Александр Елизарэ – Афган неизведан. Книга 3 (страница 16)

Личный опыт рядового ВДВ. Всем давно известно, что служба в воздушно-десантных, парашютно-десантных, разведывательных, морском десанте, десантно-штурмовых и других элитных частях по всему миру, возможна только для тех солдат и офицеров, которые готовы выполнять установленную программу подготовки. Воздушно-десантная подготовка (ВДП) по совершению учебно-боевых прыжков с парашютом с различных видов самолетов и вертолетов, в любое время года, днем и ночью. В СССР это было 12 прыжков в год для солдат и сержантов ВДВ, МП, ДРГ, ДШБ. Для офицеров, около 20 прыжков в год.

Любой прыжок с парашютом – это серьезный риск из-за нераскрытия основного парашюта, риск схождения парашютистов в воздухе, перехлестывание строп парашюта. Кроме этого, приземление в болото, на реку, в труднопроходимую горную местность на лес, на линии электропередач и так далее.

Но риск – это благородное дело для десантника. Каждый десантник должен выполнять прыжки смело и с воодушевлением, если нет, такому парню не место в ВДВ. С каждым новым прыжком десантник получает от неба новую порцию отваги и смелости, здорового адреналина, твердые навыки десантирования, уверенность в себе как в солдате, офицере способном выполнить любую порой невыполнимую для других войск, миссию.

Наиболее опасные прыжки с парашютом – это прыжки при плохой видимости, при сильном ветре, например, в зимнее время года, когда порой не видно ничего, кроме белой пурги или наоборот полное безветрие в белом молоке. Тишина, и вдруг, перед твоим лицом возникают сапоги товарища, и далее он сам и его растерянное лицо. Теперь нужно срочно расходиться куполами, пока парашюты не сойдутся в смертельном танце.

А бывает, что начинается мороз и купола из-за этого, на высоте 900-800 метров тоже открываются с явной неохотой. Одно радует, что снег в Прибалтике порой достигал двухметровой высоты. Не стоит забывать, что перекладывать парашюты нужно не реже чем один раз в месяц.

Это опасности, связанные с погодными явлениями, но часто бывает, что катастрофы случаются из-за плохой технической и психологической подготовки молодых десантников.

Дело в том, что, десантники при выброске в большом количестве (50-120 парашютистов) отделяются от воздушного корабля с интервалом всего 0,3 секунды. Вылетают из самолета и начинают судорожно дергать вытяжное кольцо, заставляя тем самым открываться купол на 1-2 секунды раньше, чем установлено на приборе (3 секундная задержка). И делают это в разные промежутки времени. Купола раскрываются не синхронно и случаются коварные схождения или столкновения куполов и солдат в воздухе.

Это крайне опасная и непредсказуемая ситуация в небе.

Поэтому при выброске с больших кораблей, солдаты должны знать, что кольцо дергать не нужно, все сделает специальный прибор для раскрытия основного купола.

Я и мои товарищи четко усвоили этот урок от сержантов и командира взвода. Кольцо не разу не дергал и искать его потом в снегу не пришлось.

Нужно помнить, что, если выброска и десантирование привели к ЧП, боевая задача ротой и в дальнейшем батальоном может быть не выполнена, а десант захвачен в плен неприятелем.

Свой третий прыжок с ИЛ-76 МД я выполнял вне правил получения и использования уложенных парашютов. Дело в том, что, когда прыгала моя рота, я лежал в госпитале, из-за воспаления мягких тканей под коленом. Когда выписался, оказалось, что рота отпрыгала и парашюты роты сданы на склады в ожидании другого призыва. Я пошел к командиру батальона и потребовал для себя третий прыжок. Командир мне сказал, что это невозможно, тем более что я пойду в Афган и мне этот прыжок уже не пригодится, а мой парашют уже не в батальоне, его никто уже не найдет. Тогда я потребовал (попросил), чтобы меня связали с комдивом учебной дивизии Павлом Грачевым в то время зима 1984-85. К моему удивлению, меня связали с подполковником Грачевым, который долго выслушивал меня и дал добро на третий прыжок. Он приказал комбату учебного батальона связи обеспечить меня парашютами и в назначенный день доставить на аэродром.

И вот здесь, вопреки всем правилам, я получил два уже уложенных ранее парашюта, но другим десантником. Прыгал я третий прыжок с офицерами управления учебной дивизии Гайжюнай и постоянным составом дивизии.

Прыжок я совершил отлично. Купол Д-5 открылся штатно и правильно. Этим поступком я очень удивил ротного командира и сержантов. У сержанта-замка сложилось странное и ошибочное мнение, что я специально ранее попал в госпиталь, чтобы избежать третьего прыжка. Уже через полтора месяца мы полетели в Афганистан, где до последнего момента верили, что в Кабуле мы тоже будем прыгать с парашютом, но над нами пошутило командование. Прыжков в Афганистане не было. В любом случае я выполнил программу прыжков, это с психологической точки зрения неоценимо для любого десантника.

