представляла.

Той Анной, которая была. Просто была. Со всеми своими шрамами. Со всеми своими морщинами. Со всеми своими тайнами. Со всем своим желанием. Со всей своей тьмой.

Она сидела неподвижно. Руки на подлокотниках кресла. Голова слегка откинута назад. Глаза закрыты. Дышала медленно, глубоко. Как будто готовилась к погружению.

А он смотрел.

Взгляд спустился ниже.

На внутреннюю поверхность бедер. Там, где кожа была самой нежной. Там, где в прошлый раз были его пальцы.

Анна почувствовала, как что-то внутри нее сжимается. Не от страха. От предвкушения.

Он смотрел. И она чувствовала этот взгляд как прикосновение. Как поцелуй. Как проникновение.

Ее тело откликнулось. Само. Без ее участия. Влага появилась между ног. Теплая, липкая, пахнущая собой. И чем-то еще.

Она застонала. Тихо. Почти неслышно.

В отражении в окне она увидела, как он улыбнулся. Не улыбкой радости. Улыбкой понимания. Улыбкой того, кто знает. Кто всегда знал.

Его взгляд вернулся к ее лицу. Остановился на глазах. Хотя они были закрыты.

И тогда она поняла: он видит не только тело. Он видит то, что внутри. То, что она сама боится видеть.

Он видит ее страх. Ее одиночество. Ею тоску. Ее голод. Ее ярость. Ее отчаяние. Ее надежду.

Он видит все.

И принимает.

Все.

Она открыла глаза.

Повернула голову. Посмотрела прямо на него.

Впервые не в отражении. Не украдкой. Прямо.

Он стоял в трех шагах от нее. Высокий. Темный. Прекрасный. Его лицо было бледным в лунном свете, падающем из окна. Его глаза… теперь она видела их ясно. Темные. Глубокие. Бездонные. Как озеро ночью. Как пещера. Как сама тьма.

Они смотрели друг на друга.

Молча.