Кто еще не пробовал эти грибы – рядовка фиолетовая

Купола парашютов десантников в небе очень даже напоминают огромные грибы, кстати, купола парашютов бывают разных цветов. Но в этой статье, я хочу рассказать действительно о грибах, о самых настоящих грибах смешанных и хвойных лесов, которые могут спасти от голода не только диверсантов-парашютистов, но и обычных грибников или туристов.

Почем же они десантные? Все очень просто, они имеют приличную пластинчатую шляпку, и что самое интересное, низ шляпки у них синего или фиолетового цвета. Многие грибники думают, что это самая настоящая поганка, но они очень даже ошибаются. Этот гриб кладезь питательных и лечебных веществ и никакого отношения к поганкам не имеет.

Этот гриб борется с онкологией и используется в фармацевтике, говорят, что китайцы ведут за ним настоящую охоту. Он обладает прекрасными вкусовыми качествами, а его многие пинают в лесу и обходят за три метра. Даже доходит до абсурда, думают, что это посиневшая от горя бледная поганка.

Десантники, запомните этот удивительный и вкусный гриб! Он один такой в лесу сине-фиолетовый, это – рядовка синяя или рядовка фиолетовая.

Растет эта рядовка обычно в еловом бору. Вылезают грибы круглыми кольцами – рядами, большими семьями. Много их в августе сентябре и октябре. С одного круга я собирал до трех килограммов чистейших грибов и запах у них деликатесный, чуть анисовый.

Ходят слухи, что многие Советские генералы любили этот соленый гриб, в том числе и батя Василий Маргелов. А сверху шляпы грибов гладкие и чуть скользкие, напоминают женскую грудь, слегка озябшей дамы. Их еще называют рядовки – голыши. Главное, чтобы под шляпой был гриб синий или фиолетовый.

Аккуратно срезать повыше к шляпе, принести домой, помыть от веток и еловых иголок. Потом отварить 15-20 минут в рассоле и все – синюшки готовы. Остынут они, переложить в рассоле в стеклянную банку и через сутки двое, уплетайте со сметаной и картошкой и мяса не нужно и дичи тоже.

Кто разбирается в грибах в лесу выживет на раз и два

Мой путь к этим грибам был тернист. Совсем недавно, год назад я их начинал осторожно собирать и готовить, много читал про них. Зато этой осенью заморозили их килограммов пять! На всю зиму хватит!

Отламываем кусок брикета, уже слегка вареных и замороженных грибов, потом размораживаем и варим в рассоле 15 минут.

Женщины от вкуса этих соленых грибов без ума, просто голову теряют! Десантники и разведчики, возьмите это на заметку! В справочниках для разведчиков по съедобным грибам, я синюшку не помню. Приятного аппетита всем, кушайте и поправляйте себе и близким здоровье. Кто не верит, не кушайте.

Боевая тревога утром в 103-й ВДД. Ночь в афганском небе

Бой гремел в окрестностях Кабула или чем мог для нас закончиться вертолетный десант. Сегодня в воскресное раннее утро, в пять часов утра ракетами земля-земля, был обстрелян Кабул. Одна ракета попала в Кабульский университет и парочка в военный госпиталь. Всего душманы успели выпустить семь ракет. На место предполагаемой точки старта ракет, вылетел наш спецназ на двух вертолетах, но никого не обнаружил. Сразу улетел в другую точку, там тоже духи наседали на окруженные роты мотострелков.

Под словом наш спецназ, я имел ввиду «каскадеров» или ГРУшников, но как они выглядят, я толком не знал. В общем в пустыне в десяти километрах на юг от Кабула никого не нашли, только следы от грузовой Тойоты. И все, пыль и травка – верблюжья колючка. Ну понятно, запустили ракеты духи и уехали. Мобильная группа, тоже их спецназ. Люди Хекматьяра.

Об этом случае нам рассказал замполит батальона наш гвардии капитан, после завтрака на построении батальона. Наш комбат – гвардии подполковник Лебедев сказал офицерам, чтобы сегодня все были в расположении батальона, мало ли что. Наш папа ротный сделал недовольное лицо. Он всегда чем-то недоволен и этим похож на моего отца. Когда папа недоволен он автоматически кладет руки в карманы и так ходит, словно поэт Володька Маяковский. Сегодня он еще, забыв про нас, закурил, перед строем, это признак крайнего беспокойства командира роты. Он внимательно смотрит на нас, потом почему-то спрашивает есть ли больные в роте, на что получает дружный ответ: «Никак нет, товарищ гвардии капитан!»

– Калабухов, старшина! Мне все ясно, веди роту на концерт. Быстрее давай, пока места в клубе есть!